Белла
Шрифт:
И сел рядом с ней.
— Не знаю, в какую игру ты играешь, — выпалила она.
— О какой игре ты говоришь, моя радость?
— Сначала ты убеждаешь меня порвать с Рупертом, потому что ты от меня без ума, а потом меня же не замечаешь. Посылаешь куда подальше. Рассказываешь другим, какое у меня настоящее имя. Нарочно шушукаешься с Ангорой, чтобы обидеть меня.
— Я с ней не только шушукался, — сказа Стив, взяв у нее из пачки сигарету.
— Ты ее любишь?
— Я не понимаю таких слов, их нет в моем
— Возможно, — спокойно сказала Белла, — но это не мешает ей по утрам вести интимные беседы с Ласло.
— Стив помолчал с секунду, а потом спросил:
Откуда ты знаешь?
— Я не могла заснуть. Открыла окно. Ласло вернулся домой около шести — не сомневаюсь, от какой-нибудь местной особы. Уже через десять секунд выбежала Ангора. Явно ждала его. Они о чем-то помурлыкали, и он уговорил ее вернуться в дом.
Стив пожал плечами.
— Она вправе сделать небольшую рекламную паузу, если захочет. Программа была недурная.
— Разве ты не видишь, — убеждала его Белла, — что они действуют заодно. Ласло просто манипулирует Ангорой. Он устроил ей отличную роль в фильме. Она очень честолюбива. Вероятно, он между делом и с ней управился, а она за это согласилась отвадить тебя от меня. Она неотразима, когда пускает в ход все средства. Перед ней ни один мужчина не устоит, даже ты. А Ласло знает, как я к тебе отношусь. Что когда я вижу тебя с Ангорой, меня всю переворачивает. Это единственный способ, каким меня можно заставить порвать с Рупертом.
Стив зевнул так, что едва не вывихнул челюсть.
— У тебя всегда было слишком сильное воображение. А теперь помолчи, сюда идут. Привет, Крисси. Привет, Руп. Комары прямо зверствуют. Тебе лучше как-нибудь зайти ко мне и посмотреть, как меня искусали.
Белла в отчаянии плюхнулась на свой надувной матрас.
Руперт устроился рядом с ней. Даже в самые жаркие дни он был похож на оранжерейное растение, которое нужно беречь от губительных сквозняков. На нем была черная рубашка с поднятым воротником, словно в ожидании предполагаемой бури. Он смотрел на Беллу усталыми беспокойными глазами с опухшими от недосыпа веками.
Как непохож он теперь на того хладнокровного и самоуверенного мальчишку, каким она его впервые увидела полгода тому назад!
Она протянула руку, чтобы потрепать его по щеке. Он схватил ее и прижал к лицу.
— Дорогая, давай перестанем воевать. Еще одну такую ночь, как прошлая, я не вынесу.
Я больше не могу его так мучить, печально подумала Белла. Я должна с ним порвать, но не теперь. Не доставлю Ласло удовольствия думать, что это он подстроил наш разрыв.
Крисси, очень белотелая и чересчур толстая для своего малинового бикини, села под зонт и принялась за кроссворд в «Дейли мейл».
Стив нырнул в бассейн и лениво поплыл кролем. Его мускулистые
— Отличная вода, — крикнул он Крисси.
После некоторого подтрунивания он уговорил ее последовать за ним в воду, где начал гоняться за ней по всему бассейну, щекотать ее, хватать за щиколотки. Она хохотала и вскрикивала в притворном испуге.
Когда особенно сильный всплеск замочил рубашку Руперта, он отошел от края бассейна и сказал:
— Терпеть не могу грубых развлечений. И к мистеру Бенедикту отношусь не намного лучше.
Весело повизгивая, Крисси выбралась из бассейна и побежала под зонт. Взяв полотенце, Стив стал вытирать ее. Она продолжала смеяться. Ее ресницы слиплись от воды, а голубые глаза соперничали с лазурью неба.
Постепенно она успокоилась в его руках и притихла.
— Я намажу тебя лосьоном, — предложил Стив, — и тебе не надо будет прятать от солнца свои прелести.
— Я ее намажу, — резко сказал Руперт, встал и выхватил у Стива пузырек с «Солнечной амброй».
Белла почувствовала себя виноватой, увидев восторг в глазах Крисси, когда Руперт втирал ей в спину лосьон.
Она вернулась к тексту роли, перед глазами у нее прыгали красные точки.
«Пустяки, — шептала она, — ваша любовь трогает меня, но я не могу отвечать взаимностью».
— Какой самый большой орган в теле, слово из пяти букв? — спросила Крисси.
— Пенис, — подсказала Ангора. Она как раз подходила к ним в белом шелковом платье, с альбомом фотографий в руках и торчащей из алых губ сигаретой.
Крисси хихикнула.
— Не подходит. Как спала?
— Спасибо, дорогая, спала мало. Но ночь провела отлично.
— У тебя в комнате был страшный шум, — заметил Руперт.
— Стив любит слушать звук своего греха, — сказала Ангора, коснувшись губами плеча Стива.
Стив поймал взгляд Беллы. Смотри! — словно говорил он ей всем видом.
Ангора легла на надувной матрас, пошевелила алыми лакированными пальцами ног и залюбовалась своими лоснящимися загорелыми бедрами. Глядя на ее почти японскую хрупкость, Белла почувствовала себя ломовой лошадью.
— Привет, Белладонна. Ты выглядишь слегка утомленной, дорогая. Не надо было так рано ложиться. Бессонные ночи тебе пошли бы на пользу.
Белла не обратила на нее внимания. «Не могу дольше, — шепотом повторяла она, — я страдаю. Никто не знает моих страданий! Я люблю Константина».
— Кого? — заинтересовалась Ангора. — А, это ты роль учишь. Ты усидчива. А я еще не получила сценария от Гарри Бэкхауза, а съемки начинаются где-то на следующей неделе. Думаю, костюмы будут божественные. Надеюсь, мне не потребуется раздеваться. На съемках всегда толпа народа.
«Боже, до чего же она противная! — подумала Белла. — И как это Крисси может смотреть на нее с таким восхищением?»