Шрифт:
Глава 1
– Прошу прощения, милорд, но я нашел вот это в вашем фраке.
Маркиз Уинстентон посмотрел на предмет в руке камердинера. Это был странный круглый камешек с какими-то насечками на поверхности. Выбитый рисунок отдаленно напоминал глаза.
Маркиз хотел было сказать, что это просто мусор и его следует выбросить, но вместо этого взял камешек у слуги и спросил:
—Ты говоришь, он был у меня во фраке?
—Да, милорд. В одной из фалд фрака.
Маркиз
Он подумал, хотя и не произнес вслух, что его, должно быть, просунули в фалду, подпоров подкладку либо сверху, либо сбоку, поскольку у фрака не бывает карманов.
Поскольку камердинер все еще вопросительно смотрел на него, он произнес:
—Положи его, я после рассмотрю.
Помучавшись с галстуком, он закончил утренний туалет и убедился, что его наряд безупречен. Маркиз знал, что его считают не только одним из самых красивых мужчин в Лондоне, но и одним из самых изысканных в умении подбирать и носить одежду. Он дорожил этой репутацией. Взяв камень, который нашел камердинер, он отправился вниз, в кабинет.
Это была красиво обставленная комната — впрочем, как и все остальные в его доме на площади Гросвенор. Их особенным украшением были картины на стенах — превосходная изысканная живопись именитых мастеров.
Маркиз сел за стол времен Регентства с гладкой столешницей и отполированными до блеска медными ножками. Он положил находку на бювар и, нахмурившись, стал ее внимательно рассматривать. В одном из своих путешествий — а он много путешествовал по миру — он побывал на Гаити. Маркиз был почти уверен, что за подкладкой фрака его камердинер обнаружил амулет или талисман именно с этого острова. Поразмышляв еще некоторое время, он утвердился в предположении, кто и с какой целью мог его туда спрятать.
Он вспомнил, как настойчиво преследовала его леди Маршалл, дразня своими многообещающими страстными призывами, и как в конце концов он стал ее любовником. Лорд Маршалл, по обыкновению, был поглощен рыбалкой и спортом и большую часть времени проводил в путешествиях по рекам Англии и Шотландии, ловя семгу, форель или другую рыбу.
Неудивительно, что его красавица жена, которая оставалась в Лондоне, дарила свою благосклонность другим мужчинам, недостатка в которых не испытывала.
Безусловно, леди Маршалл была выдающейся представительницей среди множества, как их называли, «профессиональных» красавиц при дворе Мальборо.
Именно принц Уэльский, после того как встретил Лили Лэнтри, ввел моду для джентльменов не таясь преследовать любовными домогательствами дам своего круга.
До этого считалось вполне естественным, если, к примеру, такой джентльмен, как маркиз, содержал любовницу и селил ее в неприметном домике где-нибудь в районе Риджентс-парка или Челси. Не могло быть и речи о том, чтобы выставлять напоказ такие любовные связи в свете.
Конечно, и в высшем обществе возникали адюльтеры, но их старались держать в строжайшей тайне. Даже досужие сплетники, которые повсюду совали свой нос, не могли наверняка знать о той или иной скандальной связи и лишь шептались по углам о своих догадках.
Правда ли, что у очаровательной герцогини Манчестерской был роман с лордом Херрингтоном? А действительно ли те две записные красавицы неверны своим мужьям?
Конечно, маркиз был не первым любовником леди Маршалл,
Леди Маршалл, однако, привыкла добиваться своего. Она не терпела отказа от мужчины, на которого обратила взгляд своих зеленых, таких загадочных глаз в обрамлении иссиня-черных ресниц. Ее белая кожа была предметом зависти всех лондонских красавиц. И трудно было представить, что хоть один мужчина может отказать этой женщине при взгляде на ее точеную гибкую фигурку.
Маркиз, однако, оставался равнодушным, игнорируя ее призывные взгляды и приглашения на обед. Однако на других приемах он проводил с ней довольно много времени.
Оказываясь рядом с ней за столом на каком-нибудь званом ужине, он не был полностью уверен, произошло это в результате ее ухищрений или же по чистой случайности. Леди Маршалл пришлось ждать почти два месяца. Наконец маркиз сдался и принял приглашение.
Приехав на так называемый званый обед, он не особенно удивился, узнав, что другие гости либо заболели, либо им срочно понадобилось уехать из города. Они с хозяйкой были одни. Вечер закончился весьма предсказуемо.
Возвращаясь домой под утро, он был вынужден признать, что ни одна из его прежних пассий не была столь пылкой, ненасытной и такой соблазнительной.
Спустя два дня он узнал, что у лорда Маршалла случился инфаркт. Он ловил рыбу в Шотландии и поскольку не сразу обратился к врачу, вскоре умер.
Вполне естественно, что после похорон леди Маршалл нуждалась в утешении.
Маркиз находил, что она выглядит еще красивее. Черные наряды, которые ей приходилось носить, лишь подчеркивали белизну ее кожи и элегантную фигуру.
Она всплакнула на плече у маркиза, и стало очевидно, что есть лишь один способ утешить бедную женщину.
Однако маркиз решил, что будет ошибкой, если он позволит, чтобы его имя связывали со столь красивой дамой после того, как она овдовела.
Поэтому он счел разумным отправиться в путешествие за границу. В мире оставалось еще много мест, где он не бывал.
На этот раз он посетил Непал. Маркиза очень заинтересовала эта страна, несмотря на то что путешествие было сопряжено с трудностями и неудобствами. Ему приходилось жить в примитивных бытовых условиях, но это даже развлекало его. Он приобретал новый опыт, знакомился с новыми идеями, пополнял свою коллекцию сокровищами, которые должны были украсить его загородный замок Уин. Он намеревался сразу же по возвращении в Англию отвезти туда старинные манускрипты, резные фигуры и картины, которые приобрел в этой стране.
Однако оказалось, что в Лондоне его ожидала леди Маршалл.
Локейди — такое необычное имя получила леди Маршалл при крещении — постаралась сделать так, чтобы по возвращении маркиз не мог снова ускользнуть от нее. Он не сильно противился, потому что много месяцев провел далеко от дома, без женского общества.
Несомненно, их роман с Локейди был довольно волнующим. Она сильно отличалась от тех женщин, которых маркиз знал раньше.
А поскольку ему нравилось все новое и необычное, он остался в Лондоне, вместо того чтобы ехать в замок Уин, как собирался.