Беглянка

Подвенечная фата снова сбилась набок.

– Чертова тряпка, – пробормотала Джози Рэндол, отпустив на секунду руль и нервно поправив фату. И без того тошно мчаться Бог знает куда сквозь леса по дорогам северо-восточной Оклахомы на ночь глядя, да еще под проливным дождем! А тут еще этот тюль на глаза лезет! Уже, пожалуй, раз сто, не меньше после своего бегства из церкви она пыталась от него избавиться – и никак, пришпилили намертво. Разве одной рукой снимешь?

Скорее

бы добраться до гостиницы, где у нее заказан номер, и скинуть опостылевшей наряд! Смех, да и только – вести машину в свадебном платье, расшитом искусственным жемчугом! Широкий пояс так сдавливал талию, что грозил перерезать ее пополам, а шлейф спутался в жалкий узел.

Поерзав на сиденье, тщетно пытаясь устроиться поудобнее, Джози мрачно пробурчала:

– Зато теперь знаю, что такое шлейф: лучшее средство, чтобы намозолить себе задницу!

Чем раньше избавлюсь от этого нелепого одеяния, продолжала размышлять Джози, тем быстрее забуду несуразную свадьбу и начну жизнь сначала. Хватит с меня, отныне сама буду распоряжаться собственной судьбой.

Джози упрямо сжала губы и свернула с узкой дороги на двухполосное шоссе. Пару часов назад она чуть не совершила самую крупную в жизни ошибку, а все потому, что не послушалась внутреннего голоса. Вот и не верь после этого чувствам и интуиции – надо же, едва не позволила родителям и сестрам уговорить себя на этот никому не нужный брак. Впрочем, они действовали из лучших побуждений.

Хорошо еще, вовремя выяснилось, что жених просто-напросто эгоцентрик, корыстолюбец, отвратительный лицемер.

Вспомнив о Роберте, Джози вновь ощутила прилив гнева. Слава Богу, она сумела его раскусить до венчания! Решив пройтись по церкви, чтобы собраться с мыслями, она случайно подслушала разговор между ним и шафером и таким образом узнала, ради чего Роберт женится на самом деле.

Джози судорожно стиснула руль. Как могла я быть такой слепой, думала она, такой наивной, да что там щадить себя – такой дурой? А главное – как могло мне показаться, пусть даже на мгновение, что я его люблю? Если бы любила, не испытала бы такого огромного облегчения, избавившись наконец от него.

Девушка досадливо передернулась и случайно нажала на акселератор. Машина рванулась вперед, и ее занесло на мокром асфальте.

Если я хочу добраться до «Ленивого ранчо» целой и невредимой, решила Джози, мне придется сосредоточиться на дороге. Времени для анализа случившегося предостаточно. Именно для того, чтобы спокойно все обдумать, я и еду в эту гостиницу – еду одна, без жениха.

Дождь усилился, он так хлестал по ветровому стеклу, что «дворники» стали почти бесполезны. Девушка сбавила скорость: как бы не пропустить нужный поворот! Судя по рекламному проспекту, он должен быть где-то поблизости.

Наконец фары вырвали из темноты чуть поблескивающий металлический указатель. Джози почти

легла на руль, стараясь разглядеть сквозь плотную завесу дождя, что на нем написано. В считанные доли секунды, когда «дворники» очистили стекло, она сумела прочитать верхнюю строчку. «Ленивое ранчо…» – и со вздохом облегчения свернула на узкую грунтовую дорогу, пролегавшую через дубовую рощу.

И нескольких метров вполне хватило, чтобы понять: ливень превратил дорогу в вязкое болото. На душе сделалось тревожно. Господи, что же делать? Развернуться на хлюпкой жиже немыслимо, но и назад, на шоссе, тоже не потащишься. Выбора нет – только вперед!

Вцепившись в руль так, словно он грозил оторваться и улететь, Джози черепашьим ходом продвигалась по грязи, пытаясь не угодить в какую-нибудь колдобину. Ливень, темнота – как ни всматривайся в освещенное пространство, все равно толком ничего не разглядишь. Дорога с каждой минутой становилась все хуже. Если я не доберусь до какого-нибудь жилья в самое ближайшее время, поняла экс-невеста, придется заночевать прямо на дороге.

В очередной раз свернув в сторону, Джози увидела впереди тусклый огонек.

– Слава Богу, – пробормотала она с облегчением.

Никаких строений, правда, пока не было видно.

Неожиданно машину занесло, и уже в следующую секунду Джози поняла, что машина угодила в глубокую, полную грязи канаву – задние колеса завертелись вхолостую – и, похоже, застряла намертво.

Проклятье. Вот уж поистине достойный конец счастливого дня!

Напрягая зрение, она попыталась хоть что-нибудь разглядеть сквозь мокрое ветровое стекло. Огонек светился прямо перед ней, на расстоянии каких-то ста футов. До него, видимо, легко дойти пешком, но без зонта или плаща подвенечное платье обречено на гибель.

Но если ждать, когда кончится ливень, можно здесь просидеть до утра.

Джози взглянула на платье: черт с ним, оно и так уже порядком испорчено. К тому же крайне неудобное, в нем чувствуешь себя как в стальном корсете.

– Черт знает что, – снова проворчала Джози, выключая двигатель.

Как ей надоело вечно соблюдать приличия, на каждом шагу учитывать чужое мнение, без конца бояться чьей-то критики. А больше всего надоело не доверять себе самой, своим собственным суждениям. И отказываться от самостоятельных поступков.

Словно подстегнутая подобными мыслями, Джози рывком распахнула дверцу, вылезла из машины… и соскользнула в жидкую грязь.

Дождь, словно только того и ждал, припустил так, что девушка мигом промокла до костей. А когда попыталась встать, поскользнулась, шлепнулась в грязь и забарахталась, словно пойманная рыба. Лишь с большим трудом Джози удалось подняться, но стоило ей сделать один только шаг, как она наступила на подол платья и снова плюхнулась в жижу, на сей раз и того хуже – прямо лицом.