Чтение онлайн

Внезапно я почувствовал некую угрозу, что надвигалась на нас спереди. Резко остановив лошадей, я принялся вглядываться магическим зрением вперед, чтобы обнаружить противника, но абсолютно ничего крупнее белки не попадалось мне на глаза. Странно, подумал я, и велел притихшим детям двигаться за собой. Я поехал медленно, чтобы успеть обнаружить возможную ловушку или еще какую-нибудь дрянь, что подстерегала нас на пути, размышляя, почему же мне вдруг почудилась опасность?

Примерно через сто шагов кусты в сторонке зашевелились, и из них стремительно возникло, нет, вытекло черное гибкое тело и оскалилось на нас, угрожающе зарычав. Я придержал свою

лошадь и стал рассматривать этого лесного хищника. Он напоминал нашу пантеру, но был раза в полтора крупнее её. Длинные уши с кисточками, прижавшиеся к голове зверя, сразу напомнили мне кэльвов, с которыми я подружился в самом начале пути. А если и этот зверь разумен, подумал я, и медленно слез с лошади.

— Алекс, назад! — услышал я шепот Алоны, но не обратил на него внимания.

Вместо этого я подошел поближе к зверю и опустился перед ним на колено, одновременно посылая ему свои чувства восхищения его телом, его силой, красивой шерстью... А на шерсть действительно стоило посмотреть — черная, с небольшим белесым пятнышком на правом плече, она вся переливалась даже не находясь на свету, по ней то и дело пробегали маленькие искорки. Что это? Электричество? Или магия? Почему же я его не обнаружил, когда сканировал окрестности? Вопросы так и роились в голове, но я продолжал излучать дружелюбие и отсутствие страха. Зверь перестал рычать, но все так же настороженно продолжал на меня смотреть.

— Привет, — тихо сказал ему я. — Прости, мы, наверное, зашли на твою территорию? Не волнуйся, мы сейчас уйдем и не станем причинять тебе вреда.

Говоря это, я одновременно транслировал свои мысли ему в мозг. Судя по всему, этот зверь разумным не был, так как в ответ я не услышал связных мыслей, а только поймал образ двуногих, с конями, что больно бьют острыми копьями. Я успокаивал зверя, транслируя свои образы — мы друзья, копий у нас нет, скоро уйдем. После этих образов зверь немного расслабился и таким же мягким, текучим движением подошел ко мне. Я не стал делать резких движений, рассматривая шкуру зверя. Да, несомненно, это было порождение магии — плотный черный мех отражал все магические воздействия, направленные на него, как зеркало отражает лучи света. Подойдя ко мне, зверь обнюхал... вернее обнюхала мое лицо, ведь теперь мне было четко видно, что это самка. Я почувствовал, что нападать на меня она не собирается, напряжение покинуло её пушистое тело, а в её эмоциях появилось любопытство. Медленно, чтобы не испугать, я поднял свою руку, а потом нежно почесал у неё за ушком.

Первым её желанием было отдернуться, но я успокоил пантеру, посылая ей свои мысли о том, что не причиню вреда, и продолжал почесывать за ушком. Потом я переместился на шею, пантера уже сама инстинктивно вытянула мордочку вперед, давая мне возможность продолжать. Ободрившись, я подключил к делу вторую руку, став гладить по её электрической шерстке. Странно, но искры, проскакивающие в ней, не причиняли мне вреда, наоборот, они следовали за движениями моих рук, придавая шерсти ощущения нежнейшего бархата. Я услышал, как большая кошка начала мурлыкать, сначала тихо, а затем все громче. Да я и сам получал удовольствие, гладя этого большого и сильного зверя по его странной шкуре. Эх, подумал я, мне бы такую защиту от магии, не пришлось бы защитным коконом пользоваться — тепло и маги не кусают!

Осмелев, я попросил кошку лечь на бок, гладя её по животу и продолжая почесывать шею. Мурлыкание стало еще громче, что я даже улыбнулся:

— Мурлыка! Можно мне тебя так

называть? — спросил я зверя.

Но той было, по-моему, все равно. Она просто получала наслаждение от моих поглаживаний и почесываний. Главное, чтобы её сородичи не набежали, подумал я, припомнив, сколько прошло времени, пока я перегладил всех моих знакомых кэльвов. Через минут десять я поднялся, ловя от Мурлыки сожаление, что все так быстро закончилось.

— Мне пора уходить, — сказал я, дублируя речь мыслями. — Скоро мы покинем твою территорию и не будем на ней охотиться.

Погладив на прощание большую черную кошку по голове, я пожелал ей удачной охоты и вернулся к своим, краем глаза замечая их отвисшие челюсти. Запрыгнув на лошадь, я тронул её с места, и мы продолжили наш путь, провожаемые взглядом Мурлыки. Через минут пятнадцать после встречи со зверем к Алоне вернулась речь.

— Алекс, — потрясенно выдохнула она. — Что я еще о тебе не знаю?

— Многое, — ответил я. — Большинство из этого вообще настолько неприличное, что ты его никогда и не узнаешь. А что тебя так удивило?

— Да ты... — у принцессы даже дыхание перехватило. — Ты только что запросто общался с самым опасным хищником лесов Мардинана и еще спрашиваешь, что в этом удивительного?

— Ну, мне она чересчур опасной не показалась. Да и всего лишь защищала свою территорию, так что нападать все равно не стала бы.

— Да все люди знают, что кашн почти невозможно убить! — подал голос Ален. — Только иногда, когда эти звери начинают охотиться на людей, король может собрать отряд профессиональных охотников в три-четыре сотни человек, которые могут окружить кашну и забить насмерть, потеряв при этом в самом удачном случае двадцать-тридцать человек.

— А маги? — уточнил я.

— Шкуру кашна не берет никакая магия, — просветила меня Алона. — Поэтому она очень дорого ценится. Охотники, убившие одного такого зверя, могут больше не работать до конца жизни!

Понятно, почему! Я бы тоже от такой шкурки не отказался. А если... Я вспомнил урчание Мурлыки, блаженствующей под моими руками, и признался себе, что убить я её просто не смогу. Мне всегда нравились кошки, а теперь еще выяснилось, что чем больше кошка, тем сильнее она мне нравится.

— А что-нибудь крупнее этой кашны в здешних лесах водится? — спросил я знатоков.

— А что, тебе ее одной уже мало? — ехидно спросила Алона.

— Так она у меня не одна, — так же ехидно ответил я. — У меня еще стая кэльвов в друзьях числится!

Проехав метров пятнадцать, я обнаружил, что остался один. Оглянувшись, я увидел, что лица Алоны и Алена стали очень похожи друг на друга и на людей в деревне. Да что же вы так кэльвов боитесь-то, подумал я. Прямо суеверие какое-то! Такие милые зверюшки... Ну, перемещаются быстро, что и взглядом не уследишь, когти и зубы имеют острые, так и что в этом такого?

— Чего застыли? — осведомился я, глядя на детей. — Пошли дальше, скоро солнце сядет.

Глянув на небо, я понял, что дождя нам не избежать. Все оно было затянуто облаками, а на горизонте еще показалась темная туча, догоняющая нас.

— Если не хотите промокнуть, живо за мной! — приказал я и погнал лошадь дальше.

Вскоре я услышал частый стук копыт за спиной. Догнав меня, дети поскакали рядом, но все так же молча, только Ален поглядывал с восхищением. Проскакав так полчаса, я совсем отчаялся и предпринял попытку проломать стену их отчуждения, а то вон и Алона смотрит недоуменно. Глядишь, совсем разговаривать перестанет!