Беги, некромант, беги. Дилогия

«… Наступит время Благоденствия. Утихнут войны, добро примирится со злом, брат не поднимет меча на брата, вассал не предаст своего короля, демоны перестанут искушать души человеческие, темные маги не проклянут безвинных. И воцарится покой в Харосе. Но наступит Темный день, и ступит на землю посланник смерти. Богомерзкий некромант истребит все живое, высосет радость из мира и погрузит его

во тьму…»

Из предсказаний пророка Мануса

– Не хочу я жениться!

– Не жениться, а замуж выходить, – поправил отец.

– Туда – тем более.

– Арлен, отопри! – в дверь что-то бухнуло.

Судя по звуку, всего лишь родительский кулак. Но это пока. Отца и его характер я знала хорошо. Не отопру, прикажет дверь выломать. Ну и пусть.

Радостную весть о грядущей помолвке мне сообщили полчаса назад. Ну как сообщили. Скорее, поставили в известность. Мол, возрадуйся чадо, сам наследник герцога Альсетти соблаговолил взять тебя в жены, свадьба состоится через два дня, жених вот-вот приедет, готовься. Ага, знаю я этого наследничка, виделись.

Спору нет, Аугусто красив, даже слишком. Голубоглазый блондин с ямочками на щеках, хорошим сложением и ростом выше среднего. Но на этом все достоинства жениха заканчивались. Аугусто был до тошноты самолюбив, нарядов у него имелось больше, чем у нашей королевы, и ни одной юбки он пропустить не мог.

А вот уроки фехтования мой будущий супруг не посещал. Потому что, во-первых, махать железками – это варварство, во-вторых, от рукояти меча появляются мозоли, в-третьих, некогда. И пусть я рассуждаю как дикарка, но мужчина, который не в состоянии защитить сам себя, не мужчина. В общем, с какой стороны ни глянь, жениха папенька подобрал идеального. А главное, он же сам его презирал, как истинный северянин и опытный воин. Но деньги смиряют даже с презрением.

– Доченька, я же о тебе забочусь, – отец сменил тактику и голос, в одну секунду превращаясь из грозного правителя Северных земель Империи в любящего папочку. – Аугусто молод, красив, с ним ты ни в чем не будешь нуждаться.

Ага, я ни в чем не буду нуждаться, а заодно и север. Герцог Альсетти был наместником Южной части Империи и контролировал Королевский порт. Именно доходы от этого порта так мечтал заполучить мой любящий отец. А это было вполне возможно, если выдать меня замуж за идиота Аугусто. Его отец уже стар и тяжело болен. Того и гляди, отдаст Великим душу. Тогда сыночек, мой будущий супруг, получит его титул и звание. А отобрать власть у Аугусто для отца – пара пустяков.

Только я ни с того ни с сего заартачилась. Ну вот почему я не родилась мальчиком? Только не старшим, слишком много обязанностей. А, например, младшим. Никому до них дела обычно нет. Живи как хочешь!

– Если через две минуты ты не откроешь эту проклЯтую дверь, пеняй на себя! – долго быть добрым отец не мог.

Разумеется, ждать две минуты никто не стал. В коридоре уже слышался лязг доспехов и топот солдат. Я немного подумала и решила, что без боя сдаваться глупо. Поэтому открыла окно и забралась на подоконник. Внизу как раз стоял свеженький стог сена, высотой в пару метров. Отлично, совсем не убьюсь. Если только немного покалечусь.

Но покалеченную меня и замуж не возьмут. Тоже неплохо.

В дверь бухнуло, потом еще раз. Но та устояла. Еще бы. Дверь была дубовая с железными полосами и тяжелым засовом. Такую только тараном выносить. Папенька, видать, тоже это понял. Удары прекратились, суетливый топот стал удаляться.

Я поежилась. Из окна дуло. На дворе стояла поздняя весна, но на севере в это время еще довольно прохладно. Так что стоять босиком на подоконнике – то еще удовольствие.

Нет, ну что за солдаты пошли. Дверь выбить не могут. Я шмыгнула носом. Так и простыть недолго. Обуться что ли?

Я уже подумывала слезть и натянуть сапоги, когда послышался знакомый топот. Ну наконец-то!

На этот раз грохот был куда солиднее. Видимо, в качестве тарана использовали лавку из Обеденного зала. Добротные, толстые, сделанные без единого гвоздя – они выдерживали даже пьяные драки, которые среди северян были не так уж редки. Получить такой лавочкой поперек хребта среди воинов считалось даже почетным. А молодые так и вовсе за своих не считались, пока такое посвящение не пройдут.

Грохнуло еще три раза, а на четвертый металлический запор вывернул косяк, дверь как-то очень легко распахнулась, и воины вместе с лавочкой на полном скаку врезались в противоположную стену комнаты, к счастью, каменную. Удар сопровождался звоном железа, заковыристой руганью и криками. Я с любопытством вытянула шею. Как и ожидала, лавочка не пострадала. Кажется, даже царапин не прибавилось. Вот это я понимаю, добротная вещь.

– Немедленно приведи себя в порядок! – в комнату вошел отец. – Сейчас жених приедет.

Высокий, с косой саженью в плечах, рваным шрамом, пересекавшим суровое лицо, густой темной бородой и поседевшими волосами, заплетенными в толстую косу. Правда, сегодня привычный доспех был заменен парадным кафтаном. Да и голову украшала не обычная полоска ткани, защищавшая глаза от пота во время боя, а серебряный обруч. Несмотря на свой возраст – пятьдесят с лишним лет, отец был все еще силен и мало кому уступал в бою.

– И не подумаю! – заявила я, патетично прикладывая руку ко лбу. На меня суровый вид папеньки никогда не производил должного впечатления. – Лучше в воду, чем за это чучело.

– Прекрати ломать комедию! – снова загрохотал отец.

Под его взглядом суровые воины быстренько подбирали потерянные при падении щиты и на полусогнутых покидали комнату.

– Скамеечку не забудьте, – напомнила я, на секунду выходя из образа.

– Дочь моя, не испытывай мое терпение, – предупредил отец.

– Ну что вы, папенька, и в мыслях не было. А ежели вы так торопитесь, могу без лишних разговоров сразу из окна выкинуться, – я посмотрела вниз, глубоко вдохнула и начала размахивать руками, готовясь к прыжку.

– Стой, дур… неразумное дитя! – отец подался вперед.

Я замерла, но спускаться с подоконника не спешила.

– Ну чего ты хочешь?

– Я не хочу выходить замуж за это посмешище!

– Арлен, – устало произнес отец, – ты же понимаешь, свадьба состоится. Даже если мне придется тебя связать и притащить в храм. Так что давай обойдемся без драм и глупостей. Спускайся.