Чтение онлайн

«Черт возьми, — подумал он. — А вот и она».

Это была Кэрол Баннер — бич всей окрестности. Одинокая, привлекательная, с такой фигурой, будто сошла с картины Рубенса, и кокетка номер один во всем мире.

— Привет, Джек, — сказала она, затаив дыхание, и двинулась к нему со своего участка.

Джек замедлил шаг и натянуто улыбнулся.

— Привет, Кэрол. У меня нет времени на разговоры. Надо доставить Алана домой, пока не начался дождь.

— Дождь? — удивленно спросила она, посмотрев на небо.

Повернувшись на север, Кэрол недовольно нахмурилась по поводу приближающегося

ненастья. — Что же мне делать? У меня наверху вода протекает через жалюзи, а рабочие до сих пор не пришли их починить.

— Просто закрой окна, — сказал Джек, отлично понимая, на что она намекает. Но больше к ней в дом он не пойдет. Кэрол придвинулась ближе, и ее грудь уперлась в его руки.

— Может быть, ты их посмотришь ради меня? Я совсем одна в, доме, а он такой огромный, что мне одной никак не управиться.

— Возможно, мы с Кэти выберем один из ближайших вечеров и зайдем к тебе, тогда я их и посмотрю, — ответил Джек.

Она медленно раскачивалась из стороны в сторону и терлась грудью о его руки.

— А может быть, ты прямо сейчас на них взглянешь? Пока дождь не начался?

— Нет, сейчас не получится.

Она недовольно надула губы, и ее худое лицо, принадлежащее другому столетию, выразило крайнюю досаду. Когда она строила из себя маленькую беззащитную девочку, Джеку хотелось ее задушить. Внутри у него все переворачивалось. Он просто не мог ее понять. Она была популярной певицей и записала уже двенадцать пластинок, два раза снималась в кино и участвовала в спектаклях на Бродвее. И до него никак не доходило, почему она кидается на каждого встречного мужчину.

Джеку было неприятно стоять рядом с ней у дороги.

— Послушай, мне пора домой. Кэти ждет.

Кэрол томно посмотрела на него.

— Мы потом встретимся?

— Конечно, — сказал он. — Только мне в самом деле надо идти.

Он отступил назад, отстранился от нее и зашагал к своему дому.

— До свидания, Алан, — крикнула она вслед.

— До свидания, — сказал Алан, сидя на плечах у Джека.

Джек шел вперед. Не надо оглядываться: он знал, что она сейчас идет к дому, как всегда покачивая бедрами. «Неужели это все, что ей нужно? — подумал он. — Нет, лучше уйти поскорее. Но ведь это и все, что нужно мне. Бог мой! Кэрол Баннер в моей жизни! — удивлялся он. — Ведь она, как змея, будет извиваться и пролезать между мной и моей семьей. Какого черта она приперлась сюда и живет здесь, на этой улице? Почему она не осталась в Нью-Йорке?» Они подошли к дому.

— Ну вот и все, кроха, — сказал Джек, снимая с плеч Алана. На улице становилось темно. — Иди домой и поищи маму.

— Хорошо, — ответил Алан.

Джек открыл дверь и пропустил сына в дом. Сам он остался на пороге, наблюдая за надвигающейся грозой. Да, зрелище будет прекрасным. Он никогда еще не видел, чтобы тучи сгущались так быстро. Только один раз он наблюдал что-то похожее, когда они с Кэти отдыхали во Флориде. Алана тогда еще не было.

В тот день они сидели у пруда и загорали, а потом вдруг увидели тучи, идущие с юго-востока. Тучи двигались с невероятной скоростью. Один из местных жителей объяснил им, что во Флориде всегда так — дождь начинается неожиданно

и так же неожиданно кончается.

— Джек! Шел бы ты лучше в дом! — позвала Кэти, стоя в дверях.

Он повернулся и посмотрел на нее через стеклянную дверь. Его жена была еще красива, хотя и поправилась на лишних пять фунтов. У нее сохранились великолепные длинные черные волосы, да и эти лишние фунты были не слишком заметны при ее округлых формах.

До шестнадцати лет Кэти жила в Европе, училась в лучших школах, но потом очутилась в Бостоне, когда работала танцовщицей в баре, выступая в полуобнаженном виде, чем очень расстроила своих родителей. Через несколько месяцев такой работы она уехала домой в Де Мойне, а еще через несколько месяцев оказалась в Нью-Йорке, где они и встретились.

— Выйди сюда и посмотри, что делается, — позвал Джек.

Кэти открыла дверь и шагнула на улицу.

— Я уже видела позади дома.

— В жизни не видал такого.

— Поживи подольше и еще не то увидишь!

Он улыбнулся и обнял е° рукой за плечи.

— Иди в дом, — сказала она, — а мне нужно снять белье Алана. Я еще не все закончила. Он там, за домом, в песочнице.

— Ладно. Пока вы занимаетесь делами, я приготовлю свой всемирно известный салат из тунца.

— Ты очень заботливый, — сказала она и открыла дверь.

Джек вошел в дом.

Внутри было прохладно, хотя сквозняков не чувствовалось. Ему нравилось, как Кэти ведет хозяйство: все в доме было из настоящего дерева, на прекрасном паркетном полу лежали натуральные ковры. Мебели было ровно столько, сколько нужно, чтобы жилище не походило на антикварный магазин.

Проходя в кухню, он увидел, как Кэти пошла за Аланом. Она была очень динамичной женщиной, таких он никогда не встречал. Джек открыл холодильник и вынул оттуда две банки консервированного тунца. Напевая навязавшуюся популярную песенку, он начал доставать другие необходимые продукты.

«Как все хорошо, лучше и быть не может», — подумал он.

В кухне стало темно, тучи закрыли солнце. Джек посмотрел на часы, висевшие на стене — было только четыре часа.

«Интересно, однако, холодно до сих пор не становится», подумал он.

Тут он выглянул в окошко над раковиной и увидел, что пошел снег. СНЕГ?! Какого черта! Банка с майонезом выпала у него из рук.

Как накатывающаяся волна, плотная стена белого, коричневого и серого цвета пронеслась позади дома и ударилась в дверь. Он услышал, как заплакал Алан, как вскрикнула Кэти, и кинулся к задней двери. Кэти снова закричала, и от этого безумного дикого крика кровь отхлынула от его лица, застыла в жилах, и он замер, содрогнувшись.

«Господи, — подумал Джек. — Что это? Что происходит?»

— Кэти! — крикнул он изо всех сил.

Он уже не видел ее, не мог он разглядеть и Алана. Они были там, на улице, захваченные этим безумием.

Надо выбираться отсюда и помочь им войти в дом!

Он почувствовал укус насекомого на шее, потом такой же на спине. Тогда он оглянулся и увидел их — это были маленькие бабочки, не больше его ногтя, они летали по холлу, залетали в кухню. Он подумал, что их здесь, наверное, уже несколько сотен.