Чтение онлайн

— Какого ёкая…то есть черта! — переобувается Аяно с японского эмоционального высказывания на русский аналог. — Вы оставили Бессмертного под самым забором что ли?

— Нет, — Бастер в замешательстве. — Отвез его на пятнадцать километров.

— Ох, тупой Бессмертный, — подполковник сжимает рукоять катаны до хруста. Пальцы не находят привычного шелкового темляка, и Аяно еще больше гневается. — Сказала же, чтоб не больше сотни килограмм «тротила»*! А он тонну точно в себя зашил!

*/

имеется в виду тротиловый эквивалент.

Японка переводит взгляд на желтый песок арены, обдумывая настоящую свою проблему. Зарвавшийся новобранец. Ладно, Бессмертный — тот просто неряшлив. Мальчишка же строит из себя не пойми кого. Еще и руки распускает — лапал ее перед Скоморохом. Больше всего же бесит его волчий бесстрашный взгляд. И что ему плевать на авторитеты. Дикий зверь. Как он посмел сжечь ее орден!

Многие из «зорь» пришли посмотреть на спарринг. Отряд собрался у песочной арены. Пока Скоморох и Артем переодеваются, спецназовцы решили подобрать последнему позывной.

— Сморкач, — глухо раздается из-под зеркального шлема Салада.

— Школоло, — подрыкивает Вендиго, почесывая когтями шишак на лохматом лбу. И когда успел набить?

— Тоже на спарринг с ним хотите? — криво усмехается Ясна. — Парень-то из бойких, сами ощутили.

Оба молчат, отведя взгляды. Аяно же застывает в прострации: когда и эти успели поцапаться с Артемом?

— Аднака, командяр, далга они, — раскрывает широченную пасть Али. — Разрешите за куряйцей сбигать. Прагалдалсь.

— Не разрешаю, — морщится Аяно. — Тебя никто не держит. Собрание окончено, на сегодня свободны. Иди ешь в столовую.

— В сталавай тока жаринай. Али сыруй хател.

— Тогда иди ешь в курятник.

Правда, Аяно не знала, где майор его найдет, но за Крокодила не волновалась. Мутант был прирученный. В отличие от Артема.

Но Али таки остается. Невиданное дело, чтобы у Крокодила любопытство пересилило зов желудка.

Наконец бойцы выходят из раздевалки.

— Скоморох, — подзывает Аяно своего верного ветерана.

По нему не видно, что майор переодевался — та же черная боевая экипировка. Та же древняя маска с прошивками.

— Артем наглеет, — подступив ближе, тихо говорит японка. — Проучи его хорошо. Не жалей. Совсем не жалей. Покажи ему суровые будни русского спецназа.

«И вовсе не за темляк! — отгоняет подполковник навязчивую мысль. — И не за то, что меня лапал, обдавал запахом своим свежим и стойким, краснеть заставил… Просто дисциплинарная работа».

Скоморох опускает голову, тело его застыло и напряжено. Странно, не похоже на майора. Только в Египте Аяно видела его таким. Когда их накрыло кумулятивной струей.

— Слушаюсь, командир.

Бойцы ступают на песок арены, с тихим жужжанием врубаются барьеры. Мальчишка в синей спортивной форме

ухмыляется в сторону Аяно. Он расслаблен и не проявляет даже капли волнения.

Рефери машет рукой и оба поединщика встают в центр песочного квадрата. Аяно слышит короткое перечисление правил: бой до сдачи или пока один из участников не сможет продолжать, затем бойцы расходятся по противоположным углам. Рефери отступает за щит и оттуда командует:

— Бой!

Скоморох резко приседает, вцепляется руками в усыпанную песком землю. Вздох удивления разносится по «зорям».

— Ух ты! — удивляется Ясна. — Неужели он сейчас врубит Египетскую казнь?! — рыжая девушка оборачивается к японке. — Аяно, мальчика же пережует!

— Кусо! — подполковник кусает губу. — То есть дерьмо!

Она срывается к рефери. Кричит приостановить поединок, но звуки ее голоса тонут в громком скрипе. За барьером вспыхивают прозрачные нити света. У Аяно колет в висках — отдача сошедшего с ума течения энергии.

Вспышки молний. На арену обрушиваются белые, как соль, глыбы льда вперемешку с горящими кометами. Взвывает буря. Песок, да и сам воздух, вспыхивает оранжевым пламенем. Щиты натужно стонут под ударами всех первородных стихий.

Девушка замирает, пытаясь разглядеть в ревущем безумии Артема. Щиты сдерживают цепную реакцию. Теперь поздно снимать барьеры — иначе их всех накроет. Безумие циркулирующей над ареной области живы распространится на весь спорткомплекс.

Не зря именно Скоморох заместитель Аяно. Тогда в Каире он спас весь отряд. Разнес минометную батарею вместе с исполинской пирамидой. После Каира эту неконтролируемую технику и прозвали Египетской казнью.

— Командир, отойди от щитов! — подбегает Ясна, оттягивая японку за плечи обратно к отряду. — Уже поздно!

Бледная Аяно позволяет себя увести, не отрывая глаз от арены.

— Что же ты наделал, Ском, — шепчет она. — Он же еще ребенок.

Жива пропитывает весь мир. Сигналы через нее передаются быстрее скорости света. Таким и образом и обрел неуязвимость Бессмертный — через живу он имеет прямой доступ к, так называемому, Банку памяти Вселенной. Даже расщепленный на атомы, он может восстановить себя с нуля.

Скомороха же жива считает за своего. Купаясь в ее потоках, майор способен проходить сквозь материю. А еще смещать русла энергетических рек. Приводить в бешенство течение силы. Выжить в колоссальном катаклизме способен только неосязаемый Скоморох.

За щитами безумствует освобожденная энергия. Грохот и раскаты грома, рычащий рев и шипение магмы, звуки цунами и стон земных недр. Тысячи бурь в одном клочке пространства.

— Кадавр**, - выдыхает Салада. — Подходящий позывной.

**/ лат. Cadavre — «труп», «мертвое тело».