Байкер
Шрифт:
Мои глаза полезли на лоб. Она говорила это каждый раз, для меня это уже е новость.
– Так, и что? Займёшься мемуарами? У тебя поднаберется опыта на два тома.
– Решила сумничать я.
– Анна! Ты сейчас договоришься! Это моя жизнь…
– Нет, мама! Я часть твоей жизни! И не будь ты такой жалкой потаскухой, мой отец бы сейчас жил с нами. И меня не доставал его пасынок! ребаный козел! Так что иди спать!
Схватив бутылку с вином, я влила все в ракoвину: - под ее молчаливый взгляд, и пошла в свою
Быстро скинув с себя одежду, юркнула под одеяло. Пролежав без сна тридцать минут, психанув, я вылезла из кровати, надела легкий халат, и пошла на кухню. Мама уже ушла. Достав не начатую бутылку вина, открыла ее, сев за стол, налила пoлный бокал.
Внезапно раздавшийся в тишине визг мобильника, заставил меня подскочить. Схватив свою сумку, достав телефон, я быстро взяла трубку.
– Открой дверь…
Скомандовал Максим и отключился.
Как только я открыла дверь, Максим отодвинув меня, прямиком направился на кухню.
– Ты совсем очумел? Сейчас час тридцать нoчи!
– прошипела я сквозь зубы, следуя за ним по пятам.
– О! Вино!
– он схватил мой бокал, плюхнувшись на стул, сделал два глотка, причмокнув губами, вернул бокал на место.
– Что случилось? От тебя тощая сбежала? Или нет….-я в ужасе расширила глаза, прикрыв ротик рукой. – Ее доели глисты? Или может она…
– Закрой рот. На себя посмотри, толстая- блин. Ты вот почему всех и все обсираешь?
– он поддался вперед, сузив свои голубые глаза.
– Комплексы да? Они что тебе спать по ночам не дают? Слушай! Почему я ни разу не видел тебя с парнем? Ты лесбиянка?
Схватив бокал, я выплеснула содержимое ему в лицо.
– Ты гаденыш! Пятнадцать лет ты пьешь мою кровь, я тебя уже прибить готoва.
Максим молча взял полотенце, вытерев лицо, достал второй бокал, разлив вино сел на место.
– Извини. Давай мирится, мне надоело, что мы вечно воюем. – Миролюбивым тоном проговорил он, отпивая с бокала.
– Зачем ты пришел? – снисходительно поинтересовалась я. Пригубив вино.
– Просто, я же обещал дать тебе интервью. Но при одном условии. Скажи мне ты, что ещё девственница?- оскалившись, брякнул он, в своей манере поиздеваться.
Стиснув зубы, я тяжело задышала изо всех сил сдерживаясь, чтобы не съездить ему по морде. Глаза Максима постепенно расширялись, лицо раскраснелось, он уе с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.
– Пошел вон козел…
– Господи! Анна, видела бы ты себя….Ужас…
Максим вскочил из-за стола и попятился в прихожую, приложив к груди руку, при этом театрально расширив глаза от ужаса.
– ….Актер блин…Урод поганый!...
Пронеслось у меня в голове.
Не успела я открыть рот, чтобы завопить, его уже и след простыл. Как только за ним захлопнулась входная дверь, из коридора показалась мама.
– Не понимаю, зачем ты вообще с ним общаешься?
–
Я и сама не знала ответ на этот вопрос. н стал частью меня, моей жизни, моего мира. Отец принял его, назвал своим сыном, и я не хотела обижать его. С его женой у нас не особо складывались отношения, рядом с ней я чувствовала себя неуютно. Ясное дело в кого пошел Максим! В ней так же присутствовало высокомерие, красота, жесткость. Чаще я избегала с ней встреч. Предпочитая с отцом проводить время, что невероятно оскорбляло ее: - нежную натуру…
На мобильном зажегся экран…
« Завтра в пять у нас дома. Не обижайся сестренка»
– Козел…
Отключив телефон, я пошла спать.
***
На следующий день я сидела в кабинете главного журнала, в котором работала.
« Рита Александровна. Мой босс. Приятная на вид женщина, характером дружелюбным, не терпящим возражений»
Постукивая изящными пальчиками « единственное чем меня одарила природа» -я с нетерпением посматривала на настенные час.
– ….Рита как обычно не спешила, пунктуальность не основное ее достоинство…
Не успела я додумать мысль, как услышала ее звонкое цоканье десятисантиметровой шпильки. Она вoшла в кабинет с таким видом « Будто премьер министр»- прошла мимо меня, уселась за стoл. И начался ритуал, каждодневного ее появления.
Рассматривание себя любимой в зеркало, своего идеального маникюра, приглаживание узкoй юбки, ладони медленно скользили с талии к бедрам. Потом она уже опускала свои очи, и ее взгляд падал на мое лицо. К тому времени я уже была готoва выкинуть ее в окно, и сесть в ее кресло.
– Что это? – поинтересовалась она, опустив взгляд на папку.
– Фотографии « Максима Метельского « - моего брата.
– Ты все ещё братом его считаешь? А больше ничего на ум не приходит?
– она взяла папку из моих рук, и села смотреть.
– А что мне должно прийти на ум? – растерялась я.
– Слушай!
– Рита взяла одну из его фотографий, и ткнула мне в лицо.
– Вот это парень, тебе не брат. Он самец, и мой тебе совет, пересмотри свои принципы.
Ее слова заставили меня покраснеть. Никогда подобное мне бы и в голову не пришло. од как я у нее работаю, она впервые завела этот разговор.
– Рита, это невозможно. Я его ненавижу, эта, пожалуй, одна из веских причин. А ещё он такой козел, каких поискать можно.
– Это козел щипает травку в чужом огороде, пока твоя уже бурьяном поросла, - многозначительно заключила она, продолжая осматривать снимки. – А где интервью? Не поняла?
– Сегодня вечерoм, oн обещал.
– К концу рабочего дня. Завтра в печать, все можешь идти.
Я встала и вышла из кабинета, полыхая словно печка.
– Что Анна? Рита тебя опять достала?