Бастион
Шрифт:
— Ну держитесь, суки!
На выстрелы подтянулись твари со всего парка. Мобов собралась целая толпа. Завалил штук двадцать, заметно проредив кольцо врагов. Казалось, победа близко — сиди да спускай крючок. Но потом случилось нечто невероятное. Вялые и медлительные мертвецы вдруг превратились в шустрых верхолазов. Троица мобов в считанные секунды вскарабкалась на истукана и повисла на моих ногах.
Сопротивлялся до последнего, но вскоре был увешан зомби как елка игрушками. Смартфон вибрировал и громко жужжал — здоровье падает! Перед
— Не могу пошевелиться. Я умер?
— Так точно.
— Что это было?
— Защита от шулера.
— Но я играл честно!
— Не совсем. Механика не мешает взбираться на любую высоту, если перс достаточно ловок. На стадии альфа-теста многие залазили на деревья, камни, столбы и оттуда безнаказанно фармили экспу...
— Че?
— Набивали опыт... Вот разрабы и подправили немного мобов, чтобы уравнять шансы. Теперь все сплошь альпинисты.
— Выходит, даже собака сможет залезть на отвесную стену?
— Не залезть. Запрыгнуть.
— Бред какой-то.
— Что поделать, таковы правила.
— Я никогда не прокачаюсь...
— В соло сложно даже на первых уровнях. Найди товарища и играйте вдвоем.
— Ты забыл о моем Единстве? Никто в отряд даже за бабки не возьмет. Да и не горю желанием тусоваться со школотой.
— Тогда делай, что хочешь, — раздраженно бросил Артур.
Я вздохнул.
— Долго еще лежать?
— Можешь сразу лететь в квартиру. Команда: "возврат в убежище". Или найди медика.
— Как?
— Ртом!
Я заорал во всю глотку. Никто не ответил. Вдали раздалась автоматная очередь. Похоже, кто-то добивал моих мертвяков. Черт, до сих пор ни одного квеста не сдал! Второй день в игре, а бомж бомжом. Думал хоть в виртуальности разбогатею — фиг там.
Вдруг поблизости послышались осторожные шаги. Поднял взгляд, но никого не увидел — не хватало угла обзора, а башка не двигалась.
— Эй, старик, — донесся вкрадчивый женский голосок.
— Какой еще старик?! — разозлился я, подозревая, что надо мной опять будет глумиться малолетка.
— Ты выглядишь лет на сорок. Тут редко встретишь мужчину в возрасте. Ладно, буду звать тебя папаней.
— У тебя минута на помощь. Или лечи, или вали отсюда. Дай спокойно умереть.
Незнакомка бесцеремонно уселась на живот и потянулась за рюкзаком. Теперь я мог разглядеть девушку во всех подробностях. На вид лет двадцать, хотя ведет себя как ребенок. Узкое личико с большими голубыми глазами и вздернутыми носиком. Не красивое, не уродливое, просто приятное. Волосы прямые, до подбородка. Молочно-белые в черную полоску. По два темных штриха на щеках, губы в апельсиновой помаде.
На макушке — шапка в виде лисьей головы. Забавная такая, будто мультяшный персонаж сел передохнуть в копне полосатых локонов.
Спускаемся ниже. Белый топик с красным
Несмотря на выпуклые достоинства, она совершенно не в моем вкусе. Предпочитаю женщин постарше с выветрившейся молодежной придурью. Все эти ушастые лисьи шапки, топики и пирсинги точно не для меня. Я и в юности на подобную ерунду не западал, а уж сейчас и подавно.
— Ты скоро там?
— Одну минутку, папаня.
— У тебя нет минутки. Сорок секунд.
Рюкзак медика тоже в виде лисы. Девушка вскрыла плюшевому зверьку "череп" и выудила непонятную штуковину. Пластиковая коробка зеленого цвета с крестом. На торце — колесо с рукояткой, сверху две клеммы. Высунув язык, она начала усердно вращать колесо. Коробка противно жужжала, между клеммами проскакивали ярко-голубые молнии.
— Сейчас зарядится, не переживай. У меня базовая "Искра", придется подождать. Готово!
Незнакомка замахнулась и со всей дури обрушила штуку на грудь. Я зажмурился и сжал зубы. Но, слава богу, не почувствовал ничего, кроме приятного холодка. Вернулась подвижность. Полоска здоровья заполнилась на треть и слабо мерцала. Новенькая рубаха потеряла двадцать процентов прочности, штаны — десять. Это можно было понять не только по данным с дисплея. Мертвецы оставили на память россыпь прорех.
— Облом, — вздохнула девчонка. — За дохлого деда дали всего сотню опыта.
Я хмыкнул и зашагал к выходу из парка. Кажется, в этой игре традиция издеваться над всеми, кто старше хотя бы на пять лет. И пытаться исправить это бесполезно. Уж лучше молчать и не тратить нервы.
Но не тут-то было. Медик догнала меня и зашагала рядом, взявшись за лямки рюкзака.
— Меня Зебралис зовут.
— Как-как?
— Ну... зебра и лис. Очень люблю лисичек и хотела выбрать рыжий цвет волос. А потом увидела черно-белую полоску... Такая классная, не смогла устоять. Но какой же я лис, если не рыжая. Какая-то зебра получается. Но зеброй быть не хочу, потому что люблю лисичек. Видишь? — Зебралис повернулась спиной. — Даже рюкзак лисий купила. И шапку, и гетры. А на хвост денег не хватило. Но скоро обязательно соберу весь комплект. Понимаешь, я как бы и зебра и лисичка...
— Ты! Можешь! Просто! Помолчать! — взревел я, всплеснув руками.
— Ну чего ты сердишься? — Она мило захлопала ресницами. — В таком возрасте сердиться себе дороже.
— Все, ни слова больше.
Мы подошли к площади. Народа заметно прибавилось. Не так много, как вчера вечером, но от шума и гама заложило уши. В небе стрекотал боевой вертолет, по дорогам гудели и тарахтели разномастные автомобили, проскрипел гусеницами танк ядрено-розового цвета. Башня перекрашена в оскаленную кошачью морду, а дуло в сигару.