Чтение онлайн

Когда веселый день бывает так хорош,

Когда цветут зеленые побеги,

Все в мире любит и поет,

И отдаются сладкой неге

Морские чуда в лоне вод,

В полях хор птичек голосистых

И тигры в зарослях лесистых.

Но из породы жавронков одна

Пичужка время даром потеряла,

Любовных ласк весною не познала,

И летом вывесть деток вздумала она.

Свила гнездо, на яйца села.

Заколоситься рожь успела,

Глядь -

Птичка вывела ребят.

Еще слабы и хилы детки,

Летать не могут, в гнёздышке сидят;

Мать тащит им букашек, мошек, ветки,

Ну, словом, много ей хлопот,

И вот совет Птенцам дает:

"Пока она заботится о пище,

Сидеть спокойно у себя в жилище

И все кругом как надо примечать.

Когда ж придет Владелец этой нивы

И станет с сыном рассуждать,

Пересказать подробно мне должны вы,

О чем он речь с ним поведет,

От этого зависит наш отлет".

Едва Пичужка улетела,

Пришел Помещик с сыном: "Рожь созрела,

Он говорит, - убрать ее пора,

Проси соседей, чтоб с утра

Они явились завтра к нам с серпами

Жать рожь".
– И с этими словами

Отец и сын пошли домой.

А Жавронок, по возвращеньи,

Застал гнездо свое в смятеньи.

"Мамаша! С утренней зарей

Помещик приказал позвать друзей для жатвы!"

Кричит один Птенец.

"И только? Ну, тогда

Навряд вы

Вспорхнете скоро из гнезда.

Спокойны будьте!.. Вот еда!

А завтра, коль придет Помещик снова,

Не упустить старайтеся ни слова!

Ну, а пока ложитесь спать".

Все улеглись, и птенчики, и мать...

Вот день настал, но не пришли соседи.

Заботясь об обеде,

Пичужка вновь оставила детей.

Пришел Помещик снова. "Эх, обидно!

Не сжата рожь еще. Как видно,

Я полагался даром на друзей.

Он говорит.
– Сходи, сынок, скорее

К родным, пускай они придут!"

Переполох в гнезде еще сильнее:

"Они родных, мамаша, позовут!"

"Родных? Ну, вы боитесь вздора,

Нам улетать еще не скоро..."

Был Жаворонок прав. Проходит день, и что ж?

Родные не пришли. Осматривает рожь

Помещик в третий раз: "Да, сделали мы промах,

Зовя родных, соседей и знакомых.

Надейся на себя! Ты сам - свой лучший друг.

Пойдем за нашими... Пускай придут с серпами,

Да за работу примемся-ка сами!

Мы живо рожь сожнем!" В гнезде опять испуг.

Узнав Помещика решенье,

Мать молвила: "Теперь пора!.. Идем!"

И из гнезда,

кто влет, кто кувырком,

Все выбрались без затрудненья!

В. Мазуркевич.

Содержание басни у Авиана (см. прим. к басне 7) и Фаерна (прим. к басне 24). Сумароков отдаленно перевел ее под заглавием "Птаха и дочь ее".

Госпоже де Монтеспан

Богам обязаны мы дивным даром басен;

А если смертного уму благодаря

Мы обладаем им, - настолько он прекрасен,

Что мудрый смертный тот достоин алтаря.

Волшебный этот дар исполнен обаянья,

К себе влекут чудесные сказанья

Сердец вниманье и умов,

И к ним нас дивные приковывают узы.

Коль скоро место для смиренной Музы

Моей нашлось на пиршестве богов,

Молю, Олимпия, чьим несравненным чарам

Подчинено все в мире, - с высоты

Брось на нее взор благосклонный ты,

И Музу не отринь с ее посильным даром.

Своим вниманием сама

Ты поощри игру ума,

И Время, все вокруг губящее сурово,

В трудах моих мне жизнь дарует снова:

Кто самого себя захочет пережить,

Тот похвалу твою обязан заслужить.

Лишь от тебя я жду стихам награды:

В твореньях наших красоты

Тебе известны все малейшие черты.

Пленительны слова твои и взгляды;

Кому ж прекрасного быть лучшим знатоком?

На этот путь я Музою влеком;

Но воспевать хвалу тебе не смею:

Тебя прославить лирою своею

В удел певцу великому дано.

А я, Олимпия, прошу о разрешенье:

Лишь именем твоим да будет суждено

Украсить мне последнее творенье,

И тем спасти его в грядущем от забвенья.

И в будущем, на зависть несмотря

Врагов моих, тебе благодаря,

Удастся заслужить ему вниманье мира.

Пусть милости такой моя не стоит лира,

Ее прошу во имя басни я:

Сильна над нами власть ея,

И если ей обязан счастьем буду

Я угодить тебе, обязан ей возвесть

В награду храм; но храмы только в честь

Тебя одной хочу я строить всюду.

О. Чюмина.

Француаза Атенаиса де Рошешуар де Мортемар, маркиза де Монтеспан (1641-1707) была, по своему влиянию на Людовика XIV, всемогуща в то время, когда Лафонтен писал это посвящение. Она всегда покровительствовала писателям, особенно Буало и Лафонтену. Мнения ее очень ценились: она считалась замечательно умной женщиной.

125. Мор зверей

(Les Animaux malades de la peste)

Лютейший бич небес, природы ужас - мор