Башня Занида (Авт.сборник)
Шрифт:
Перед постаравшейся выстроиться в линию гвардией, стоял Кордак бад-Джилан, хорошо сложенный капитан регулярной армии Балхиба. Его лоб хмурился под торчавшим гребнем шлема. Фаллон знал, почему хмурится Кордак. Капитан был добросовестным солдатом и хотел бы превратить гражданскую гвардию в точный и единый, военный организм, подобный машине. Но какого единства можно ожидать от столь разнородного состава? Бесполезно даже пытаться заставить их приобрести мундиры: тотиане, надев форму поверх своей шерсти, тут же задохнулись бы от жары, и ни один портной в Балхибе не взялся бы шить
— Жуго-й! — крикнул капитан Кордак, и неровная линия проявила некоторое внимание.
Капитан объявил:
— В следующий пятый день для всех моих героев состоится тренировочный бой на западной равнине через час после того, как алые лучи Рокира упадут на нее. Следует захватить с собой…
Капитан Кордак, подобно другим кришнянам, любил украшать свою речь. Даже простые предложения звучали у него с напыщенной высокопарностью. На этот раз, однако, он был прерван громким возгласом неодобрения своей секции.
— Почему, во имя Хишкака, вы, заржавленные лезвия, воете и скрипите, как старое дерево в бурю? — воскликнул капитан. — По вашему вытью можно подумать, что вас посылают потрошить шена при помощи метлы!
— Тренировочный бой! — простонал Саванч, толстый содержатель таверны с улицы Шимад и командир отделения секции. — Зачем нам это? Мы знаем, что один верховой джунга может засыпать весь отряд стрелами, как Карар засыпал войско Джупулана. Зачем эта глупая игра в солдатиков?
Джунгами балхибцы называли жителей западных степей — воинственных обитателей Квааса, Джаукии или Джерамиса. Кордак сказал:
— Стыдно, мастер Саванч. Как может представитель нашего мужественного народа говорить так трусливо! Есть чрезвычайный приказ министра, чтобы все отряды гражданской гвардии приняли участие. Так что придется и вам волей-неволей идти на учения.
— Я отказываюсь, — пробормотал Саванч.
— Отказы не принимаются, — Кордак понизил голос. — Между нами, до моих ушей донесся слух: положение на западе опасное и угрожающее. Камуран из Квааса — пусть Ешт уничтожит его уши — созвал племенные войска и разгуливает с ними вдоль границ своих огромных владений.
Он произнес «Кваас» как «Квасф», так как в балхибском языке нет дентальных согласных.
— Он не может напасть на нас! — сказал Саванч. — Мы ничем не спровоцировали его, он же поклялся не нарушать договора, заключенного после битвы при Таджроше.
Кордак преувеличенно вздохнул:
— Итак, старая бочка сала, вы считаете, что джунги из Квааса, Сурии и Джаукии стали соблюдать договоры? И мне больше нечего делать сегодня вечером, как спорить с вами? Во всяком случае, таков приказ. Теперь отправляйтесь в обход, и пусть запах винных магазинов не отвратит вас от выполнения ваших обязанностей. Следите, не выходит ли кто ночью из домов горожан. Это могут быть воры. В таких обстоятельствах, когда готовится горячая схватка, цена на металл увеличивается и появляется множество воров.
Мастер Энтане, ваш маршрут включает район улицы Джафал, окружает Сафк, возвращаетесь вы по улице Барфур. Будьте особо бдительны на аллеях вблизи фонтана Карара. За последние десять ночей там было три случая грабежа
Когда каждое отделение получило свой маршрут, они отправились в ночь. Алебарды под разными углами торчали над телами, плотно закутанными в верхние туники от ночного холода. Хотя времена года выражены на Кришне менее резко, чем на Земле, суточный перепад температур значителен, особенно в степных районах, где был расположен Занид.
Отделение Фаллона, кроме него, включало еще троих: двух кришнян и осирианина. Обычно уроженец другой планеты не назначался командиром, но у многоэтнического района Джуру были свои правила.
Задание патрулировать район, в котором находился Сафк, вполне устраивало Фаллона. Отделение направилось к улице Джафал, главной улице города, и последовало по ней, разделившись по двое к внимательно вглядываясь в двери домов в поисках следов кражи со взломом или других происшествий. Тусклый свет двух из трех спутников Кришны, Каррима и Голназа, смешиваясь с отблесками пламени железных светильников, установленных на перекрестках, давал вполне приличное освещение. Отделение прошло мимо повозки, запряженным одним шейханом: эта повозка по ночам развозила топливо для светильников.
Фаллон слышал, что проект замены этих светильников более эффективными битумными лампами был отвергнут из-за происков магнатов, продававших Заниду топливо.
Время от времени Фаллон и его «люди» останавливались, когда их внимание привлекали звуки, доносившиеся из домов. Но в этот вечер ничего незаконного не происходило. Первый раз шум объяснился ссорой женщины со своим джагайном; второй — крики принадлежали пьяной компании.
На своем восточном конце, перед тем, как перейти в площадь Карара, улица Джафал изгибается. Приблизившись к этому изгибу, Фаллон услышал какой-то шум, доносящийся с площади. Отделение двинулось быстрей и, выйдя за угол, обнаружило у фонтана Карара толпу кришнян.
Площадь Карара (или Гарара, если использовать балхибскую форму этого имени) не была квадратной, а имела форму вытянутого несимметричного многоугольника. В одном ее конце находился фонтан Карара, в центре которого возносилась над толпой статуя туземного Геркулеса. Скульптор изобразил Карара верхом на чудовище. Правой рукой герой поражал чудище, а левой прижимал к себе одну из своих многочисленных возлюбленных. На другом конце площади громоздилась могила короля Бал ада, увенчанная статуей великого доура, сидевшего в глубокой задумчивости.
Из толпы слышался звон стали, а свет лун отражался в лезвиях, поднятых над головами. Фаллон различал отдельные крики:
— Бей грязного ештита!
— Берегись, он нападает!
— В сторону, в сторону!
— Пошли! — скомандовал Фаллон, и четверо гвардейцев с алебардами наготове бросились вперед.
— Стража! — крикнул кто-то.
С удивительной быстротой толпа рассеялась, любители дуэлей прыснули в разные стороны, исчезая в прилегающих улицах и аллеях.
— Задержите нескольких свидетелей! — выкрикнул Фаллон и побежал к центру беспокойства.