Чтение онлайн

— Она считает, что видел.

— Генерал говорил — мы лишь сделаем вид, что он у нас. Похоже, я начинаю кое-что понимать. Старик был способен на весьма дурные поступки. Возможно, зараза охватила часть движения. Я хочу знать подробности.

Хадрибел нахмурился. Он боготворил Генерала и отказывался допустить, что старик не во всем и не всегда был одинаково безупречен.

— Я постараюсь разузнать, что смогу.

Бел-Сидек вернулся к женщине и продолжил допрос.

Но эта упрямица наотрез отказалась говорить с ним.

Эйзел

явился по вызову в Дом Правительства с большой неохотой.

Механизм этих вызовов был налажен много лет назад, но геродиане ни разу не пользовались им. Именно поэтому Эйзел чувствовал себя весьма неуверенно. Не успел он переступить порог Дома Правительства, ему сразу же захотелось уйти.

Особенно встревожили его новости о набеге турков. Это могло поколебать и без того неустойчивое равновесие.

Привратник, не теряя ни минуты, провел Эйзела к полковнику Бруде, а тот прямиком к генералу Кадо.

— Спасибо, что пришел, — поблагодарил Кадо. — Слышал о бесчинствах турок в Агадаре?

— Только об этом и говорят.

— Дурные вести быстро разносятся. Как реагирует население?

— У всех поджилки трясутся — точно турки вот-вот прискачут и разграбят город.

Кадо криво усмехнулся.

— Я как раз собираюсь на совещание. Мы должны решить, как поступить с ними. Я хочу, чтоб ты сопровождал меня, на случай если понадобится засвидетельствовать реакцию кушмаррахан.

— Мне это не по душе. Я разведчик, а не…

— Ты снова переоденешься телохранителем. Никто из участников совещания не представляет для тебя опасности. Там будем мы с Брудой, старшие офицеры легиона, градоначальник, Фа'тад и его командиры. Ты — мой единственный пробный камень, без тебя я не чувствую, не понимаю кушмаррахан.

— Полная чушь. Мне придется чертову уйму времени торчать на вашем совещании. А потом кто-нибудь из этих ребят — к примеру, толстобрюхий полудурок Сулло, приметит меня на улице и поднимет трезвон на весь мир: «Ага, вот идет парень, который крутился вокруг Кадо и прикидывался телохранителем».

— Конечно, есть доля риска Но сделай уж мне такое одолжение, Розан. Нелегкая предстоит задачка — вертеться между Фа'тадом, Сулло и Живыми. Кстати, ты слышал, что случилось с Сулло?

— Вроде бы нет.

— Вчера он отправил двадцать мортиан освободить поместье вдовы Ханно-бел-Карбы. Сегодня Живые прислали Сулло сундук с их головами.

— В самом деле? Со стороны градоначальника это была отчаянная глупость.

— Я предупреждал Сулло. Он и слушать не стал. Приглядись к нему повнимательнее. Возможно, вскоре у меня к тебе будет в этой связи особая просьба. Он, похоже, начинает испытывать некоторое смущение. Эйзел хмыкнул.

— Понаблюдай также за Фа'тадом. Я с трудом понимаю его. У тебя возникли какие-нибудь соображения — что он делает в лабиринте Шу?

Эйзел пожал плечами.

— Слышал

несколько версий, но не верю ни одной. "

— Например?

— В холме Шу имеются пещеры. Это факт. По одной из версий, главари разбойничьих шаек, что гнездятся в лабиринте, прячут там награбленные сокровища, а Фа'тад задумал наложить на них лапу. По другой, в одной из пещер начинается тайный подземный ход, ведущий в крепость, а Фа'тад вознамерился проникнуть туда.

— Но все это лишь вымысел?

— Ребенком я жил в Шу и не слыхал ни о сокровищах, ни о тайном ходе. Но это ничего не значит. Мальчишке просто не стали бы ничего говорить.

— Фа'тад-то не сомневается, что там есть нечто важное. Сегодня он отправил в лабиринт половину своих людей. Думаешь, он узнал что-нибудь от захваченных вчера пленных?

Эйзел снова передернул плечами.

— Я слышал, большинство из них уже казнены.

— Что ж, они не были примерными гражданами. Кадо позвонил в маленький серебряный колокольчик. На пороге вырос полковник Бруда.

— Сэр?

— Раздобудьте Розану форму телохранителя. Розан, буду очень признателен, если ты укажешь мне хотя бы одного из тех, кто расправился с мортианами градоначальника Сулло.

— У них хватит ума не хвастаться этим.

— Именно поэтому Союз Живых до сих пор существует и действует. Но все же постарайся.

Окружившие Зуки дети почти не говорили, но смотрели на него во все глаза. Некоторые подходили ближе и быстро, легко касались его, точно надеялись, что счастливчик заразит их своим везением.

До сих пор все обитатели клетки рано или поздно покидали ее, а вернулся лишь один — Зуки.

Но потом великан пришел снова, и Зуки знал, что больше неожиданных отсрочек не будет. На сей, раз он разделит участь своих предшественников, какова бы ни была эта участь.

Эйзел проследовал за Кадо в зал совещаний с лицом мрачнее тучи. Ему не хотелось быть здесь, не хотелось сидеть тихо, как мышка, и держать язык за зубами. Его не оставляла мысль, что пора убираться из города.

Впрочем, Эйзел ни на минуту не воспринимал эти мечтания всерьез, хотя, возможно, это был бы самый разумный выход.

Кадо кивком приветствовал поднявшихся ему навстречу участников совещания, всего человек пятьдесят — шестьдесят. Они расположились по обеим сторонам массивного — метр восемьдесят в ширину и больше шести метров в длину — стола, украшенного цветным изображением северного побережья до самого Аквира на востоке. Две трети присутствующих составляли геродиане. Напротив сидел Фа'тад ал-Акла со своими командирами. Сулло занял место в дальнем конце стола. Он привел с собой маленькую безобразную женщину. Она, похоже, только-только вышла из детского возраста, но держалась куда увереннее нового градоначальника.