Башня шутов
Шрифт:
– Пст! Пст!
Рядом, за плетнем, стоял мальчик лет, может, шести, в фетровой шапке и перехваченной вожжой рубахе, доходящей до середины грязных икр.
– Пст! В сырню, господин… В сырню… Тудай!
Рейневан глянул в указанном направлении. На расстоянии броска камнем стояла деревянная конструкция, четырехугольное, покрытое островерхой крышей строение на четырех солидных столбах, возвышающееся почти на три сажени над землей. То, что мальчик назвал сырней, больше смахивало на большую голубятню. А еще больше на безвыходную ловушку.
– В сырню, – торопился малец. –
– Там…
– А то! Мы завсегда тама прячемся.
Рейневан не стал спорить, тем более что совсем неподалеку кто-то свистнул, а громкий чих и топот копыт известили о приближении простуженного Роткирха. К счастью, Роткирх свернул между шалашами, выехал прямо на гусятник, а гуси подняли дикий, все заглушающий гогот. Рейневан понял: сейчас либо никогда. Наклонившись, он бегом пустился по краю кустарника, подбежал к сырне. И помертвел. Лестницы не было, а о том, чтобы взобраться по гладким столбам, нечего было и думать.
Кляня свою глупость, он уже собрался бежать дальше, когда услышал тихое шипение, а сверху из черного отверстия змеей опустился канат с узлами. Рейневан ухватился за него руками и ногами и мгновенно оказался наверху в мраморном, душном и заполненном запахом старого сыра чреве. Спустил веревку и помог ему залезть не кто иной, как голиард в красном кабате и рогатом колпаке. Тот самый, который только что читал в корчме гуситскую либеллу.
– Пст, – прошипел он, положив палец на губы. – Тихо, господин!
– А здесь…
– Безопасно? Да. Мы всегда тут прячемся.
Рейневан, может, попробовал бы выяснить, почему в таком случае столь регулярно прятавшихся никто так же регулярно не находит, но времени на это не было. Совсем рядом с сырней проехал Роткирх. Чихнул и направился дальше, не удостоив «голубятню» на столбах даже взглядом.
– Вы, – проговорил в темноте голиард, – Рейнмар из Белявы. Брат Петра. Убитого в Бальбинове.
– Верно, – сразу же подтвердил Рейневан. – А ты спрятался здесь, спасаясь от Инквизиции.
– Тоже верно, – почти тут же подтвердил голиард. – То, что я читал в корчме… Догмы…
– Я знаю, что это были за догмы. Но приехавшие конники – не инквизиторы.
– Кто их знает. Сразу-то…
– Верно. Но, похоже, у тебя здесь есть покровители. И все же ты спрятался.
– А вы – нет?
В стенах сырни были проделаны многочисленные отверстия, через которые к случившимся гомулкам [280] поступал воздух. Они же позволяли вести круговое наблюдение. Рейневан прижался глазом к отверстию, выходящему на корчму и освещенный мазницами майдан. Видеть, что там происходило, он не мог. Слышать же не позволяло расстояние. Но догадаться было совсем не трудно.
280
Круглые сыры, чаще всего изготовляемые гуралями.
Военный совет в корчме еще продолжался, ушли лишь немногие. Так что Стерчей на майдане приветствовали в основном собаки, ну да еще
– Я спрашивал, – загремел он с высоты седла, – видели ли вы парня, соответствующего описанию? Был ли он – и находится ли сейчас здесь? Может, кто-нибудь наконец соблаговолит ответить? А? Вы что, побей вас зараза, вконец оглохли?
Куно Виттрам выплюнул баранью косточку прямо под копыта стерчева коня. Второй рыцарь отер пальцы о вапенрок, взглянул на Вольфгера и многозначительно передернул на живот пояс с мечем. Шёнфельд, не поднимая глаз, забулькал через соломинку.
Подъехал Роткирх, через минуту присоединился Дитер Гакст. Оба в ответ на вопросительные взгляды Вольфгера и Морольда отрицательно покрутили головами. Виттих выругался.
– Кто видел человека, которого я описал? – повторил Вольфгер. – Кто? Может, ты? Нет? А может, ты? Да, ты, вельгух [281] , к тебе обращаюсь! Видел?
– Нет, – ответил стоящий у корчмы Самсон Медок. – Не видел.
– Кто видел и укажет, – Вольфгер оперся о луку, – получит дукат. Ну? Вот дукат, чтобы не думали, будто я вру. Достаточно указать человека, которого я ищу. Подтвердить, что он сейчас здесь или был тут. Кто это сделает – дукат его! Ну! Кто хочет заработать? Ты? Или, может, ты?
281
Громила, великан (устар.).
Один из слуг неуверенно приблизился, робко осматриваясь.
– Я, господин, видел… – начал он, но не докончил, потому что Джон фон Шёнфельд крепко дал ему под зад. Слуга упал на четвереньки. Потом вскочил и убежал, припадая на одну ногу.
Шёнфельд подбоченился, взглянул на Вольфгера и невнятно что-то пробубнил из-под повязки.
– Э? – Стерча свесился с седла. – Чего? Что он сказал?
– Я не уверен, – спокойно ответил Самсон, – но мне показалось, что-то о засранных иудах.
– И мне так показалось, – подтвердил Куно Виттрам. – Клянусь бочкой святого Вилиброда! Не любим мы здесь, в Кромолине, иуд.
Вольфгер покраснел, потом побледнел, сжимая пятерней рукоять нагайки. Виттих тронул коня, а Морольд потянулся к мечу.
– Не советую, – сказал стоявший в дверях кормы Ноткер фон Вейрах, по одну сторону которого стоял де Тресков, по другую – Вольдан из Осин, а за спиной – Рымбаба и Боживой де Лоссов. – Не советую начинать, господа Стерчи. Потому что, клянусь Богом, то, что вы начнете, то мы докончим.