Чтение онлайн

Джастин подошел к первому столу.

– Что, еще один ученик чародея? А ты, вроде бы, говорил, будто никого больше не возьмешь в обучение.

– А ты, Тюрло, кажется, говорил, будто мы с тобой больше не свидимся.

– Ладно. Что тебе нужно? – долговязый Тюрло подался вперед, но с кресла своего так и не встал.

– Хороший сундучок с кухонными принадлежностями и припасы в дорогу.

– Все разложено, выбирай сам.

Покуда я ворошил одеяла и прочие спальные принадлежности, Джастин, не особо копаясь, выбрал дорожную флягу и несколько пакетов

с провизией.

– Все выбрали – буркнул торговец, поднявшись-таки с кресла и вперевалку направившись к столу.

– Тут и выбирать-то было нечего.

– Как насчет серебреника?

Джастин сокрушенно покачал головой:

– Я всего-навсего бедный странствующий маг, вынужденный брать учеников, а ты дерешь с меня втридорога, ровно с богатого купца.

Остальные двое, куда более тощие, чем Тюрло, загоготали в своих качалках.

– Надо же, совсем мальчонка, – промолвил торговец, пройдясь по мне взглядом глубоко посаженных черных глаз. – Неужто нынче и таких на колдунов учат?

– Так ведь сам знаешь, время суровое.

– Семь медяков, но это только по старой дружбе.

– А как насчет спального мешка – вот того, коричневого?

– Этого? Сделан на Отшельничьем, наименьшая цена – пять серебреников. Не промокнет нигде, разве что на дне морском.

– Не всем нравятся изделия с Отшельничьего, – заметил Джастин.

– Оно конечно, но вещи-то добротные. Тут уж не поспоришь.

– А ты-то как разжился этой вещицей?

– Кто-то из этих ребятишек – гармонизируемых, или как там по-ихнему, – продал этот спальник моему знакомому из Фенарда. Но тамошнему префекту приспичило объявить торговлю изделиями с Отшельничьего незаконной, и тот малый быстренько отвез вещицу в Джеллико, благо виконту плевать, кто чем торгует. Там я ее и купил.

– Даю серебреник.

– Да ты что? Хочешь, чтобы я торговал себе в убыток?

Кончилось тем, что Джастин выложил три серебреника, получив за это спальный мешок, вместительную флягу и пять пакетов со съестными припасами. Мне бы в жизни не выторговать столько всякой всячины за такие деньги.

– Ну, чародей, уж в следующую-то зиму ты меня точно здесь не увидишь.

– А ты больше не увидишь меня с учеником, – парировал Джастин.

Они оба рассмеялись, а потом мы вышли. Все покупки, разумеется, нес я.

Ветер снаружи усилился. Я положил спальный мешок на седло и принялся укладывать пакеты со съестным в торбу. И тут Джастин многозначительно прокашлялся.

Я посмотрел на него.

– Два серебреника и девять медяков, – сказал маг. Лицо его оставалось бесстрастным, но мне показалось, будто он прячет улыбку.

Я вытащил из поясного кошеля три серебреника, отметив про себя, что мои денежные средства тают слишком быстро. И что доставшийся мне спальный мешок принадлежал такому же бедолаге, как я, которому пришлось продавать вещи, зайдя не так уж далеко от моря.

Уложив пакеты с едой, я свернул водонепроницаемый спальный мешок в плотную скатку и привязал позади седла.

– А воду во фляги наберем по дороге,

из какого-нибудь источника, – сказал Джастин. С моей стороны возражений не последовало. В отношении чистоты Хаулетт доверия не внушал.

Не сказав больше ни слова, Джастин отвязал Роузфут, сел верхом и тронул поводья. Он успел уже доехать до окраины Хаулетта и свернуть на левую дорогу, а я все еще возился с Гэрлоком. Догнать Серого мага мне удалось лишь через несколько кай. Но и когда мы поехали по извилистой дороге бок о бок, Джастин не сделался более разговорчивым.

Серый маг натянул поводья своего пони. Я сделал то же самое, только вот Гэрлоку останавливаться не захотелось, во всяком случае на том месте. Мне пришлось использовать весь свой вес, налегая на недоуздок. На какой-то миг у меня возникла мысль – не сменить ли эту бесполезную штуковину на настоящую узду с удилами?

И тут пони резко остановился.

Только благодаря стременам мне удалось не вылететь из седла. Джастин только вздохнул, глядя на все это.

Когда мне, наконец, удалось занять в седле положение, более-менее приличествующее всаднику, Серый маг кивком указал направо. Там в начале узкой тропы некогда находился дорожный указатель, но верхушка столба обломалась, и надпись отсутствовала. Лишь у основания сохранилось обозначение расстояния «5 кай».

– Налево… там старый город Фэрхэвен. Со своими учениками я обычно проезжаю через него… но ты не мой ученик.

– А им-то туда зачем?

– Затем, что только этот город открывает перед большинством из них уникальную перспективу. Те, кому не дано понять, так никогда и не становятся мастерами…

Ну куда бы меня ни занесла судьба, решительно нигде не было спасения от туманных намеков и многозначительных, но невразумительных фраз. Такая уж моя несчастная доля.

Я пожал плечами:

– Фэрхэвен – так Фэрхэвен.

– Но это удлинит путь на полдня, а то и больше.

– Мне-то как раз спешить некуда. Это ты, вроде бы, говорил, что тебе нужно не опоздать в… как его? Вивет, что ли? А сколько же времени нам придется тащиться холмами до Джеллико – дня два?

– Иногда сделать крюк бывает совсем не вредно, – промолвил Джастин. К поводьям он, вроде бы, и не прикасался, однако Роузфут стронулась с места и затрусила по тропе на Фэрхэвен. Кстати, дорожка эта, пусть узкая и наполовину заросшая, в отличие от петлявшего большака, была совершенно прямой.

Я встряхнул поводья, но Гэрлок не двинулся с места. У меня возникло желание наподдать упрямцу каблуками под ребра, но он, словно угадав мое намерение, тотчас легким шагом двинулся вслед за Роузфут.

Дальше тропа сделалась еще уже. Я, хоть и не считал себя знающим следопытом, постарался выяснить, много ли народу пользуется этой дорогой.

Примерно в половине кай от перекрестка мне удалось углядеть широко отстоящие один от другого отпечатки оленьих копыт, но нигде не было ни малейшего признака ни тележной колеи, ни конских или человечьих следов.