Чтение онлайн

Эррах удовлетворенно шмыгнул носом, шумно высморкался и затих. Мист же, стратегически разместив Книгу под тонкой подушкой, позволила себе провалиться в дремоту, более чем готовая встретиться лицом к лицу с ар-Маэрэ: у нее, в конце-концов, был целый список вопросов и претензий к нему.

Вот только мертвый маг не торопился в своей бесцеремонной манере вторгаться в ее сны: вместо эльфийского дома в чаще леса, вместо классной комнаты и Последнего города в Домене Пепла девушке снилась мирная, бессистемная чепуха, ничем не напоминающая про ожидающие ее наяву штормы.

Посередине

ночи ее разбудил, конечно, вернувшийся Торрен, сшибающий все на своем пути вовсе не по причине настигшей его внезапной куриной слепоты, а из-за не слишком трезвого состояния. Финальным аккордом он упал на четвереньки рядом со своим имуществом, ткнулся носом в кучу барахла и умиленно захрапел.

Мист насколько могла далеко высунула из-под покрывала босую ногу и пнула приятеля в плечо. Тот повернулся на бок, обнимая груду своих вещей, распахнул очи и воззрился на подругу.

— А оно работает, — отчетливо сказал он.

— Что? — не поняла Мист.

— Оно! — Торрен мечтательно закатил глаза. — “Красотка, я не волшебник, но мои руки тоже творят чудеса, хочешь — покажу”.

Мист приподнялась на локте, критически глядя сквозь мрак на своего напарника.

— Разве что, твоя дама совсем не понимала весторн, — сказала она, наконец. — О….так она и не понимала. Все с тобой ясно. Свою утреннюю жабу ты, видимо, уже съел.

— Он, что, с орчихой? — свистящим шепотом спросил Эррах, рискнув тоже подать голос.

— Это ты его допрашивай, — посоветовала Мист, укладываясь обратно. — Мне ваши мальчуковые подробности без надобности.

— Мальчуковые подробности! — захихикал Торрен, заваливаясь на спину и счастливо улыбаясь.

— Пожалуй, мне тоже не надо, — поразмыслив, сказал Эррах и, как нельзя более скандализированный, улегся обратно.

Утро началось, за неимением лучшего слова, забавно. На удивление, именно Эррах проснулся первым, да еще и со светлой мыслью, которую ему приспичило увековечить обсуждением с Мист. Стараясь не расплескать ценную идею, он поднялся со своего места и стал бочком пробираться к ложу мирно сопящей девушки, но не тут-то было. Пьяный или не очень, после приключений или свиданий, Торрен свои приоритеты отлично знал: потенциальная угроза ценной тушке Мист была перехвачена, завалена на пол и морально растоптана многомудрой Торреновой задницей еще до того момента, как герой утренней баталии изволил проснуться и открыть глаза.

— Глядь, — растерянно сказал он. — Рах! За что это я тебя?

— Не…не знаю! — отозвался полузадушенный эльф, с груди которого Торрен не догадывался слезть. — Я с Мист хотел поговорить, пока ты спишь!

— Так она тоже спит.

— Уже не сплю, — недовольно ответила девушка, швыряя в копошащуюся на полу пару скомканным покрывалом. — Выстроковы дети, поспать не дадут!

— Я хотел обсудить вчерашнее заклинание! — пискнул Эррах. — Мне оно всю ночь снилось!

— Нет, я не могу прямо так с утра про заклинания, — Мист села в кровати и немного подержалась за лохматую со сна голову. — Сначала умывание и еда, потом великие дела. Кто-нить таки знает, где тут уборная?..

Парни переглянулись, довольно синхронно пожали плечами, и Торрен

все-таки выпустил свою жертву, обнаружив, что все еще прижимает Эрраха к полу.

С завтраком спустя некоторое время явилась лично Айтхара, и ее зубастая улыбка, адресованная всем пришельцам, стала особенно ослепительной, когда оказалась обращена к Торрену.

— Приветствовать, — почти проворковала она своим громовым голосом, ставя у очага новую пирамиду из горшочков и снимая с крепления у бедра длинный, узкий кувшин. — Мы разделить трапеза, как семья и друзья, и говорить про новый день.

Она еще раз посмотрела на Торрена, вложив во взгляд столько огня, что его краем почувствовали даже остальные двое, а Торрен так и вовсе зарделся, словно поцелованный солнцем. Однако, затем Айтхара перевела взгляд на Мист, как на предполагаемого лидера команды. — Ты Моррайт. Ты придти, сказать старый Ниджиххт, снять проклятье, очистить священная земля.

— Ничего себе заявленьица, — не слишком удивленно сказала Мист и, не перебирая, забрала себе самый верхний горшочек, в котором оказалось что-то вроде запаренных грубых семян, сдобренных сладким вареньем. — Начни с простого. Кто такой Ниджиххт?

— Много рождений назад, тьму приносить люди из-за гор, а Ниджиххт придти за ними, чтобы построить Башня и запечатать тьму. Но он не мочь изгнать тьма, — грустно сказала Айтхара. Она подбирала слова с трудом, от чего ее речь казалась простоватой, но Мист отлично понимала, какого труда и интеллекта требует даже такой уровень знания мертвого, чужого языка, который ты никогда не слышал живым от носителя, к которому у тебя, может, даже гортань и челюсть совсем не приспособлена. В конце-концов, именно так сама Мист учила эльфийский — и наверняка ее односложные предложения на языке эолен звучали для настоящих эльфов в точности также, как для них сейчас речь Айтхары.

— Значит, Ниджиххт пришел, чтобы исправить чьи-то ошибки, построил Башню, чтобы что? Мертвые не вставали?

— Так, — кивнула Айтхара. — От чужой тьмы, мои мертвые подниматься из могил, идти против мы. Мы молиться о спасении, и Ниджиххт прийти из-за гор с Багровая Книга, как Книга Моррайт.

Мист встрепенулась, кинув взгляд на обложку, выглядывающую из-под импровизированной подушки. Сейчас было видно сам багровый переплет, маскировку “Эльфийской радуги” кто-то уничтожил, либо сам Калеб, либо его культисты, и темный цвет казался высокомерным и немного насмешливым — пожалуй, очень даже похоже на паскудника Мейли-из-Сполохов.

То, что здесь когда-то побывал Багровый маг, чтобы построить Башню, конечно, новостью не было — но услышать легенду о Багровой Книге и в этой забытой людьми части мира было одновременно будоражаще и странно.

— Итак, у нас есть имя не то первого, не то второго Багрового мага. Ниджиххт, — резюмировала Мист и выжидающе посмотрела на Айтхару. — Он пришел, построил Башню, обещал, что явится Моррайт и полностью утихомирит мертвецов, так?

— Так, — кивнула орчиха и украдкой кинула немного мечтательной взгляд на Торрена. — Но несколько поколений назад печать трескаться, слабеть, ее магия уходить, и мертвые пойти снова.