Барраяр
Шрифт:
— Старшие братья?
Друшнякова в свою очередь тоже уставилась на нее, широко распахнув голубые глаза.
— Ну… да.
— Понятно. — «А я-то боялась Барраяра из-за того, что он делает со своими сыновьями. Немудрено, что им было трудно найти женщину. которая прошла бы все испытания». — Значит, вы обучены владеть оружием. Прекрасно. Вы будете сопровождать меня сегодня в походе за покупками. Глаза Друшняковой потускнели.
— Хорошо, миледи. Какие именно наряды вам угодно посмотреть? — вежливо поинтересовалась она, с трудом скрывая, насколько разочарована тряпичными интересами своего кумира, «настоящей
— Где в этом городе можно купить действительно хорошую трость-шпагу?
Уныние девушки тут же испарилось.
— О, я знаю такое место! Там покупают оружие офицеры-форы, да и графы тоже, для своих слуг. Правда… я никогда не была внутри. Моя семья не из форов, поэтому нам, конечно, не разрешено владеть личным оружием. Только табельным. Но в этом магазине должно быть лучшее.
За руль сел ливрейных охранников графа Форкосигана. Корделия откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь видами города. Друшнякова, находившаяся при исполнении, была настороже: внимательные глаза девушки непрерывно следили за уличной толпой, и чувствовалось, что они практически ничего не упускают. Время от времени ее рука тянулась к парализатору, скрытому под вышитым жакетом-болеро.
Они свернули на узкую чистую улочку, которую с обеих сторон обступали старинные здания с фасадами из тесаного камня. На вывеске оружейной лавки значилось лишь имя владельца, «Сиглинг» — строгая надпись золотыми буквами. Очевидно, предполагалось, что если вы не знаете, что это за место, то вам здесь и делать нечего. Охранник остался ждать на улице, а Корделия и Друшнякова вошли в лавку — устеленное коврами и отделанное деревом помещение, в котором чувствовался легкий запах оружейного склада, памятный Корделии еще по ее экспедиционному кораблю. Так странно — встретить ароматы дома в чужом краю… Украдкой поглядывая на деревянные панели, она мысленно перевела их стоимость в бетанские доллары. Целая прорва бетанских долларов. И при этом дерево здесь, на Барраяре, было так же широко распространено, как пластик, и так же мало ценилось. В витринах и на стенах были выставлены образцы личного оружия, владеть которым аристократам было разрешено по закону. Помимо парализаторов и охотничьего снаряжения, здесь была представлена внушительная коллекция шпаг и кинжалов: видимо, суровые императорские эдикты, запрещавшие дуэли, касались только их использования.
Узкоглазый пожилой приказчик неслышной походкой приблизился к посетительницам.
— Чем могу быть вам полезен, леди? — Он был довольно приветлив. Корделия решила, что сюда, вероятно, время от времени захаживают барраярские аристократки, чтобы купить подарки своим родственникам-мужчинам. Но таким же покровительственным тоном он мог бы спросить: «Чем могу вам помочь, детишки?». Демонстрация превосходства? Ну ладно…
— Я ищу шпагу-трость для мужчины ростом в шесть футов и четыре дюйма. Должна быть примерно… ну, вот такой длины, — прикинув в уме длину рук и ног Куделки, она поставила ладонь на уровне своего бедра. — Ножны лучше бы пружинные.
— Да, мадам. Приказчик исчез и вскоре вернулся с тростью из светлого дерева, покрытого причудливой резьбой.
— Выглядит слегка… Не знаю. — «Кричаще». — Как она работает? Приказчик продемонстрировал пружинный механизм: деревянные ножны соскочили, обнажив тонкий длинный клинок. Корделия
Она слегка согнула ее, оглядела клинок, затем передала шпагу своей телохранительнице.
— Что скажешь?
Друшнякова сперва улыбнулась, но затем с сомнением нахмурилась.
— Не очень хорошо сбалансирована. — Она неуверенно покосилась на приказчика.
— Не забывай, ты работаешь на меня, не на него, — вмешалась Корделия, распознав в сомнениях девушки проявление классовой солидарности. — Мне не кажется, что это хороший клинок.
— Это превосходная даркойская работа, мадам, — холодно возразил приказчик.
Корделия с улыбкой снова забрала у него шпагу.
— Давайте проверим вашу гипотезу.
Она вскинула клинок в салюте, а затем сделала резкий выпад в сторону стены. Острие шпаги вонзилось в дерево, и Корделия налегла на рукоять. Клинок сломался. Она невозмутимо отдала обломки приказчику.
— Как вы еще не разорились — при то, что ваши клиенты погибают, не успев сделать хотя бы еще одну покупку? Наверняка «Сиглинг» приобрел свою репутацию не продажей таких вот подделок. Принесите мне оружие для настоящего воина, а не какую-то там сутенерскую игрушку.
— Мадам, — чопорно проговорил приказчик, — Я вынужден настаивать, чтобы вы заплатили за испорченный товар.
Корделия в сердцах ответила:
— Отлично. Вышлите чек моему мужу, адмиралу Эйрелу Форкосигану, в резиденцию Форкосиганов. А заодно постарайтесь объяснить, почему вы пытались всучить эту дешевку его жене… старшина. — Последнее было всего лишь догадкой, основанной на возрасте и выправке приказчика, но по его глазам она поняла, что попала в цель.
Приказчик склонился в почтительном поклоне:
— Прошу меня простить, миледи. Полагаю, я смогу подобрать что-нибудь более подходящее, если миледи соблаговолит подождать.
Он снова скрылся, а Корделия вздохнула:
— Насколько же проще покупать у автоматов. Но, по крайней мере, ссылка на связи в высоких кругах работает здесь не хуже, чем дома.
Следующий образец был гораздо скромнее — гладкое, тщательно отполированное темное дерево. Приказчик с поклоном вручил ей трость, не открывая.
— Нажмите ручку вот здесь, миледи.
Эта трость была гораздо тяжелее первой. Ножны соскочили стремительно, с грохотом ударившись о дальнюю стену — сами по себе почти оружие. Корделия снова оглядела лезвие, любуясь переливами странного волнистого узора, проступающего на стали. Вскинув клинок в приветствии, она встретилась взглядом с приказчиком.
— Их стоимость вычитают с вашего жалования?
— Не бойтесь, миледи. — В его глазах блеснул удовлетворенный огонек. — Этот вам не сломать.
Она проверила этот клинок так же, как и предыдущий. На этот раз острие вошло в дерево гораздо глубже, и, даже навалившись на него со всей силы, она почти не согнула лезвие. Более того, у клинка явно оставался еще значительный запас прочности: чувствовалось, до предела еще очень далеко. Она передала оружие Друшняковой, и та любовно его осмотрела.
— Вот это _отличный_, миледи. Это достойный.
— Уверена, что использовать его будут в основном как трость, а не как оружие. И тем не менее… он действительно должен быть достойным. Мы берем его.