Чтение онлайн

Девочку я привез к Наталье Петровне, когда уже совсем стемнело. Она уснула прямо в бричке, у меня на руках. Громко залаяла дворовая собака. Сначала выглянул встревоженный конюх с ружьем, из особняка выбежала Наталья Петровна, вслед за ней старушка-ключница.

Я занес спящую Софью во двор на руках.

– Что с дочкой? – испугалась помещица.

– Устала. Выбилась из сил и уснула….

Я отнес девочку в спальню, положил на кровать и осторожно снял с нее сандалии.

– Наталья Петровна, вы девочку пока не тревожьте. Она

из сил выбилась, сегодня верст двенадцать отмахала…

Помещица подошла к девочке, села на колени и расплакалась, осторожно расправляя ее мягкие локоны:

– Грязная-то какая… солнышко мое ненаглядное… доченька…

– Пожалуй, я поеду…

– Постойте, Андрей Иванович!

Мы вместе вышли на улицу.

– Расскажите, что все же произошло.

– Софью похитили на озере двое беглых. Хотели просить за нее выкуп.

– Зверье лютое… где они сейчас?

– Их больше нет, Наталья Петровна…

Женщина расплакалась и прижалась к моей груди:

– Андрей Иванович, голубчик ненаглядный… я вам так благодарна… молиться за вас буду, да хранят вас ангелы небесные от всех печалей и невзгод…

Я осторожно поцеловал помещицу в щеку и отстранился:

– Поеду я. Больше не пускайте дочку на лесное озеро… да и вообще никуда не пускайте, пока малость не подрастет…

– Никогда больше не пущу…– помещица смахнула рукавом слезы из глаз, и неожиданно крепко сжала мое запястье.

– Оставайтесь на ночь, Андрей Иванович…

Я вздохнул и покачал головой:

– Спасибо, Наталья Петровна, но я лучше поеду…

На следующий день я закончил проект, подготовленный для губернатора, и задумался над своим бизнесом. Заказы на кирпич поступали, но был один нюанс. При оформлении сделки, покупатели обычно включали в договора и доставку. А вот с этим возникали основные проблемы. По реке еще сплавляли кирпич на плотах до Тимофеевского порта, а далее на баржах по Ахтубе и Волге, но если требовались перевозки в сторону, противоположную реке – начинались трудности. Я не учел важную деталь – грузоперевозки. По моему заказу Селифан изготовил усиленную мощную повозку, я приобрел двух тягловых лошадей-тяжеловозов, но они все равно не могли увезти далеко более трехсот пятидесяти штук кирпича, что и так составляло восемьдесят пудов.

К тому же до десяти процентов выпускаемого кирпича было бракованным. Я просил инженера тщательно проверять каждую партию, чтобы не было претензий от покупателя. Брак, транспортные издержки, низкая квалификация рабочих, из-за этого себестоимость кирпича увеличивалась и я терял на прибыли. Однако зарплату рабочим, инженеру Ковалевскому и его помощнику Петру Гридневу исправно платил, оставляя себе небольшой доход.

В следующем месяце я планировал построить узкоколейку до реки и приобрести несколько вагонеток.

Мои размышления прервал тихий стук в двери.

В кабинет заглянула Аглая:

– Андрей Иванович, разрешите сегодня в лес схожу. Травки полезной соберу.

– Смотри… а то за некоторую травку и сажают…

– Куда сажают? – не поняла девушка.

– В темную комнату с решетками, – улыбнулся я.– Аглая, с тобой пойду. Разомнусь слегка…

Я не очень разбирался в лесных травах. Аглая по дороге просветила, что в мае собирают звездчатку, пастушью сумку, медуницу и незабудку полевую. Что-то она сушила, а кое-что добавляла в блюда. Девушка оказалась не только стряпуха, но еще и травница.

Когда мы пришли в лес, Аглая тихо спросила:

– Андрей Иванович, что утром за стрельба на займищах была?

– Мужики волков убили. Наверное, еще зимой пришли и неподалеку основались. Хитрые, ждали когда скотину начнут на луга выгонять…

– Да, волк – зверь хитрый…

Девушка с восхищением взглянула на меня:

– А вы смелый, вчера в поповском лесу блуждали, говорят, дочку помещицы Поповой нашли…

– Нашел. Заблудилась девчонка…

– Не боялись? А если бы ведьму встретили или лешего?

Я усмехнулся:

– Твой дядя Прохор Петрович, когда с похмелья, страшнее любого лешего…

Аглая рассмеялась:

– Дядька хороший… добрый, а что выпить любит – да какой же русский мужик выпить не любит…

– Вот так и рождаются стереотипы…

– Андрей Иванович, а этот веселый ротмистр теперь постоянно будет жить в усадьбе?

– Да. Он мой друг и телохранитель.

– Как ангел-хранитель?

– Вроде того…

– Мы почти пришли…– Аглая показала луг, усыпанный одуванчиками и травами.

– Ваш хранитель-ротмистр к Марфе ночью наведывается. Один раз и меня в охапку схватил – я пригрозила вам пожаловаться, так он сразу отпустил…

– Похоже, Марфа сама его привечает.

– Так и есть. Тихон -то оказался слабоват в мужском… Уж какие ему только настойки и взвары не делали… Марфа сказала что скорострельный он, и семя жидкое…

Вот оно мне надо, такие подробности из личной жизни…

– Только бы Тихон не узнал про забавы Марфы и Вахрушева.

Аглая звонко рассмеялась:

– Нечто вы не знаете… Тишка сам ее надоумил… ребетенка он хочет, может хоть от ротмистра Марфушка понесет…

– Вот Санта-Барбара…– пробурчал я.

Девушка задумалась:

– Меня в последнее время тетка Ефросинья волнует. Она недавно ходила на могилку к покойной Екатерине Семеновне, а там свежие цветы лежали. Той же ночью ей сон приснился, что вы – не настоящий барин. Настоящий приезжал из Петербурга, приходил на могилку к тетушке, а вы перекупили у него поместье… Грозится теперь тетка Ефросинья сжечь дотла усадьбу, камня на камне не оставить… Так и сказала: устрою им, злодеям и прожигам, Варфоломеевскую ночь… Прохор Петрович уже ловил ее, когда тетка Ефросинья пыталась в своей комнатке занавески поджечь.