Бабочка
Шрифт:
И отшатнулся — лицо попутчика было знакомым. Макс мог поклясться, что уже где-то видел этого человека, но не мог только вспомнить когда и при каких обстоятельствах. Перед глазами воспоминаниями мелькали лица персонала Третьей Базы и всех, кого Нимов встречал на аномальных. Решив оставить разгадку этого ребуса на потом, Макс протянул попутчику воды, сам же попробовал привстать. Это у него получилось, и шатающейся походкой он направился к выходу из тоннеля, где кровавые краски выброса уже сменились вечерней зарёй.
— Нимов, — сзади раздался хриплый голос.
— Чего? — Макс обернулся.
— Меня зовут Нимов, — попутчик пытался подняться. — Спасибо
Взрывом воспоминаний вспыхнул ответ о том, почему лицо попутчика показалось таким знакомым. Это лицо Макс видел ещё там, в Москве. Каждое утро в ванной, в прихожей, порой в различных присутственных местах. Попав на Аномальные, Макс незаметно для себя забыл, как он выглядел раньше, а позже, в караулке под Пансионатом, увидел в отражении уже другим. С тем лицом, которое подарило ему это место.
— Вот и всё. Ларчик то просто открывался, — осенило Макса, — это же галлюцинация. Такая же галлюцинация, как и вторая дрезина. А может даже и первой-то не было. Одинаковые поезда, двери, бронекостюмы, автоматы, лицо своё то, старое… ведро это, будь оно неладно. Тьфу, примитив. Шаблоны же, игра воображения и помутнённого разума. Дверь в Пансионате ты закрыл, тем самым отрезав путь сюда всем остальным, соответственно ни один из них тут оказаться раньше тебя по определению не мог. Но в то же время ты надеялся, что встретишь тут кого-то, имеющего отношение к Институту, может быть даже знакомого, вот и создало воспалённое воображение этого кого-то, нацепив ему твоё же лицо из прошлой жизни.
— Макс. Рад знакомству, — Нимов постарался придать своему голосу доброжелательности. — Как тебя занесло-то сюда?
— Смотри-ка, а мы тёзки, — казалось, что двойника это даже обрадовало.
Некоторое время спустя Макс уже слушал сильно изменённую историю своих похождений в исполнении своей же копии. Начиналась она так же, как и его собственная, но затем всё развивалось иначе. Двойник мастерски обошёл произошедшее с Максом с момента въезда транспорта на Аномальные, поведав о том, как они с товарищами добрались до Третьей Базы совершенно без происшествий на кордоне, затем нашли на одном из подземных уровней Третьей Базы дрезину, решили часть пути преодолеть на ней, а дальше с ними якобы случилось что-то нехорошее, о чём ему тяжело вспоминать. Сказал только, что значительную часть пути до пансионатской станции он проделал по тоннелям пешком. Рюкзак, по его словам, пришлось сбросить на поле аномалий, когда его начало затягивать в птичью карусель. Вторую дрезину двойник тоже заметил, но начавшийся выброс погнал его в тоннель, потому ничего конкретного он про неё сказать не смог — дрезина как дрезина, мало ли, почему она там стояла. Когда двойник поинтересовался о том, кем является его невольный спаситель, пришлось соврать об одном из институтских филиалов и наскоро выдумать историю про то, как он отбился от своей группы и теперь пытается её догнать. В особо похожих моментах, и когда фантазии переставало хватать, Нимов ссылался на якобы провалы в памяти. Тот кивал понимающе и неудобных вопросов не задавал.
В какой-то момент двойник захотел увидеть лицо своего спасителя. Макс подумал и забрало поднял — на протяжении беседы он пришёл к выводу, что если бы некоторое время назад он увидел то лицо, какое видел в зеркале в караулке, то ни за что не подумал бы, что оно принадлежит ему самому. А даже если бы и подумал, то уж точно не поверил бы.
Двойник, к радости Макса, и правда его не узнал. Выразил сочувствие, посетовал на коварство Аномальных, попытался обнадёжить, что до новой институтской базы осталось
— Что же ты такое, а? — думал он, глядя на своего двойника, который, казалось, и вправду искренне радовался тому, что нашёл кого-то из своих. — А если допустить, что ты не галлюцинация и всё происходит на самом деле? Это за периметром такого быть не может, а тут и не такое случается. Если предположить, что ты это я, то кто же тогда я сам? Не, вот такого точно быть не может — для того, кто настолько далеко забрался от периметра, у тебя слишком ухоженное лицо. Несовпаденьице получается — бронекостюм у тебя вид имеет такой, как будто ты с собачками местными кувыркался по железной траве, а вот личико твое выглядит как после недавнего душа. Но с другой стороны, нет никаких гарантий, что ты рассказал правду. Где, к примеру, ты ствол такой же достал? Ни слова ведь не сказал, а таких Гроз на базе не было. Артемьев такую бы, может, и не взял, но мимо уж точно не прошёл бы. И нам бы по любому рассказал.
— Слушай, а вы когда на Трёху приехали, там никого не было что ли? — поинтересовался Макс.
— Ага, только мы одни. К чему ты спросил?
— Да просто странно. Неужели её так просто покинули и никого за ней приглядывать не оставили?
— Сами удивились. Даже не думали, что её просто так бросят. Хорошо ещё, что оружия оставили немного, у нас с собой ничего серьёзного и не было почти.
— Это оттуда у тебя автомат?
— Именно. Прям как твой. Что-то не так? — едва заметно напрягся двойник.
— Не, ничего особенного, — Макс решил, что будить в необычном собеседнике подозрительность может быть опасно. — Мне на Трёхе доводилось бывать, но таких автоматов я там не видел. Похожие были, но не такие.
— Мы их на командном пункте нашли, — напряжение из голоса двойника пропало так же быстро, как и появилось, — так что кто знает, может их всего несколько штук таких было и в поле их не таскали.
— Как там у классика говорилось, — поздравляю вас, гражданин, соврамши. — злорадно подумал Макс, однако озвучивать эту мысль не стал. — Не было там таких автоматов точно. Пирамида на командном пункте пустая была, как сейчас помню. Но складно поёт, зараза. Если не знать — не подкопаешься.
По обоюдному согласию решили идти до Новой Базы тоннелем, но буквально через сто метров наткнулись на обвал. То ли постарался недавний выброс, то ли тоннель не выдержал испытания временем, но этого пути больше не было. Пришлось возвращаться назад.
— Что-то с этим надо делать, — Нимов понимал, что игра зашла уже слишком далеко, — кто бы он ни был, но это всё как-то неправильно.
Макс заметил, что его попутчик немного отстал только тогда, когда сзади раздался щелчок снимаемого с предохранителя оружия.
— Не оборачивайся, — голос двойника едва заметно дрожал, — медленно положи ствол и не дёргайся.
— Доигрался, мля, — с досадой подумалось Максу, — помог, называется, ближнему своему. Сейчас он тебя тихонечко пристрелит, оттащит тело в ближаюшую жарку, а позже будет жить с твоим лицом, но этого никто не узнает. Хлопнуть надо было его сразу, ну а теперь поздно уже.
— Кто ты?
— В смысле?
— В прямом. Хотя можешь не отвечать, я и так знаю. Ты — моя копия, — двойника несло. — Когда ты менял кассету в моём мед. модуле, я сумел рассмотреть номер на твоём автомате. Он тот же, что и на моём. Повреждения твоего бронекостюма совпадают с повреждениями моего. Но не это главное — твоё лицо, хоть и изуродовано Аномальными, мне…