Чтение онлайн

– Ты ни в чем не виновата, – сказал Макс. – Ты не заставляла меня делать ничего, что я бы сам не хотел.

– Слушай, мы же ничего не делали. Ничего не случилось.

– Случилось достаточно. Больше, чем достаточно. Я не хочу снова стать мужем-ходоком. У нас с Натали потрясающие отношения. Я не хочу портить их так же, как испортил отношения с другими женами.

– Я понимаю. Все нормально. Я не собираюсь портить ваши отношения.

– Я ужасно боюсь, что она узнает.

– Перестань, расслабься, – сказала я. – Завтра ты сядешь в самолет

и улетишь за восемь тысяч миль, и я никогда больше тебя не увижу. Обещаю, что с моей стороны ты будешь в полной безопасности. Но боюсь, что за остальную часть женского населения планеты поручиться нельзя.

Я любовалась своей рассудительностью и выдержкой, хотя внутри у меня все кипело.

Официантка принесла нам кофе, и я вспомнила, как все началось: Макс вытер шоколад с моих губ и облизал палец.

Я смотрела на людей, идущих по тротуару. В основном это были парочки, вышедшие за покупками субботним утром. Сколько из них были влюблены в других мужчин и женщин?

– Наверное, мы просто встретились в неподходящий момент. – Какая глубокая мысль – сладкое дерьмо!

– Не говори так. Я рад, что мы встретились.

– Да, но почему все это происходит только сейчас, накануне твоего отъезда на другой континент.

– Чтобы мы оба не успели испортить себе жизнь, – ответил он.

Не думаю, что он хотел быть жестоким. Но тогда что он имел в виду?

Неожиданно я вспомнила о фотографии, которую целый день таскала в сумке, и достала конверт.

– Вот, – сказала я. – Это для Натали. Я обещала ей это фото.

Макс открыл конверт и вынул снимок: он делает Натали массаж, они нежно смотрят друг другу в глаза. Он издал звук, по которому можно было судить, что он совсем не помнил, где и когда это было.

– Но это замечательно, – удивился Макс. – Ты сама снимала?

– Конечно, сама, – слегка обиделась я.

Он что, думает, я вырезала это из «Радио таймс»?

– Спасибо, – сказал он. – Натали будет в восторге.

Он убрал конверт в рюкзак, и мы оба сидели и помешивали кофе в угрюмом молчании.

– Мне нужно возвращаться в отель, – наконец решился Макс. – Еще столько нужно упаковать.

Я знала, что это неправда. Он всего пару дней назад прилетел из Лос-Анджелеса. Что он собирался упаковывать?

– Конечно, – ответила я.

Мы взяли такси до отеля, и Макс положил свой зонтик на сиденье между нами, вместо того чтобы бросить его на пол. Мои туфли тут же промокли, и я отодвинулась, прислонилась лбом к оконному стеклу и подумала, что это действительно все.

– Могу я задать тебе вопрос? – отважилась я, продолжая смотреть в окно.

– Конечно. Что ты хочешь спросить?

– Ты ведь флиртовал со мной с самого начала?

Казалось, он удивился.

– Да. В некотором роде. А что?

– Просто хотела знать.

Он немного помолчал, а потом спросил:

– Ты чувствуешь себя виноватой перед Эндрю?

Я решительно покачала головой.

– Нет. Ничуть. – Какой теперь был смысл притворяться? –

Если я не поцелую тебя, я сойду с ума.

Макс удивился. Смутился. Но ему было очень приятно. Я поймала его взгляд и смотрела в его зрачки, пока он не покраснел и не отвел глаза.

– А когда ты впервые подумала о том, чтобы поцеловать меня? – спросил он.

Он снова флиртовал со мной. Набивался на комплименты.

– На этой вечеринке.

– Когда я гладил твою ногу?

– Да, тогда.

– Но мы целовались в тот вечер, – заметил Макс. – Два раза. – Как будто я могла это забыть. – В губы, – продолжал он. – А Майкл Найтли сидел в машине и смотрел на нас.

Макс рассмеялся. Над чем? Над безрассудством нашего поведения? Я не могла понять, почему он так переживал из-за поцелуев в такси и был совершенно счастлив, когда целовал меня на глазах у приятеля Натали и флиртовал со мной на съемках на глазах у самой Натали.

Когда такси остановилось у отеля, я выскочила, как ошпаренная, чтобы Макс не успел предложить мне доехать до Майда-Вейл. Я не могла расстаться с ним так. Швейцар поспешил подержать дверь для Макса.

– Ну, – сказала я, – наверное, нам пора прощаться?

Интересно, это прозвучало дерзко и уверенно? Как будто мне все равно?

– Звони мне в любое время, – ответил Макс. – Я дам тебе номер моего мобильного телефона. У тебя есть ручка?

– Нет. – Кстати, это было правдой.

Макс открыл бумажник и поискал в нем визитную карточку.

– Знаешь, – предложил он. – Давай поднимемся в номер. Всего на одну минуту. Я запишу тебе телефон.

В лифте мы с Максом стояли у разных стен, и наши отражения разбегались в зеркальных плоскостях. Мы оба молчали. Я смотрела на золотые мозаичные плиты пола, не осмеливаясь поднять глаза на него. На девятом этаже двери открылись, и Макс так же молча провел меня по коридору, открыл номер своей карточкой, прошел сразу в спальню и полез в комод. В гостиной все стены были увешаны чертежами, а на журнальном столике в прозрачном футляре стояла модель здания. Башни-близнецы Галереи нового искусства в Перте [6] .

Пойти за ним? Я хотела, но не осмелилась. Меня не пригласили. Пока. Он сказал мне, что должен остановиться. Поэтому я подглядывала за ним из гостиной. Там стояла их огромная кровать. Я не пойду туда. Я буду хорошей девочкой.

Макс дал мне свою карточку, и наши глаза встретились.

– Это очень опасно, – сказал он. – Мы в номере отеля, поэтому мы ничего не можем делать. Ты должна уйти.

Я кивнула:

– Да. Ты прав.

Я посмотрела на его визитку. Слова. Цифры. Некоторые цифры в квадратных скобках. Я погладила пальцем бумагу, словно проверяя качество. Я не могла уйти.