Чтение онлайн

— Почему мы должны верить тебе?! Для нас не имеет значения, праведники или заблудшие. Это — ваши войны, не наши.

— Так было раньше, но теперь это — общая война. Праведников больше нет. Они исчезли вместе с Изоном. Но Тарто и Ерон существуют. Свобода — это все, что осталось у ami. Не позволяйте им забрать ее у вас.

— Ты, дочь, предавшая свой род, осмелилась прийти сюда и просить нас о помощи?

— Я готова понести свое наказание.

— Ты понесешь, не сомневайся!

— Я прошу Вас помочь не мне. Помогите I-ho. Оболочки умерших не растворяются в энергии Ami, а продолжают

существовать, отнимая у земли воду. Пока существует это оружие — ничего не изменится. Мы не знаем, в каком из двух городов оно находится. Есть дитя Амира, которое вернется на I-ho и укажет нам путь. Но, его нужно вовремя найти и встретить.

— И где же оно должно появиться?

— Либо возле Ерона, либо возле Тарто.

— То есть, ты хочешь, чтобы мы помогли праведникам вернуть им одного из своих детей, чтобы затем они смогли уничтожить то оружие, о котором ты говоришь?

— Да.

— Но, ты ведь сама сказала, что праведников больше нет!

— Это сделает один ребенок Амира.

— Один? — переспросила Мать.

— «И придет на I-ho Спаситель из другого Мира. И, в свечении молний, что поразят небо без дождя, призовет остальных к борьбе. И поднимется народ I-ho, и пойдет за ним. И освободит Спаситель земли от несправедливости, и очистит их от чужой скверны».

— Я знаю, что написано в «Летописи Времен».

— Я знаю имя этого ребенка.

— И как же его зовут?

— «Oraja».

— «Повелитель чуда»? — улыбнулась женщина.

— Я действительно мала по сравнению с ним.

— Сегодня молнии поразили небо без дождя… — произнесла Мать и замолчала.

Это молчание длилось около десяти минут. Айя понимала, что в данный момент женщина общается с представителями каждой из Великих Семей. Сейчас все решится. Если Великая Мать поверит ей, если увидит в ее глазах правду, Семьи помогут. Если нет — все будет кончено.

Наконец, женщина поднялась с подушек и подошла к Айе.

— Мы — приняли решение.

— Да, Великая Мать, — преклонила голову Айя.

— Народ I-ho не устраивает уничтожение только этого оружия. Должны быть разрушены два последних города vecto.

— Если Семьи помогут праведникам, они уничтожат все города заблудших.

— Это еще не все, — произнесла женщина.

— Да, Великая Мать.

— Мы поможем забрать тебе это дитя Ami в обмен на другое дитя.

Айя подняла глаза и посмотрела на женщину.

— Ты теперь такое же дитя, как и все они. Но ты — и наш ребенок тоже. И ты — предала свой народ. Казнь — вот наш ответ. Как только ты получишь то, о чем просишь, мы тебя казним.

Айя закрыла глаза и уронила свою голову.

— Да, Великая Мать.

Данфейт смотрела, как Кимао одевает на себя экипировку. Она подошла к нему с кислородной маской в руках и, улыбнувшись, прижалась к губам зрячего.

— Ты все сможешь. В этом я не сомневаюсь.

— Дани…

— Тебе пора, — ответила Данфейт и надела на него маску. — Помни, что перчатки нельзя снимать ни при каких обстоятельствах!

— Дани… — услышала она в наушник.

— Ты и Паола обследуете все. Силы МВС помогут вам зачистить территорию. Потом мы подождем

Айю и согласуем время начала операции. Ты же помнишь, что сказал Райвен? Ты должен закрыть проход, а они должны разрушить эпицентр с другой стороны.

Кимао знал, что она лжет. Его отправляют с корабля, чтобы он не смог помешать им избавиться от нее. Так же Кимао понимал, что пока она здесь, у него не хватит сил, чтобы свернуть эпицентр.

— Ты смотри, не шали без меня… — улыбнулся он, касаясь пальцем в перчатке ее носа.

— Я люблю тебя, — ответила матриати и, отвернувшись, засеменила прочь.

Она не хотела, чтобы Кимао увидел, как она плачет. Сопли — это не то, что нужно ему сейчас. Его матриати — сильная, волевая женщина, которая знает себе цену. Его Данфейт — это девушка, которая плюет смерти в лицо и хохочет, когда мерзавка замахивается на нее.

Кимао выдохнул и посмотрел на Паолу. Люк перед ними открылся. Он обернулся в последний раз, провожая Данфейт глазами, и спрыгнул вниз.

Они бежали по улице. Из оружия — лишь руки, что могли создавать силовые поля. Но, против тех, кто способен на то же самое, да и вооружен к тому же, это была лишь мимолетная отсрочка. Орайя успел впрыгнуть в телепорт, и они искренне надеялись, что Сиа с Айей все еще живы. У Имайи подкосились ноги, и она рухнула на землю. Йори тут же подхватил ее на руки и взвалил себе на спину. Эрика обернулась, глядя, как люди в желтых и синих плащах падают на землю, не выдерживая излучения радиации. Они пережили бомбардировку, но не смогли пережить ее последствий. Эрику бы постигла та же участь, если ни Бронан с его защитным полем, которое он был вынужден делить на двоих.

Впереди на Кейти набросились четверо в черных костюмах. Бронан тут же оказался рядом с ним. Эрика отвернулась, не желая смотреть на эту бойню. Кто-то схватил тианку за волосы. Так больно, что она закричала, цепляясь руками за неизвестного. Удар в лицо охладил ее пыл и девушка, на мгновение, потеряла сознание. Когда очнулась, лежала на дороге под каким-то ублюдком. Долей секунды хватило на то, чтобы понять, что он собирается сделать. Эрика выставила руку и сцепилась заблудшему в глаза, пытаясь сбросить тяжеленное тело с себя. Не помогло. Кулак снова ударил ее по лицу, и Эрика обмякла, пытаясь собрать мысли воедино. Кто-то раздевал ее. Кто-то так больно сжал ее грудь и схватил за шею, начиная душить. Паскуда… Слабую… На дороге… Эрика зажмурилась и почувствовала, что тело ее начинает гореть. Гнев… Она желала убить его. Она желала издеваться на его телом после смерти. Расчленить его… Раскромсать.

Кто-то развел ее ноги, когда Эрика закричала:

— Н-н-нет!!!

Вспышка света заставила Йори обернуться. Красное пламя, столбом вздымающееся над дорогой. Эрике не было больно. Только горячо. Ублюдок сгорел прямо на ней. Так ему и надо… Он заслужил… Заблудшие, еще недавно кидавшиеся на остальных, начали разбегаться по сторонам, глядя на полыхающую девицу.

Бронан вырубил двоих и закричал, глядя на Эрику. Он бросился к тианке, не понимая, что сам может сгореть в этом огне. Эрика попытаясь остановить его, но было уже поздно. Бронан обнимал ее, стоя в то же огне, что и она.