Чтение онлайн

– Но учителя знают о нем? – спросила она.

– Да. Им всем можно доверять, потому что многие из них находятся в таком же положении.

– И он тоже помогает им как может, – промолвила она, вспомнив слова Джона Максуэлла.

– Да, – подтвердила Констанция и, понизив голос, добавила: – Джайлз ни о ком не думает, кроме женщины, которая его предала, которую он некогда любил всем сердцем и которую он жаждет снова увидеть, чтобы наказать за причиненное ему зло.

– Но разве не может он пойти к королеве и убедить ее, что он не

предавал ни ее, ни корону? Наверняка существуют какие-то доказательства.

– Все не так просто, дитя. Характер у Елизаветы такой же огненный, как и ее рыжие волосы, и она редко смягчается и меняет сложившееся мнение. Насколько я знаю, Джайлз однажды предпринял такую попытку, но за ним погнались, не дав ему добраться до дворца и попросить аудиенции у королевы. С тех пор он больше не пытался добиться справедливости.

– Он должен что-то сделать!

– Неужели ты думаешь, что он этого не знает? Да и что он может сделать? Ведь он объявлен вне закона.

– Однако вы ему помогаете.

– Да, помогаю, потому что не хочу чтобы продолжала твориться несправедливость. Я хочу, чтобы когда-нибудь он был отомщен.

– Но вы рискуете! Даже своей жизнью.

– Да. И не раскаиваюсь. Он знает, – улыбнулась Констанция.

– Вы... вы его любите? – спросила Аврора, едва дыша и со страхом ожидая ответа Констанции.

– Люблю ли я Джайлза? Наверное, можно и так сказать. Когда-то давным-давно я была в него влюблена, но ему моя любовь не понадобилась, так что мы остаемся только друзьями. Я думаю, что с ним лучше дружить, чем любить его. У него в сердце не осталось места для любви к женщине.

У Авроры защемило сердце, и она отвела взгляд, не зная, что сказать. Она не ожидала услышать то, о чем поведала Констанция. Уж лучше бы ей не спрашивать. Оказывается, у него украли его юность, его наследство и его любовь. Неудивительно, что он такой хмурый и суровый.

– У меня есть еще вопрос, Констанция, – попросила Аврора, и когда та кивнула, позволяя ей продолжать, спросила: – Когда он уезжает «по делам», значит, он задумал ограбление?

– Думаю, что так, но тут все не так просто, и я, откровенно говоря, сама не знаю, не уверена точно. Джайлз вообще ни с кем не откровенничает. Я кое-что знаю – и все. Однако мне кажется, что твое обучение каким-то образом связано с его таинственными делами и с его юношеской любовью.

– Вот как? – рассердилась Аврора. Судя по всему, ему никто не нужен – ни она, ни Констанция. Никто. Следовало зарубить себе на носу, пока она не объяснилась ему в любви, выставив себя на посмешище.

Но откуда ей знать, правду ли говорит Констанция? Может быть, она изложила события так, как ей выгодно, чтобы обескуражить свою молодую соперницу?

Однако рассказ Констанции похож на правду, и Аврора почувствовала себя еще более одинокой и запутавшейся.

Весь следующий день Аврора размышляла об услышанном

от Констанции. К концу дня ей удалось убедить себя, что Констанция каким-то образом ошибается относительно лорда Блэклоу. А если Констанция ошибается, то у Авроры есть шанс, пусть даже самый крошечный.

Она понимала, что должна в самое ближайшее время воспользоваться им, пока окончательно не утратила храбрости или пока не позволила Констанции еще более поколебать уже пошатнувшуюся уверенность в себе.

В тот день учителя снова уехали из Грейвуда, не сообщив, когда вернутся. Блэклоу вошел в гостиную и застал Аврору и Констанцию за вышиванием.

Он ничего не сказал и, тяжело опустившись в кресло, откинул голову на спинку и закрыл глаза.

После нескольких минут молчания Констанция поднялась с места:

– Я должна посмотреть, как Бетти справляется с приготовлением ужина.

– Вам нужна моя помощь? – спросила Аврора.

– Нет, дитя.

Аврора кивнула, радуясь возможности остаться в гостиной. Сегодня утром она одевалась особенно тщательно. Розовое платье, оттенок которого придавал необычный блеск ее глазам, очень ей шло, и она надеялась услышать слова одобрения от Джайлза. Время от времени она бросала на него изучающий взгляд. Блэклоу уже не дремал у огня, а взял книгу и погрузился в чтение.

Неожиданно, будто почувствовав на себе ее взгляд, он поднялся.

– Ну, мне пора ехать, – заявил он. – По прибытии в Лондон мне еще нужно многое сделать.

Аврора тоже вскочила с места. Ободренная его чуть заметной улыбкой, она собралась с духом и близко подошла к нему. Зная, что любовь светится в ее глазах, она подняла на него взгляд и обвила его шею руками.

Узнать по выражению лица, какова его реакция на ее выходку, было невозможно. Он просто откинул назад голову и расхохотался. Сняв ее руки, он по-отцовски потрепал ее по головке:

– Хотя нас можно без труда принять за отца с дочерью, роль любящей доченьки тебе играть совсем не обязательно, дорогая моя. А для флирта со мной ты слишком молода. Так что практикуй свои женские чары на каком-нибудь юноше, вроде Джона Максуэлла, который от тебя в восторге. Он тебе ближе по возрасту да, пожалуй, и по складу ума.

Потрясенная его словами, Аврора взглянула на него так, словно ее ударили, тихо охнула и бросилась вон из комнаты. Черная кошка выгнула спину и, зашипев на Блэклоу, помчалась вслед за хозяйкой.

Добравшись до своей комнаты, Аврора бросилась на кровать. Из ее глаз хлынули слезы.

Она выставила себя полной дурой! Он, наверное, сейчас вовсю смеется над ней. И, конечно, подождет, пока вернется Констанция, чтобы развлечь ее рассказами о выходке его подопечной, а потом они будут вместе смеяться над ее наивностью.

Как могло ей прийти в голову, что он видит в ней нечто большее, чем – в лучшем случае – дочь, а в худшем – просто подопечную! Видно, она совсем бестолочь, простофиля.