Авиатрисы

Художественное оформление Ольги Жуковой

«Авиатрисы» – это «Голодные игры», в центре которых испуганные девушки, втянутые в войну против их воли. Затянутый в паровую дымку стимпанк-антуража, сверхлегких истребителей и тяжелых дирижаблей, мир крепко удерживает их в силках опасных заданий и бесчеловечных экспериментов.

Ами Д. Плат уверенно выписывает жестокую историю, ее героиням придется сделать выбор, от которого зависит не только их жизнь, но и будущее Империи.

Будущее таких, как они, девушек.

Мария Руднева, автор стимпанк-цикла «Приключения мистера Мирта»

Эта история о том, как запуганные предначертанной судьбой девушки медленно обретают надежду на будущее, которая в итоге неизбежно разбивается вдребезги, оставляя после себя только бессилие и отчаяние в жестоком мире крови и боли. От происходящего безумства по коже бегают мурашки на протяжении всей книги. Я одновременно жалела и ненавидела героев за их роль в политических играх.

Зиля, сообщество «Дьявол читает книги»

Лето выдалось жарким, в открытое настежь окно залетали мухи. Казалось, что воздух, раскаленный до предела, выжжет всех, кто остался дома, и всех, кто посмел выйти на улицу. Закрыть ставни невозможно, и спрятаться негде. Солнце не могло пробиться через тучи фабричного дыма, отчего духота становилась невыносимой. Мама трудилась у плиты, пышущей жаром. Спасала мизерная надежда на сквозняк, поднимавшийся, когда двигались оконные створки в других комнатах.

По радио бубнили мужские голоса:

– С тех пор как указом премьер-министра номер шестьдесят семь тысяч восемьсот тридцать шесть был утвержден регламент для поиска юных пилотов, некоторые люди выражают недовольство. Тем временем в стране прошла вторая волна отбора, и уже совсем скоро объявят результаты. Как вы думаете, отнесутся ли теперь граждане более осознанно?

– Конечно, мы ожидаем максимальной толерантности именно сейчас, когда безопасность процесса доказана первой группой. Впервые в истории девушки получили возможность пилотировать! Это дорогого стоит. Они бодры, в отличном самочувствии и горды исполнять свой долг перед родиной.

– Последний раз с ученицами первого потока удавалось связаться два с лишним месяца назад…

– Послушайте, авиатрисы выполняют важные и секретные задания. Общаться с публикой – не их работа, а директрисы Эбигейл де Локк, советника премьер-министра Томаса Биена и всей их команды.

– Да, однако нам хотелось бы…

– Я повторюсь, девушки не публичные личности! Они Родину спасают! И слава императору, у нас есть авиатрисы. А вы бы попробовали так! Наши героини молча делают свое дело. И нас просят – помолчите! Удача – она пугливая. Поэтому просто подождите. С семьями контакт у них есть, все хорошо. А с остальными поговорят после победы!

–

Да, действительно. Благодарю вас за сегодняшний визит. А теперь – музыкальная пауза.

Заиграли военные песни, которыми периодически прерывали дискуссии о политике, экономике или здравоохранении.

– Мам, обязательно печь днем, когда такая жара?

– Сегодня – да. Иначе не успею с заказами.

Крошечная кухонька в старом доме совершенно не подходила для готовки крупных заказов, но деваться некуда. Дочь лепила пирожки без начинки, а мама ставила в духовку очередной противень.

В дверь с силой ударили три раза. Металл задрожал.

– Кто ломится в такое время?

– Ох, приличные люди сейчас на работу собираются! И отец, как назло, уже ушел… – Она потеребила фартук.

Еще раз словно кувалдой грохнули. Женщина прошла по узкому коридору, заглянула в глазок и охнула:

– Вот из пекла принесло!

– Открывайте! – прогремело за стенкой.

Мать повернула задвижку, несколько шестеренок завертелись, и тяжелая металлическая дверь отъехала в сторону.

– Госпожа Деви, вам два конверта, – произнес широкоплечий мужчина в форме.

– Тут какая-то ошибка.

Хозяйка посерела и осела на пол. Она вцепилась в передник, лицо, испещренное мелкими, едва заметными морщинками, исказила гримаса ужаса.

Мужчина, протягивавший конверты, бесцеремонно шагнул вперед. Пиджак облегал могучий торс, казалось, пуговицы вот-вот сорвутся с груди; плечи укрывал короткий плащ в тон с брюками и высокими сапогами. Белоснежная форма рекрутеров. На его груди сверкал отличительный знак главы комиссии. За спиной стояли двое – еще крупнее и страшнее – силовики с ружьями, обеспечивающие беспрекословное выполнение приказов. На их форме, полностью темной, с латами, блестели знаки отличия.

Трясущимися руками госпожа Деви взяла конверты. Она уже знала содержание писем. Те, кому повезло в рулетке, не получали ничего.

– Прошу вскрыть конверты и привести абитуриенток, – настаивал мужчина в белом.

Абитуриентки… Будто у них есть выбор, поступать в академию или нет.

Девушка, сидевшая на кухне, боязливо выглянула в коридор.

– Кто там?

– Моя дочь… Вивьен Деви, – голос женщины дрожал. Внезапно она опомнилась, вскочила, поправила складки длинного домашнего платья, отряхнула передник и уверенно продолжала: – Здесь явная ошибка. У меня одна дочь. Вивьен. Откуда второй конверт?

– Невозможно, госпожа Деви. – Брови мужчины в белом сдвинулись. – Не пытайтесь нас провести, это плохо для вас закончится.

– Клянусь, у меня одна дочь!

– У вас пятнадцать минут, чтобы ее собрать, девчонка идет с нами. Другой конверт необходимо вскрыть в течение суток и доставить вторую дочь в рекрутский пункт. Адрес в письме. Советую четко соблюдать инструкцию, чтобы избежать неприятностей.

Женщина шагнула к дочери, взяла ее за руку и повела в спальню, где и заплакала.