Авария

– А я однажды был свидетелем страшной аварии.

Парень, сидевший в автобусе на заднем сиденье, встал и перебрался поближе к рассказчикам.

– Машина сорвалась с дороги, понеслась и врезалась в дерево. Люди, кто видел, выскочили из своих авто, хотели помочь. Бесполезно. Это …страшно, когда на твоих глазах погибает

человек, а ты бессилен. Я потом все думал об этом, а перед глазами постоянно стояла картина несущегося к гибели автомобиля. Даже на похороны сходил. Думал, узнаю подробности. Рядом со мной мужчина был в толпе. Такой немолодой, неприметный. Украдкой слезы вытирал. Мы разговорились. Оказалось, он – врач, и из-за чего авария случилась, знал. Считал себя виноватым. А я слушал и думал, а как бы я поступил?

– Будете слушать? – парень оглядел людей в автобусе. Увидев кивки, он начал рассказывать.

***

Впервые в жизни Полина заснула на работе. Вот только что смотрела на экран монитора и в следующее мгновение – раз и отрубилась. Хорошо, что в офисе был обеденный перерыв, и отдел пустовал. Со стороны, наверное, это выглядело, как будто сложилась тряпичная кукла. Просто упала на клавиатуру с громким щелчком клавиш. Клац!

Она почувствовала, что голова ее повернута набок, ухо трется о знакомую ткань, а по виску стекает что-то теплое. И, кажется, во сне она была не одна. Точно, не одна. На соседнем сиденье полулежал ее Гоша. И смотрел прямо на нее. Полина поняла, что они с Гошей сейчас в машине. Гоша, живой, невредимый, а не то страшное нечто, в которое превратился муж после автомобильной аварии, и которое она похоронила две недели назад в закрытом гробу. Сначала Поля чуть не задохнулась от радости. Гошенька… А потом она замерла. Гоша был… странный. Не шевелился. Может, тоже не мог, как и она? Может, свидания на небесах так и происходят? Нельзя дотронуться. Запрещено.

Можно только смотреть. Ну и что? Поля судорожно выдохнула. Ей и этого хватит! Смотреть, смотреть в любимые глаза. Еще побыть вместе. Близко… Погладить… Дотронуться… Только руки почему-то не шевелятся.

Внезапно Гоша заговорил. Не своим голосом, теплым, мягким, а механическим, будто каркал.

« На златом крыльце сидели,

Царь Царевич и я – Королевич,

Убитый или Живой?

Кто я теперь такой?

Говори, поскорей, видишь, очередь из людей?

Не скучай… скоро сама придешь»…

Поля вынырнула из кошмара внезапно, как и заснула. Подняла голову и огляделась. Коллектив заполнял рабочие места. Никто на нее не смотрел. Может, подумали, что человек устал и решил вздремнуть. Ее вообще старались не трогать в последнее время. Знали о похоронах. Молча принесли и пристроили на краешек стола конверт с деньгами. Разве ей нужны деньги? Зачем ей деньги? Ей нужен Гоша. Хоть какой. Даже странный, говорящий механическим голосом и похожий на робота. А то, что она уснула… Так она уже и забыла, когда нормально спала. С того дня, как ей позвонили и сказали, что Гоши… что Гоша….

Поля провела ладонью от виска вниз по лицу и уставилась на окровавленную ладонь. Наверное, поранилась, когда голова упала вниз. Рядом с клавиатурой стояла кружка с кофе. А теперь лежали осколки, и сладко-тягучая коричневая жидкость пачкала поверхность и распечатанные недавно листы.

– Давай, помогу! – новенькая, Поля не помнила ее имя, сидевшая за соседним столом, решительно схватила Полину руку, оттерла кровь салфеткой, а потом сгребла то, что осталось от кружки, грязные листы и унеслась по коридору в туалет. Когда она вернулась, Полина сидела все так же и недоуменно улыбалась.

Конец ознакомительного фрагмента.