Чтение онлайн

Опять молчание. В этот момент в кабинет вошел Корней. Он не мог больше оставаться один у конденсатора, не зная, что с Женей. Он перехватил кого-то из персонала, оставил

его там, а сам прибежал сюда. Мы сообщили ему все.

Через долгий промежуток времени опять раздался голос Жени:

— Я обследовала весь транспортер. Он почти совершенно не пострадал. Весь упор приняло на себя перекрытие тоннеля, но что-то повреждено в электрооборудовании. Что именно — не могу отыскать. Пусть Корней спустится сюда, но сначала переправьте мне лом, и расширю проход у дна башни. Пусть Корней захватит коньяк и термос с горячим шоколадом для Кечмаева. Он еще не пришел в себя. Я ползу обратно к башне и буду там ждать.

Почти полчаса работала Женя, стоя в ледяной воде и отбивая ломом куски бетона от нижнего конца тонкой разделительной стенки. Когда ей удалось, наконец, расширить проход на пятнадцать-двадцать сантиметров, Корней, сгорая от

нетерпения, бросился в рассол. Вдвоем они отодвинули сани. Корней довольно скоро нашел место повреждения электрооборудования и исправил его. Как потом выяснилось, сани сначала налетели на основной транспортер и основательно повредили его. На резервный транспортер сани наскочили уже по инерции и оборвали только электропроводку.

Остальное можно рассказать коротко: Женя и Бойцов залезли в утепленную кабину саней, где находился пришедший уже в чувство Кечмаев. Он пострадал довольно серьезно, у него была сломана рука. Мы пустили транспортер в ход. Авария была ликвидирована.

Пурга через несколько часов стихла. Но Женя, Корней и Кечмаев долго еще отсиживались в кабине саней, пока мы добрались до них сквозь чудовищную толщу снега.

–

Знание — сила, 1935, № 2 — с. 2–6; № 3 — с. 16–17

Оглавление

Григорий Адамов

Авария