Аванпост
Шрифт:
— Еще нет, но к этому все идет. Как ты в действительности выглядишь?
— А какое это имеет значение? — спросила она. — Для тебя я всегда буду выглядеть вот так.
— Господи, я надеюсь, что нет! — вырвалось у меня.
Она улыбнулась и чуть покраснела.
— Я забыла. — И тут же ее груди стали уменьшаться в размерах, пока не превратились в два внушительных полушария.
— Итак, Ураган Смит, составишь ты мне компанию на космических дорогах? Будешь грабить богатых и наслаждаться моими
— Думаю, что нет.
— Почему нет? — спросила она. — Хоть, одна человеческая женщина ублажала тебя лучше, чем я?
— Нет, — признал я. — Но и расстраивали они меня куда меньше.
— Но ты будешь видеть во мне женщину! — не отступалась она.
— Всякий раз, прикасаясь к тебе, а такое будет случаться очень и очень часто, я буду обязательно задаваться вопросом к чему, собственно, я прикасаюсь.
— Если это приятно, а я уверена, что прикасаться ко мне приятно… чего об этом тревожиться?
— Человек всегда найдет, о чем тревожиться, — объяснил я. — Если я свяжусь с тобой, тревог мне хватит на пару жизней, а может, останется и на часть третьей.
— Жаль, что у тебя такой настрой. — Она покачала головой. — Мы бы отлично сработались.
— У тебя по щеке катится настоящая слеза, или ты опять устраиваешь шоу?
— Прошлой ночью было шоу, — печально ответила она. — Слеза настоящая.
Вот такой я всегда буду помнить ее: самая прекрасная женщина на свете, которую мне доводилось видеть (за исключением тебя, дорогая), и настоящая слеза, катящаяся по ее щеке.
Из этой встречи я извлек полезный урок, понял, что внешность — не главное. Если б не Зенобия, я бы и сейчас оставался холостяком, мотающимся по галактике в поисках любви. А так я женат и счастлив.
* * *
Внезапно слеза появилась на щеке Лангтри Лили, она наклонилась и нежно поцеловала Урагана Смита в губы.
— Как это трогательно, — умилился Катастрофа Бейкер.
— Безусловно, — согласился с ним преподобный Билли Карма. — Даже забываешь, что она — безбожное насекомое, которое откладывает яйца и, возможно, пожирает своих детенышей.
Ему повезло: произнеся эти слова, он наклонился, чтобы высморкаться, и ядовитая слюна, которую выплюнула Лангтри Лили, не угодила ему в голову.
— Я знавал одну женщину-насекомое. — О’Грейди повернулся к Лангтри Лили. — Не твоего вида, мэм. Ярко-серебристую, с многочисленными длинными лапками и огромными красными мультифасеточными глазами. Как-то вечером она появилась в казино на Мутаре II и начала выигрывать все подряд. Мне потребовалось несколько часов, чтобы понять, как ей это удается.
— Ее глаза, не так ли? — предположил Маленький Майк.
— Поначалу я тоже так подумал, — ответил О’Грейди. — Но глаза оказались ни при чем. В отличие от этих чертовых антенн. Она
— И что вы сделали? — спросил преподобный Билли Карма. — Бросили в кипящую смолу и изваляли в перьях или отрезали антенны?
— Ни то и ни другое, — ответил О’Грейди. — Забрали деньги и выжгли большую красную букву А на ее хитиновом панцире.
— Зачем?
— Как я понимаю, ты не сведущ в классике, — отметил О’Грейди. — Мы решили, что всякий раз, когда она будет появляться в игорном заведении, где большинство игроков — люди, им будет достаточно одного взгляда, чтобы понять, что она — инопланетная Эстер, решившая сорвать банк, и они, во всяком случае те, кого не зовут Ураган Смит, будут держаться от нее подальше.
Большой Рыжий смотрел на компьютерный голоэкран.
— Эйнштейн говорит, что это хорошая идея.
— Потому что Эйнштейн более начитан, чем преподобный, — пожал плечами О’Грейди.
— Я читаю только Книгу Добра, — ответил Билли Карма. — Прежде всего о том, кто кого породил.
— Похоже, тебя очень интересует генеалогия, — вставил Ахмед Альфардский.
— Его больше интересует процесс порождения, — поправила его Золушка.
— Где Господь сказал, что человек не имеет права немного поразвлечься? — вопросил Билли Карма.
— Как насчет Книги Бытия? — полюбопытствовал Адский Огонь ван Винкль.
— Кроме нее!
— Разве этого мало? — не унимался ван Винкль. — Он выгнал Адаму и Еву из рая.
— Ну, на этот счет у меня есть своя версия, — уверенно заявил Билли Карма. — Знаешь, что на самом деле покусывала Ева?
— Я не хочу этого слышать, — воскликнула Золушка.
— Я не хочу даже думать об этом, — присоединился к ней ван Винкль.
— Если бы Господь не хотел, чтобы вы получали новые знания, он бы не отправил меня сюда, чтобы я мог проповедовать вам, — гнул свое Билли Карма. — Я уже довольно-таки давно думаю о том, что Библия нуждается в радикальной переработке.
— Могу себе представить, — усмехнулся Маленький Майк Пикассо. — Ветхий Завет — Версия Добра, от преподобного Билли Кармы.
— Звучит неплохо, — высказал свое мнение преподобный.
— А что-нибудь грязное или отвратительное на вкус когда-нибудь казалось тебе плохим? — спросила Золушка.
— Недостаточно информации.
— Это ты о чем?
— Если ты дашь мне, покусывая, подняться вверх по твоему бедру или спуститься по животу, тогда я буду знать, какая ты на вкус, добрая или ужасная.
— Я уж и не знаю, смогу ли донести до тебя эту мысль, преподобный, — вмешался Маленький Майк, — но есть разница между женщиной с хорошим вкусом и женщиной, которая хороша на вкус.