Чтение онлайн

Я зарычал на этих тварей, пнул одну со всей дури, и в тот же миг оказался во власти раздирающей боли от клыков и когтей. Я успел заслонить маленькую тень, которая скулила от страха и неожиданности и почувствовал, как сердце успокаивалось. Мозг что-то пытался сказать, но даже он по чуть-чуть лишался сил и готов был к смирению. Я перестал двигаться и отбиваться, псы отступили. Что произошло? Начал ощущать теплую слизь от языка Тени: было противно и приятно одновременно. Маленький дрожащий «друг» выполз из-под меня и как-то умудрился стащить кусок хлеба напоследок.

– Ты живой? – раздалось из неоткуда в воздухе.

Я

не мог пошевелиться, даже если бы хотел.

– Кто-нибудь! Помогите!

Я услышал голоса, которые звали меня с собой в мир, полный тепла и света и был на полушаге к нему, однако вспомнил, что Тени рядом нет, и что он точно без меня пропадет.

– Мне нужна Тень, – проговорил я, и постепенно свет удалялся все дальше и дальше от моего носа, становилось мерзостно. Ощущал людей рядом и не чувствовал нового друга. – Тень, дайте Тень! – глаза были мокрыми.

– Какую тень? Мы и так закрыли все окна и приглушили свет.

– Мой друг – Тень: черный, маленький.

– А! Он о собаке, сейчас! – зазвучал голос, который только что звал меня с собой. Он не был похож на те, что я слышал раньше, но понял, что от него мой мозг впадает в гипноз, а сердцу становится тепло и приятно. Я попытался найти источник прекрасного звука и приоткрыл глаза. Передо мной сидел совсем несимпатичный мужчина.

– Это вы?

– Мы знакомы? – Я услышал низкий грудной бас и выдохнул. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату влетела прекрасная светловолосая девочка с Тенью в объятиях. Он тут же выпрыгнул из ее рук и вскочил на мои раны, отчего мне стало очень неприятно. Конечно, виду я не подал, да и мне было не до боли. Сердце трепетало от интересных ощущений, рассматривая белокурые локоны и короткое васильковое платье выше колен. Мозг отключился полностью.

– Тень? Так это твоя собака ворует моих цыплят? – грозно навис надо мной мужчина.

– Да, то есть нет, он не воровал. Я не видел. Не мой пес. Хотя… теперь, может и мой, – язык заплетался.

– Говори четко! Ты врешь? Знаешь, во сколько обошлись мне эти куры? Они приносят продукты питания! Знаешь, как тяжело сейчас людям?

– Знаешь.

– Отец, прекрати! – мои глаза вспыхнули. Она. Я еле проглотил слюни и старался запомнить ее, как снежинку, которая в любой момент могла растаять.

– У тебя хватило ума вступить в бой с моими сторожевыми, ради спасения этой шавки? Сюда смотри! Я с тобой говорю!

– Я-я нашел эту собаку и спас от отвратительных тварей!

– Отец, прошу!

Он тыкнул в меня пальцем и грубо произнес:

– Ты знаешь, по гроб обязан моей дочери, которая в столь поздний час увидела происходящее. К тебе, милочка, я еще вернусь! Именно она разбудила всех и молила о том, чтобы тебе зашили раны, хотя я мог этого и не делать. Знаешь, кто я? – он поднял тонкий подбородок, его руки были по рукав в крови. – Я врач, черт возьми! Тебе очень и очень повезло оказаться в нужное время, в нужном месте. Только-только я вернулся с дежурства и, буквально через несколько часов, обнаруживаю окровавленного парня, прямо у себя под носом.

Мне было стыдно.

– Как тебя зовут? Откуда ты? – аккуратно присела рядом девочка. Я побоялся, что она внезапно растворится от моего горячего дыхания и поэтому сразу же отсел подальше.

– Ты видишь, он неблагодарный мерзавец и вор, – выплевывал слова мужик и покидал покрасневшие инструменты на стол.

– Нет, он хороший,

я уверена.

Я почувствовал тепло, исходящее от ее улыбки, но больше всего меня грели ее слова, все поплыло:

– Меня зовут Люмьен.

– Отец! У него жар! Он теряет сознание! Сделай что-нибудь, прошу!

– Ты знаешь, что значат эти слова, Аделаида? Я-то сделаю все возможное, чтобы он остался жив, это мой долг. А готова ли ты взять ответственность за человека, которого ты вылечить будешь не в состоянии? Он человек «дождя», дорогая, станет обузой для нас.

«Мы в ответе за тех, кого приручили» 3 – в унисон вздохнули люди, и это было последнее, что я услышал перед наступлением темноты.

В моих ногах укутался маленький комочек счастья.

Глава 4.

Океан – слезы планеты.

Трудно молчать, когда есть, о чем плакать.

– Сын мой?

– Отец?

Я оказался на берегу моря, воды которого переливались пятьюдесятью оттенками серого. Оно бушевало и с силой выталкивало мусор и трупы его обитателей из самых глубин – из самого сердца. В нем была невероятная мощь и безграничная энергия, которая наполняла меня изнутри и заглушала монолог мозга.

– Ты видишь?

– Да, отец.

– Ты слушаешь?

– Да, отец.

– А теперь научись слышать.

– Как?

– Поговори с сердцем.

Внезапно я оказался как будто бы в другом мире. Меня перенесли туда, где играют и плачут, не понятно от чего, дети, а мужчины и женщины ни в чем себе не отказывают и живут припеваючи, жалуясь на лишний вес и неудобную мебель. Они питаются, чтобы потом сгонять жир, лакают горячительные напитки, после которых становится плохо, и поедают медикаменты, от которых нет толка. Столы ломятся от еды и диковинных напитков, поля засеяны невиданным количеством культур. Вода льется через край, полки магазинов переполнены виданными и невиданными вкусностями, которые не доступны для нашего мира. Это рай: животные гуляют по лесу, птицы кричат в небесах, города переполнены шумом и жизнью – все гудит, не стоит на месте и радует мое нутро. Увидел, как искусственно производят энергию, детей, органы, еду и даже интеллект. Я не спеша погулял по самым крупным городам и даже подсмотрел самую удивительную и непонятную любовь, и никто меня не видел. Или Ничто видел? Карнавалы и праздники каждый день, необычные наряды, обычаи и еще говорят на разных языках! Как они понимают друг друга? Огоньки, которые взрываются в воздухе, а потом падают неизвестно куда…

Начал чувствовать, что из меня выкачивают силы, сжигают их и используют для различных целей. Во рту жутко пересохло от недостатка кислорода, и я прильнул к земле, чтобы услышать, как она задыхается и умирает. Убивали ее детей: деревья и братьев меньших, ради непонятных бумажек, которыми высокоразвитые приматы кичились друг перед другом, обменивались ими, а переработанной древесиной подтирались и выкидывали, как низшие отходы. Природу подмяли под себя. Все заросло мусором и прогнившим мозгом. Кто-нибудь может остановить это? Я не хочу такое терпеть – слишком больно!