Чтение онлайн

– Подождите, – закричал он, – почему меня здесь держат?

Но мужчина уже поднимался вверх по лестнице.

– Черт возьми, – пробормотал Абрамов, – кажется, этот тип не слишком разговорчив.

Он жадно съел всю еду, выпил воды. И его чуть не стошнило. Павел почувствовал неприятные колики в боку и едва не упал, когда попытался быстро подняться. Проклятые «браслеты» на ногах сковывали все движения. Он с трудом доковылял до туалета. А потом всю ночь просидел у пустых бутылок, пытаясь понять, что же с ним происходит.

Еще несколько дней

подряд все тот же мужчина приносил еду и воду. Причем оставлял запас сразу на весь день. И больше не появлялся, из чего Павел сделал вывод, что этот тип не живет в доме, а приезжает сюда в разное время. Благо часы у него никто не отнимал. Ему понравился биотуалет, который был здесь установлен. На второй день неизвестный принес матрац, простыню, подушку, одеяло. Они были чистыми, это Павла порадовало. Он сам застелил себе постель.

А еще через неделю Абрамов решил, что нужно бежать. Кормили его неплохо, воду тоже давали. Правда, поначалу есть приходилось без вилок и ножей, но на третий день ему стали давать пластиковые столовые приборы. Иногда приносили фрукты. Раздражали только эти оковы на ногах. Однако постепенно Абрамов к ним даже привык. Беспокоила лишь полная неопределенность – было непонятно: кто и зачем его похитил. Павел начал обдумывать план побега.

Он решил, что для начала должен нейтрализовать своего сторожа – здорового молчаливого типа, ежедневно спускающегося к нему.

Судя по его виду, этот «амбал» наверняка был подготовленным человеком. Следовательно, ему надо нанести такой точный удар, который его свалит. Затем забрать у него ключи, чтобы не семенить в наручниках на ногах. Абрамов усмехнулся: «Наручники на ногах!» Правильнее назвать их наножниками. Но это не меняло сути его решения. Ему надоело сидеть в этом подвале. Он не может больше ждать, когда его жена сойдет с ума от неизвестности. Да и маленькая Алина, наверное, плачет, без конца спрашивая, куда исчез ее папа. Все, ждать больше нечего. Надо постараться сбежать отсюда. Тем более что этот молчун даже не пытается ему объяснить, зачем его похитили и что собираются с ним сделать.

Павел обдумал весь план в деталях. Нужно выбрать время и нанести один точный удар. Он знал, куда бить. А рука у него сильная – сказались многолетние занятия спортом. Оставалось выбрать удобный момент и наконец осуществить этот рискованный план.

На этот раз Курыловичу был заказан номер в отеле «Радиссон», куда он приехал прямо из аэропорта. А через два часа он спустился в ресторан, находящийся здесь же, на первом этаже.

В ресторане подавали баварские сосиски с пивом. Курылович не любил немецкую кухню, поэтому заказал себе только пиво, без сосисок. И почти сразу же в зал вошел генерал Дзевоньский. Увидев его, Курылович почтительно вскочил.

– Садитесь, – махнул ему генерал, усаживаясь рядом, затем положил на стол небольшую папку, которую принес с собой. – Мне тоже пива, – сказал он подоспевшему официанту.

Курылович облизнул полные губы.

У него были рыжие волосы, одутловатое лицо, выпученные глаза и курносый нос – довольно запоминающаяся внешность. Он часто выполнял деликатные поручения Дзевоньского. Его земляк хорошо платил и никогда не задавал ненужных вопросов.

– Как погода в Варшаве? – осведомился Дзевоньский.

– Тоже холодно, – ответил Курылович, – но не так, как в России.

– У нас не может быть так, как в России, – недовольно заметил Дзевоньский. Они говорили по-польски тихо, чтобы не привлекать внимания немногочисленных посетителей. – Мне опять нужна ваша помощь, – сразу же перешел он к делу. – Речь пойдет о журналисте, которого похитили несколько дней назад.

– О каком журналисте? – насторожился Курылович.

Официант принес заказанное пиво в большой стеклянной кружке. И только когда он ушел, Дзевоньский недовольно проворчал:

– Я считал вас серьезным человеком, пан Курылович. А вы позволяете себе, появляясь в Москве, не читать местной прессы. Вы думаете, что ездите сюда на прогулку? Я полагал, что еще в аэропорту вы купили столичные газеты, чтобы сориентироваться в сегодняшней ситуации, знать, что тут происходит.

– Я просто не успел, – сразу соврал Курылович. – Взял целую пачку газет, они у меня в номере, только не успел их просмотреть.

Дзевоньский с обоснованным подозрением хмуро посмотрел на ретивого собеседника.

– Не нужно мне лгать, – строго предупредил он. – Если я сейчас поднимусь к вам в номер и не найду газет, это будет повод с вами расстаться.

– Они у меня, – храбро заявил Курылович, сообразив, что отступать нельзя. – Мы можем подняться, и я их вам покажу.

В крайнем случае он уже был готов свалить все на служащих отеля и заявить о пропаже сумки, в которой находились сегодняшние газеты, якобы купленные в аэропорту. Дзевоньский не стал проверять, хотя и чувствовал, что ему врут.

– Несколько дней назад исчез известный журналист Павел Абрамов, – вполголоса сообщил генерал. – В Москве его считают одним из лучших современных тележурналистов. Поиски ведутся уже несколько дней, но пока безрезультатно. Нужно сделать так, чтобы эта тема постоянно муссировалась в средствах массовой информации. Необходимо превратить пропавшего журналиста в настоящего героя. Персону номер один в этой стране. Чтобы каждый день потрясенные читатели и телезрители читали и смотрели репортажи об исчезнувшем Абрамове. Вы меня понимаете?

– Вам нужно его раскрутить? – понял наконец Курылович.

– Мне нужно, чтобы вы снова встретились с Холмским и объяснили ему нашу задачу. Абрамов должен стать национальным героем. Неплохо бы вспомнить его счастливое детство, его пионерские подвиги. Если их нет, надо придумать. Намекнуть, каким хорошим сыном он был, как честно отслужил на Северном флоте три года. Рассказывать о его журналистской честности и компетентности. Одним словом, его имя и его портрет должны войти в каждый российский дом, в каждую семью.