Атомный сон (Cборник)
Шрифт:
Добрался он до холодных вод Арала и увидел, что братья не отстают.
– Здесь ты найдешь свою смерть! – закричали братья, увидев, что отступать батыру некуда.
Выхватили они мечи и набросились на Кобланды. Дрались они до тех пор, пока мечи не затупились. Сели они передохнуть, и тут догнали их два брата. Понял Кобланды, что не одолеть ему отдохнувших братьев. Бросился он в воду и поплыл. А братья в бессильной злобе посылали ему вслед проклятия (комм. № 5).
Приплыл Кобланды на остров. Лег он спать и от усталости проспал три дня и три ночи. А когда проснулся, то вспомнил о прекрасной
Выбрался Кобланды на берег и с удивлением увидел, что поодаль стоят семь богатых аулов и от каждого аула идет запах готовящегося угощения.
– Эй, бала! – крикнул Кобланды пробегающему мимо мальчику. – Чьи это аулы?
– Это аулы семи братьев, победителей Кобланды-батыра.
Разъярился Кобланды, поблагодарил мальчика и пошел к самому большому аулу. И увидел, что вокруг стола сидят семь стариков. Пригляделся к ним Кобланды и узнал семерых братьев (комм. № 6). Удивился батыр, но не показал и виду. Сел он молча рядом с братьями и стал есть.
Присмотрелись к нему братья и побледнели. А старший сказал:
– Ты очень похож на Кобланды, которого мы тридцать три года назад загнали на заколдованный остров!
Вытер Кобланды руки о бороду (комм. № 7) и сказал:
– А я и есть Кобланды-батыр.
Закричали братья от страха и попадали перед Кобланды на землю. Расхохотался Кобланды, выбрал себе самого лучшего коня и поскакал к девушке. Добрался он до той горы, где оставил ее, и поднялся на вершину. На вершине, в белоснежной юрте, сидела старуха.
– Ты совсем не изменился, Кобланды! – воскликнула она.
– Жди меня здесь, апа, – сказал Кобланды и поскакал вниз (комм. № 8).
Комментарий к сказке
1. Для восточных сказок нехарактерно измерение возраста по женщинам. Обычно используется оборот «во времена моего деда» или «когда отец моего отца был ребенком». Однако путем расспросов удалось выявить в районе Приаралья еще несколько сказок с подобными матриархальными оборотами – очень любопытный факт.
2. В казахских сказках, как и во многих других, зоркость героя подразумевается сама собой. Особое выделение его зоркости предполагает какой-либо эпизод, связанный с этим качеством, которого в тексте нет. Возникает предположение, что перед нами «усеченный» вариант сказки. Смотри примечания 3 и 4.
3. Переход от вступления к основной части сказки очень короткий. В то же время короткое упоминание о «семи днях пути» предполагает существование какого-то эпизода, приключения героя, позднее выпущенного. После расспросов удалось найти несколько человек, помнящих эту сказку. Они подтвердили, что в сказке описывается еще и спасение Кобланды говорящей лисицы – эпизод весьма стандартный и бытующий в сказках разных народов. Позднее, в месте, отмеченном как комм. № 5, лисица предупреждает задремавшего героя о приближении врагов.
4. В полном варианте сказки, очевидно, встреча героя с братьями описывалась по-другому. Возникает предположение, что исследователь, записавший эту сказку, сознательно отсек лишние, с его точки зрения, и не относящиеся впрямую к сюжету эпизоды. Если это так, то свидетельствует о его крайне низкой культуре. Возможно, впрочем,
5. Умение плавать – очень значительно для героя. Его противники по законам сказки просто не могут обладать таким умением.
6. Очень любопытная подача основного волшебного эпизода – коротко и без каких-либо разъяснений.
7. Имеется в виду скорее всего мусульманский обычай благодарить после еды пророка, проводя руками по щекам. Напрямую не описан по понятным в то время причинам.
8. Далее, по всей видимости, должна следовать известная сказка о поисках Кобланды молодильной воды – варианты этой сказки есть у многих народов (Иван Царевич и молодильные яблоки).
Данная сказка записана около пятнадцати лет назад. То, что заколдованный остров и его волшебные свойства даются в тексте без объяснений, свидетельствует о существовании данного фольклорного элемента и в других сказках или легендах. К сожалению, найти их не удалось.
С. Егимбаев, С. Лукьяненко
3. Рассказ Тимура Джолдасбекова, моториста РТ-25, об острове Барса-Кельмес (выдержки из письма, перевод с казахского С. Егимбаева и Г. Савича)
«Что касается Барса-Кельмес, то он фактически врос в берег (комм. № 1). Мы проходили мимо, когда у нас полетел подшипник (комм. № 2). Работы там на час, так что мы с Канатом до вечера справились. Канат лег спать, ты же знаешь, какой он слабак. А мне тоскливо стало, и я пошел погулять. Ходил я, наверное, час, далеко не заходил. Когда обратно пошел, дорогу решил срезать. Пошел не вдоль берега, а через холмы. Там два холма больших есть. Я на один поднялся – вижу свет. Сначала решил, что я уже к своим подошел. А потом удивился, что свет какой-то синий. Решил пойти посмотреть. Прошел немного, смотрю – ограда. Как в армейке.
Я немного удивился. Думаю, откуда взялось? Давно здесь живу, ничего такого не видел. Да ты и сам там был, видел, ничего нет. А я смотрю – дома одноэтажные, вроде наших кошар (комм. № 3), только железом обиты. Посередке, между домами, площадка бетонная, ровная. На ней какие-то цистерны стояли, по форме странные, круглые, на летающие тарелки похожие, как о них в газетах пишут. Вокруг площадки еще одна изгородь была, такая же, как снаружи, из проволоки квадратиками, только пониже. Между цистернами стояла антенна, стальная труба, штопором скрученная. Я такие видел, когда служил на «Полюсе», такие антенны со спутниками связываются (комм. № 4). Только в эту трубу зачем-то была вставлена прозрачная труба из стекла. По виду словно пушка получилась. Между цистернами ходили двое или трое, я их хорошо не разглядел, но помню, что они в непонятной форме были. Такая светлая, брюки узкие, а в плечах широкая. И все светилось ярко, хотя ламп не видно. Они там, наверное, спрятаны где-то были. Думаю, может, учения готовятся или гарнизон секретный. Я немного посмотрел, пошел дальше. Если б охрана увидела, принялась бы выяснять: кто такой. Зачем мне это надо?