Чтение онлайн

– Кажется, это остывший след, – заключил Клют. – По крайней мере мы оставили ни с чем Корбана Ксархоса и его сподвижников.

– Давай не торопиться, – сказал Чевак. – В кодилекте Темных Механикус я вижу истинные имена демонических сущностей.

– Это объекты неудавшихся варп-эфирных вивисекций, – объяснил Торкуил.

– А где тогда успешные? Ты говорил, они довели метод до совершенства.

– «Корпус Вивэкзорсекцио» в большей части описывает одну ритуальную процедуру с начала и до конца. Объектом в ней была сущность, чье истинное имя – Маммошад.

– Маммошад…

– Вы знаете

о нем? – спросил Клют своего начальника. Чевак кивнул.

– Маммошад – демон с долгой и богатой историей, начавшейся задолго до того, как культ Темных Механикус добрался до него со своими скальпелями.

– Сильный?

– Да, – рассеянно кивнул Чевак. – Ну, был до того, как Даэкропсикум рассекли его на мелкие кусочки. Его имя встречается по всей Черной Библиотеке, в текстах и ксеносов, и имперцев. Очень древний и могущественный демон Тзинча. Полный его титул – Маммошад, Царь Царей, Поработитель Малодушных Миров и Хранитель Склепа Бездны.

– Не понимаю, – сказала Торрес, прервав течение мыслей высшего инквизитора. – Это проблема или решение?

– И то, и другое, – ответил Чевак. – Как и большинство решений, оно несет вместе с собой ряд проблем. Имя Маммошада повторяется по всей книге. Хоть у Корбана Ксархоса и нет страниц, описывающих еретические геллеровы технологии и процедуры, но он может захватить кого-то, кто видел эти ритуалы своими глазами.

– Но брат Торкуил сказал, что Даэкропсикум истребили, – возразила Торрес.

– Там был Маммошад, – заявил Клют.

– Кто может лучше описать процедуры и технологии, чем адская сущность, испытавшая их на себе? – пояснил Чевак. – Если Ксархос найдет Маммошада, то ему не понадобятся страницы. Если мы найдем Маммошада, то, возможно, нам удастся расставить ловушку на Ксархоса.

– Но где Маммошад? – спросил технодесантник.

– Ну, если верить Черной Библиотеке, то он, или по крайней мере его частица, – сказал Чевак, – находится на мире-улье Аблютрафур.

Взгляд капитана Торрес переметнулся на Клюта. Тот ведь просил ее совершить серию безопасных варп-прыжков и субсветовых переходов, чтобы выбраться через Кадианские Врата и покинуть Око.

– Но в журнале «Геллебора» сообщается, что «Рубрициан» уже двигается туда, – встревожилась она.

– Не беспокойтесь, – заверил Чевак с энтузиазмом. – Через Паутину мы доберемся до Аблютрафура куда раньше, чем Ксархос, даже учитывая фору.

Высший инквизитор пошел к Затерянному Своду, который стоял, еще не активированный, на другой половине археопалубы.

– Эпифани права. Климат на Аблютрафуре экваториальный, очень жарко и влажно. Так что оденьтесь как следует.

Уходят

swale gypsies – болотные цыгане

scavvies – добытчики (от scavenge)

shanty-speak – корабельное наречие

АКТ II, ПЕСНЬ II

Сокровищница археотеха, 3°4’33"Ю 37°21’12"В, Аблютрафур, Око Ужаса

Входят ЧЕВАК с КЛЮТОМ, БРАТ ТОРКУИЛ, ЭПИФАНИ с "ОТЦОМ" и ГЕССИАН

– Ну сколько еще? – заныла Эпифани.

– А ты угадай, – поддел Чевак. Инквизитору нравилось подшучивать над ее даром.

Торкуил шел во главе отряда по беспорядочно

сменяющим друг друга комнатам, гротам и лестницам – предполагалось, что если ветхая архитектура сможет выдержать вес Астартес, то вынесет и всех остальных. Фонари, встроенные в доспехи технодесантника, освещали узкий путь между покосившимися стенами имперской, но очень древней постройки, которые были покрыты трещинами и вызывали приступы клаустрофобии. Расщелины сменялись площадками, арки – ступенями, тесные лазы – люками с вертикальными лестницами. Иногда среди этого царства обрушенных пещер и крипт обнаруживалась дыра в потолке, через которую можно было увидеть колоссальную пропасть, на дне которой и находились эти мрачные строения. Пространство наверху было темным и пустым, лучи фонарей то и дело спугивали стайки порхающих кусак, но иногда в многокилометровой высоте виднелось пятно дневного света. Казалось, они находились в кратере какого-то спящего рукотворного вулкана.

Варповидица надула щеки.

– Похоже, меня сейчас вырвет.

– Невероятно, – покачал головой Чевак, проходя мимо согнувшейся пополам девушки. – Я за считанные часы перенес тебя за много световых лет, а тебя тошнит после нескольких ступенек?

Отряд покинул Паутину, выйдя из опрокинутого призрачного портала, который превратился в нечто вроде люка в полу. Поначалу было сложно приспособиться к тому, что их окружало. Приходилось не только перебираться из одного помещения в другое, но и перемещаться вертикально. Кроме того, маленькая пещера, в которую они вскарабкались, была чернильно-черной и вся завалена обломками, древним мусором и разбросанными в беспорядке кучами бесценного археотеха.

Высший инквизитор взобрался по обветшавшему лестничному колодцу, перепрыгивая три ступени за раз и взбивая облака пыли, но тут ему пришлось остановиться. Он уперся в стену.

– Что такое? – окликнул Клют из полумрака позади.

– Мерзостный, – позвал Чевак. – Иди-ка сюда.

– Я нужен вам, высший инквизитор? – прошипел Гессиан со злобной подобострастностью.

– Мне нужно, чтоб ты заткнулся и пришел сюда, – повторил Чевак.

Зло, горящее в глазах демонхоста, пробилось сквозь тьму болезненным сиянием и осветило растрескавшуюся от времени стену. Прочные лозы, извивающиеся, проникающие в трещины и душащие друг друга, пробили каменную кладку насквозь. Их толстые стебли проникли через рокрит, выпустили множество усиков, укрепились корнями и, подобно змеям, поползли по стене вверх, агрессивно проталкиваясь в каждую щелку.

Сзади подоспел Клют, идущий впереди космический десантник остановился на верхних ступенях. Варповидица осталась позади, но "Отец" подплыл ближе, чтобы оба могли лучше разглядеть стену.

– Посмотрите, – сказал Чевак, указывая на лозы.

– Замечательно, давайте встанем и будем восхищаться растениями, – проворчала Эпифани.

– А следовало бы. Это значит, что мы достигли поверхности. Брат Торкуил! – позвал Чевак ушедшего вперед технодесантника. Инквизитор хотел было дотронуться до массивной сервосбруи, от которой расходились мехадендритовые конечности и серворуки, но тут зажужжали механизмы, натянулись кабели и сместились противовесы, и Реликтор подозрительно отпрянул.