Чтение онлайн

– Господи, ужас-то какой! – вздохнула побледневшая Пэт, но профессиональный интерес взял верх. Она огляделась и принялась водить пальцами по остаткам надписей. Потом с неожиданной грустью отвернулась от потрескавшихся и осыпающихся стен.

– Они все уничтожили, подонки, – произнесла она безжизненным шепотом. – Стерли все. Ничего не осталось, что можно было бы разобрать.

– Да ничего страшного, – безразлично бросил Джиордино. – Во внутренней камере все без царапинки. Мумии малость запылились, но в остальном остались точно такими же, как тес когда-то сюда посадили.

– Посадили? – переспросил

Хэтфилд. – Разве мумии не Лежат горизонтально в саркофагах?

– Нет, сидят себе ровненько в каменных креслах, как на Чаепитии.

– Но хотя бы тканью обернуты?

– Опять не угадали, док. Восседают, будто на заседании Конгресса, разнаряженные в платья, шляпы и сандалии.

Хэтфилд недоверчиво покачал головой:

– Я обследовал многие древние захоронения, где тела лежали туго спеленутые в гробах в зародышевых позах, в глиняных горшках, липом вниз или навзничь, даже в стоячем положении. Но никогда не слышал, чтобы мумии сидели, да еще без гробниц.

– Ну не переживайте вы так. Я туда свет провел, сейчас сами на все полюбуетесь.

За те часы, что Джиордино ожидал прибытия Питта и Пэт О'Коннелл, он уговорил «котиков» помочь ему расчистить завал, вынести камни наружу и спустить с горы. Туннель во внутренний склеп теперь был открыт, и можно было пройти спокойно, не перебираясь через груды обломков. Софиты заливали камеру светом ярче солнечного, и мумии в их экзотических одеяниях можно было рассмотреть во всех подробностях.

Хэтфилд протиснулся вперед и начал разглядывать первую мумию практически нос к носу. Он походил на человека, заблудившегося в раю. Открыв большой кожаный складной чемодан, ученый достал металлический обруч с лампой и увеличительным стеклом перед глазами, как у отоларинголога. Нацепив обруч на голову, включил лампу и подкрутил линзы, а потом осторожно смахнул пыль с ресниц мумии мягкой кисточкой. Остальные, затаив дыхание, взирали на священнодействие, ожидая приговора. Наконец он повернулся, снял обруч и заговорил. Слова его звучали торжественно, как проповедь в церкви.

– За все долгие годы, что я изучаю древние захоронения, – произнес он благоговейно, – я никогда не встречал так хорошо сохранившиеся тела. Даже глазные яблоки уцелели настолько, что можно различить цвет глаз.

– Так, может, они здесь всего сотню лет сидят, а то и меньше? – предположил Джиордино.

– Исключено. Ткань этих мантий, стиль сандалий, стрижка и прическа, одежда – все это абсолютно не похоже на что-либо из того, что мне довелось увидеть. И ни на что известное из письменных источников. Каков бы ни был метод бальзамирования, техника эта на порядок выше той, которую применяли для сохранения египетских мумий. Египтяне потрошили тела, вынимали внутренние органы, удаляли мозг через ноздри. Эти же тела не изуродованы ни снаружи, ни внутри. Как будто бальзамировщики их и не трогали вообще.

– Надписи, которые мы нашли в горах Колорадо, имеют возраст в девять тысяч лет, – тихо сказала Патриция. – Как, по-вашему, эти люди и предметы – той же эпохи?

– Без детального анализа я ничего конкретного сказать не могу, – уклончиво ответил Хэтфилд. – Точное время мне неизвестно. Но я готов поручиться, что эти мумии принадлежат культуре, совершенно неизвестной историкам.

– Они, должно

быть, были потрясающие мореходы, если нашли этот остров и смогли его использовать как склеп для своих правителей, – заметил Питт.

– А зачем? – спросил Джиордино. – Почему бы им не хоронить мертвых где-нибудь в более удобном месте на побережье континента?

– Возможно, они просто не хотели, чтобы захоронение нашли, – отозвалась Пэт.

Питт задумчиво оглядел полукольцо мумий:

– Не уверен. Думаю, они все же рассчитывали, что в конце: концов гробница будет найдена. Они оставили послания в других подземных камерах за тысячи миль отсюда. Насколько я понимаю, вы с Хайремом Йегером установили, что надписи в Колорадо – это не просто моления богам, правящим царством мертвых?

– Несомненно. Но нам еще предстоит большая работа по расшифровке всех символов и их значения. Судя по тому немногому, что мы смогли расшифровать, эти надписи не носят погребального характера, скорее, это некое предупреждение о катастрофе, грозящей Земле в неопределенном будущем.

– Чьем будущем? – осведомился Джиордино. – Может быть, за последние девять тысяч лет она уже произошла?

– Никаких временных ориентиров мы пока не нашли, – с сожалением призналась Пэт. – Хайрем и Макс все еще работают над этим. – Она подошла к стене и смахнула пыль с рисунков на камне. Внезапно глаза ее вспыхнули энтузиазмом подлинного исследователя. – Боже мой! Да ведь эти надписи совсем не того стиля, что найденные в Колорадо! Это же иероглифическое письмо, где каждый символ изображает человека или животное!

Вскоре вся команда занялась соскребанием накопившейся за тысячелетия пыли и грязи с полированной поверхности скальной стены. Начав с четырех углов камеры, они постепенно продвигались к середине, пока под ярким светом софитов настенные иероглифы не предстали в самых четких подробностях.

– И что же эти знаки изображают? – спросил Джиордино, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Определенно морской порт, – уверенно ответила Пэт. – Вот смотрите, здесь флот кораблей, как парусных, так и гребных, а сама гавань защищена волноломом с высокими башенками по краям. Очевидно, что-то вроде маяков.

– Да, похоже, – согласился Хэтфилд. – А здесь какие-то строения близ причалов, где пришвартовано несколько судов.

– И на них, кажется, идет погрузка и разгрузка, – подхватила Патриция, рассматривая рисунки через мощную лупу, с которой никогда не расставалась. – Заметьте, человеческие фигуры вырезаны с мельчайшими подробностями и на них такие же одежды, как на этих мумиях. А вот с этого корабля выгружают стадо каких-то странных животных.

Джиордино придвинулся поближе к Пэт и прищурился.

– Мама миа! – присвистнул он. – Да это же единороги! С виду совсем как лошади, только из макушки один длинный рог торчит.

– Фантазия резчика, – скептически буркнул Хэтфилд. – Такая же, как статуи несуществующих греческих богов.

– А откуда нам знать? – возразил ему Питт. – Может быть, девять тысяч лет назад единороги существовали, а потом вымерли вместе с волосатыми носорогами, мамонтами и саблезубыми тиграми?

– Ага, и еще заодно с Горгонами Медузами, у которых змеи вместо волос, и циклопами с единственным глазом во лбу.