Чтение онлайн

— Еще одно гениальное изобретение Костаса, — продолжал Маклеод, не отрываясь от экрана. — Буровой аппарат с дистанционным управлением, способный пробурить в морском дне скважину глубиной до ста метров или поднять на поверхность большое количество придонных осадочных пород. — Маклеод пошарил под стулом свободной левой рукой. — А вот это мы нашли с помощью аппарата под морским дном.

Он протянул Кате блестящий черный предмет размером с кулак. Она прикинула его вес на руке, а потом стала пристально изучать.

— Прибрежная морская галька?

— Да, отполированная морской волной. Этот прибрежный камень помог нам

установить береговую линию древнего моря, которая в те времена пролегала на сто пятьдесят метров ниже нынешнего уровня моря и на десять морских миль дальше от сегодняшнего берега. Но еще более поразителен его возраст. Это одно из самых интересных открытий, которые мы сделали за последнее время.

Маклеод включил спутниковую систему наведения, и изображение на экране стало медленно двигаться на небольшом расстоянии от морского дна, избегая столкновения с препятствиями.

— Я включил автопилот, — пояснил он. — До цели осталось не более 15 минут.

Катя вернула ему потемневшую от времени морскую гальку:

— Это может быть каким-то образом связано с Мессинским соляным кризисом?

— Поначалу мы сочли, что это было еще до заселения этих территорий первобытными людьми древнейшей эпохи, точнее сказать — гоминидами.

— И что?

— А потом пришли к выводу, что ошиблись. Очень серьезно. Определение береговой линии древних морей давно уже часть нашей программы научных исследований, но это открытие выходит за рамки заурядных событий. Сейчас покажу, что это значит.

Маклеод загрузил разработанную с помощью компьютера изометрическую карту Средиземного и Черного морей.

— Связь между Средиземным и Черным морями можно рассматривать как своеобразную модель отношений между Атлантикой и Средиземным морем, — объяснил он. — Глубина Босфорского пролива не превышает ста метров. Любое понижение уровня Средиземного моря ниже этой отметки приведет к тому, что на месте пролива образуется перешеек, отделяющий Черное море от Средиземного. Именно эти условия позволили древним людям заселить Европу из Малой Азии. — Он показал курсором натри реки, впадающих в Черное море.

— Когда Босфор был мостом между Европой и Азией, высыхание Черного моря происходило такими же быстрыми темпами, что и Средиземного, однако Черное море постоянно пополнялось пресной водой трех великих рек — Дуная, Днепра и Дона. Средняя его величина была достигнута в тот момент, когда уровень высыхания моря сравнялся с уровнем впадающей в него речной воды, и с тех пор ускорился неизбежный в таких случаях процесс превращения Черного моря в большое пресноводное озеро.

Маклеод нажал клавишу, и компьютер начал имитировать события той далекой поры, демонстрируя, как Босфор постепенно высыхает, а уровень воды в Черном море снижается на сто пятьдесят метров по сравнению с нынешним. При этом уровень воды Черного моря стал на пятьдесят метров ниже уровня воды по другую сторону Босфора и поддерживался большим притоком прибрежных рек.

Маклеод повернулся назад и оглядел присутствующих:

— А теперь небольшой сюрприз. Все, что вы сейчас увидели, относится не к периоду раннего плейстоцена, когда ледниковый период был в самом разгаре, а к более позднему времени. Таким выглядело Черное море менее десяти тысяч лет назад.

Катя недоверчиво уставилась на него:

— Вы хотите сказать, что это произошло уже после ледникового периода?

Маклеод

энергично закивал:

— Самое последнее наступление ледника случилось примерно двадцать тысяч лет назад. Мы считаем, что Черное море было отрезано от Средиземного незадолго до этого, а его уровень был в то время на сто пятьдесят метров ниже нынешнего. Таким образом, обнаруженный нами берег был береговой линией моря в течение следующих двенадцати тысяч лет.

— А что случилось потом?

— Потом повторился Мессинский соляной кризис. Ледники стали быстро таять, что вызвало повышение уровня воды в Средиземном море, и в конце концов она хлынула через Босфорский перешеек. Первоначальной причиной, возможно, стало очередное отступление ледника, начавшееся примерно семь тысяч лет назад с таяния западного антарктического ледникового щита. Мы полагаем, что понабился всего лишь один год, чтобы Черное море достигло своего нынешнего уровня. При общем потоке примерно двадцать кубических километров в день уровень воды в Черном море поднимался на сорок сантиметров в день или от двух до трех метров в неделю.

Джек показал на нижнюю часть карты:

— А ты не мог бы увеличить этот сектор?

— Разумеется. — Маклеод щелкнул клавишей. На экране появилось увеличенное во много раз изображение северного побережья Турции. Изометрическая карта показала им подробную топографию Земли до начала затопления.

— Мы сейчас находимся на расстоянии одиннадцати морских миль от северного побережья Турции, — сказал Джек и подался вперед, вглядываясь в карту. — Это примерно восемнадцать километров, а глубина моря под нами не превышает ста пятидесяти метров. Расстояние до нынешнего берега означает, что на каждые полтора километра территории приходилось примерно десять метров воды, то есть соотношение составляло приблизительно один к ста пятидесяти. Из этого можно сделать вывод, что угол наклона Земли был очень малым. Если море поднималось так быстро, как показывает эта карта, следовательно, каждую неделю оно затопляло пространство в триста — четыреста метров, то есть примерно пятьдесят метров в день.

— Может, даже больше, — поправил Маклеод. — Перед началом потопа большая часть суши, которая сейчас находится на дне моря, была всего лишь на несколько метров выше уровня воды, а угол склона был близок к тому, что сейчас наблюдается на склонах Анатолийского плато. А потом в течение нескольких недель эти огромные пространства земли поглотило море.

Прежде чем заговорить, Джек несколько минут молча смотрел на изометрическую карту:

— Мы сейчас говорим о периоде раннего неолита, то есть первой фазы зарождения и развития земледелия. Какие условия для этого существовали в интересующем нас районе?

Маклеод просиял:

— Я просил наших палеоклиматологов поработать над этой проблемой, и они разработали серию имитационных моделей, позволяющих реконструировать состояние окружающей среды в период времени между концом плейстоцена и началом наводнения.

— И что?

— Они пришли к выводу, что это был самый плодородный район на всем Ближнем Востоке.

Катя даже присвистнула от удивления:

— Это совершенно новое видение всемирной истории. Прибрежная полоса шириной двадцать и длиной в сотни километров стала ключевым звеном в становлении и развитии человеческой цивилизации! И при этом никогда еще не исследовалась археологами.