Шрифт:
Часть II: Радуга
1. Белый песок
Я всего лишь человек. Я могу построить механизмы, меняющие законы природы, но это не значит, что в один из самых обычных дней меня не смоет гигантской волной... В ночь, когда морская вода вокруг вскипала, как похлебка в котле, а земля тряслась, как детская погремушка, все мы поняли, чего на самом деле стоят наши жизни.
Той ночью никто не сомкнул глаз. Багровое
Мы ждали утра, как ребенок ждет возвращения припозднившихся родителей: вот-вот кошмар должен был прекратиться, а жизнь - пойти своим чередом. Однако, этого не происходило.
Утро, душное и серое, встретило нас полнейшей неизвестностью. Как только стало светать, и мы смогли оглядеться, оказалось, что мы находились посреди густого тумана: не видно было даже собственной вытянутой руки!
Поскольку к тому времени уже несколько часов не было слышно волн и взрывов, да и землетрясения совсем прекратились, необходимо было провести разведку.
Я, Погодник и еще двое самых отважных сумасшедших отправились в разные стороны света. Мы хотели разузнать, что осталось от острова и можно ли как-то выбраться отсюда, добраться до других выживших.
После бедствия остров был похож на зверя, с которого содрали шкуру. Мусор, столетие покрывавший землю толстым слоем, разметало волнами, и теперь кое-где появились чистые участки. Девственная суша, - мокрый и нежный песок, - белела под солнцем.
Проходя по новой земле, я нашел себе крепкую палку, видимо, это была старая китовая кость. Опираясь на нее, я смог передвигаться быстрее.
Все время, идя от центра острова, я шел прямо, но вскоре меня стало мучить сомнение: мне казалось, что я хожу кругами.
Я прошел уже больше километра и давно должен был достичь берега и увидеть воду, но остров все не кончался и не кончался. Куда не повернись, везде сквозь туман проглядывала одна и та же картина: влажный песок, покрытый плотным черным налетом и мусором; редкие котловины, оставшиеся после взрывов. В некоторых из таких скопилась вода, так что получались своеобразные пруды, - по ним можно было ориентироваться.
Наконец, я не выдержал и решил остановиться: судя по всему, идти дальше было бессмысленно. Воды просто не было.
Но прежде, чем я развернулся и направился обратно к фиолетовым, я услышал крики:
– Эй! Там кто-нибудь есть?
– Мы пришли помочь!
– Кто вы?
– крикнул я, заковыляв в сторону, откуда доносились голоса.
– Синие!
Через минуты я уже стоял лицом к лицу с толпой людей: я едва не врезался в их вожака, не разглядев их сквозь туман!
– Я от фиолетовых, меня зовут Белый Дельфин, - представился я высокому мужчине с факелом в руке.
– Мы знаем, что ты не от фиолетовых, - сказал он, смерив меня суровым взглядом.
– Предатель!
– Я понятия не имею, почему мне это дали: я ничего никому не говорил, -
– Фиолетовые ночью утопили всех стражников, так что будь я одним из них, я был бы уже мертв.
– Потом разберемся, - отрезал мужчина.
– Сейчас важно не это. Вся вода исчезла! Есть несколько ручейков, которые то растут, то высыхают. Нам нужно добраться до других островов и помочь им освободиться от стражи, пока все снова не залило.
– Я отведу вас к фиолетовым.
Но моих усилий не потребовалось, Погодник, знающий все и вся, уже подходил к нам со всей своей свитой.
При появлении моего трехглазого приятеля лица всех синих, которые шли в первых рядах, перекосились одновременно.
– Я предводитель острова фиолетовых, меня зовут Жемчуг, - представился Погодник, гордо выпрямившись и обведя всех своим жутким пурпурным глазом.
– Мое имя Буревестник, синие выбрали меня своим предводителем, - поприветствовал его мой новый знакомый.
– Вода вокруг исчезла, мы должны добраться до других островов, пока это возможно.
– Так мы и сделаем, - кивнул Погодник.
– Вот этот доходяга нас поведет, - он пихнул меня в плечо.
– Он знает, в какой стороне находятся другие острова: ведь он приплыл с них, чтобы помочь нам действовать сообща с планом пяти других островов.
– Планом?
– Буревестник недоверчиво посмотрел на меня.
– Мы готовились к чему-то подобному, - объяснил я.
– У нас есть оружие и запасы еды. Думаю, освобождать другие острова нам не придется.
– Тогда не будем терять времени: чем раньше мы встретимся с остальными, тем лучше, - сказал Буревестник.
– Все мы нуждаемся в отдыхе.
Мне ничего не оставалось, кроме как занять место проводника. Шел я медленно, если не сказать, еле-еле волочил ноги, которые то и дело разъезжались в стороны на скользком песке. Впрочем, те, кого я вел, были ненамного быстрее. Люди, пережившие страх смерти, из последних сил не падали в грязь. Многие держались друг за друга, чтобы не свалиться, и подбадривали их только разговоры.
Фиолетовые быстро смешались с новыми знакомыми и стали делиться с ними своими впечатлениями. Разумеется, у них была своя версия произошедшего: морскую воду прогнал их храбрый предводитель, чтобы они не погибли от голода на одиноком острове. Синие слушали рассказы о могуществе Погодника с нескрываемым недоверием, но возразить им было нечего: почему вся вода вдруг ушла с Огузка, не знал никто.
Спустя полтора часа скитаний в тумане, мы, наконец, услышали голоса людей.
Я закричал, мне ответили... это были голубые.
К нам на встречу высыпала вся стая. Насколько я мог судить по первому взгляду, людей было столько же, сколько до землетрясения.
– Дельфин! Он вернулся, живой и с другими стаями!
– Дельфин вернулся!
– К нам пришли на помощь!
Крики раздавались отовсюду, люди окружали нас плотными рядами, приветствовали, как дальних родственников, наконец добравшихся в гости.