Атака мимо
Шрифт:
Но этого все равно было чрезвычайно мало для вывода «треугольника» на полную мощность. По словам компетентного специалиста из империи Нихон, один такой корабль мог действовать с полной отдачей, когда у ядра стояла полная смена из шести магов, равномерно передающих свою энергию и одновременно забирающих ее из окружающего пространства. В таком случае система работала. В ходе нашей авантюры применялся аварийный подход — быстрая зарядка и полный отдых, что не позволяло разогнать машину до экономичных скоростей.
Из-за постоянного дефицита энергии разумные чувствовали упадок духа и не блистали хорошим настроением.
— Сейчас мы летим черт знает куда, лишь за обещанием работы! Оставляя за спиной чертову Мириаду! Снова работать за копейки? Этого вы хотите? — негромко разорялся коротко стриженый гном, поглядывая то на одного, то на другого разумного.
— Генрих, ты заколебал, — негромко прорычал ему в ответ насупившийся Зерзан, — Во-первых — нас спасли. Вытащили из огромной и воняющей опасностью дыры. Во-вторых — мы свободны. Все. Прямо здесь и сейчас. Розовая сказала, что если нам не понравятся условия, то будем свободны. Что тебе еще надо?
— Ох, спасибо, вытащили нас, — саркастично и едко отозвался де Витт, — И что? Поймите, мы пролетаем мимо самой большой возможности в жизни. Почти пролетели. Мириада — это огромный архипелаг, колоссальный! Не составит труда найти удаленный остров для базы и продолжить исследования! Так, как мы планировали!
Девушка зооморф, валяющаяся на полу, гибко извернулась и улеглась так, чтобы видеть распевшегося гнома.
— Генни, ты же знаешь, что я тебя всегда поддерживала… — протянула она, но тут же прижала уши к голове и зашипела, — Только не сейчас! Приди в себя, Генни! По всему миру война, нас разыскивают, мы чудом уцелели! Нам нужно забиться в какую-нибудь щель и не отсвечивать там, пока ребята из Купели не вылезут!
— Поддерживаю Фелис, — серьезно кивнул Валериан, игнорируя бессильно-взбешенный взгляд гнома, — Вообще, даже предлагаю большее — вернуться туда, откуда началась наша череда неудач, и дождаться своих… радикальными методами. Я говорю о смертях. Если делать между каждой смертью перерывы в неделю-полторы, то они безвредны для психики. Аскальди, когда вернется, будет знать, где нас искать.
— Я за, но сначала нужно услышать, что предложат соотечественники этой Митсуруги, — вставила свои пять копеек Киллана. Высокая эльфийка даже не заметила, какой эффект произвели ее слова — спор со сварливым гномом-командиром внезапно стал совещанием о будущем… и без учета мнения этого самого гнома.
Сидя в позе лотоса, я наблюдал за тем, как краснеет и бледнеет де Витт. Знание, что творится в черепушке данного разумного, как-то уже не позволяло ему сочувствовать. Гном, когда-то просто жаждавший сменить расу, раздул свою мечту до немыслимых высот. Этому очень способствовал ворох впечатлений, полученных этой командой «деревенских жителей» — приключения, герои, магия, подземелья, даже дракон был. Все это они преодолели, чудом оставшись в живых и на чужих горбах, включая мой собственный, что оставило у бессмертного гнома определенные иллюзии. В частности о том, что если слепо верить, то все в итоге будет хорошо. Особенно если рискнуть.
Мельком взглянув на меня с надеждой и тут же ее закопав, гном предпринял еще
— Глупые, — резюмировал шаман, поднимаясь на все свои шесть ног и смешно крутя тазом… тазами, явно что-то там себе расправляя. Оглядев замолчавших разумных, эльф растопырил свои уши, становясь немного похожим на индейского вождя. Медленно покрутив головой с характерными щелчками, Егор веско проговорил, — Ты потрогал кристалл. У тебя выросло две головы. Тебе не понравилось. Ты потрогал другой кристалл. Лишняя голова отпала? Нет. Ты покрылся чешуей? Стал чувствовать вкус вместо цвета? Да. Голова осталась. Ты потрогал еще кристалл. Отпала ли чешуя и голова? Нет.
— Он прав, — кивнул я, оглядывая задумчивые лица, — Кристаллы Дикой Магии наиболее безопасны для тех, у кого мало особенностей и много приемов, но даже в таком случае запросто могут превратить вас в сухопутного осьминога с перьями.
— То есть… мы все эти годы… — начала растерянно лепетать Киллана.
— Нет, милая, мы не потратили их зря. Но рисковали стать сухопутными осьминогами, да, — Валериан совместил утешение и констатацию факта в неудобной пропорции. Эльфийка не оценила и залилась слезами.
Разговор прервался, а через пару минут корабль немного содрогнулся и замер с явным перекосом. Мы куда-то сели. Вставая с пола, я кинул взгляд на де Витта. Тот смотрел в одну точку и нервно жевал губы.
— Я этого не хотел! Вы меня вынудили! Все вы!
— Генрих, прекрати страдать дурью!
— Заткнись, Киллана! Все сделали шаг назад! Немедленно! Или я взорвусь!
Я смотрел на этот апофеоз глупости и качал головой.
Когда Ай посадила «треугольник» на малюсеньком воздушном острове и сказала, что мы оттуда спрыгнем под заклинанием, у гнома сдали нервы. Поняв, что почти потерял друзей и, оказавшись в воздухе, перестанет на что-либо влиять, «ученый» вынул из инвентаря бомбу и предложил Митсуруги ее купить. Приблизительно за один миллион золотом наличкой или… он устроит всем маленький прощальный сюрприз. Товарищи гнома всполошились и начали убеждать его прекратить заниматься глупостями и наживать врагов, но тому уже было на все начхать.
Как там мне говорил создатель этого мира? «Психика бессмертных чрезвычайно устойчива, чтобы вызвать серьезные нарушения в ней, необходимо раз за разом, день за днем раскачивать себя, давить мыслями, жить в прошлом.»
Сейчас Генрих де Витт хоронил себя, а возможно — и многие годы дружбы, одной из наиболее ценных вещей в этом мире. Он злорадствовал, извергал проклятия на головы тех, кто отказался и дальше приносить жертвы на алтарь его мечты и даже чувствовал некую эйфорию из-за того, что якобы держал ситуацию под контролем.
Это было не так. Ситуация была целиком и полностью под контролем архимага, наложившего иллюзии и частичный контроль на всех, кроме меня и Переяславы. Сейчас я стоял немного сбоку, сделав морду порастеряннее и прогнав оттуда все признаки интеллекта. Из-за невозможности видеть иллюзии, я не совсем понимал, что происходит на моих глазах, поэтому ориентировался на слух. Генрих, держа в руках кусок полена, отрывался душой на своих друзьях, пока Ай явно делала вид, что думает над его предложением. Нервно думает.