Чтение онлайн

— Что могло побудить такого человека все бросить и перебраться сюда, на край света?

— Он не говорит. Да этого и не требуется. Ностальгия. Более точно, ностальгия его жены. Она живет в Анкоридже. Он летает туда на выходные.

— Я считал, что полагается четыре полных недели отработать прежде, чем получишь выходной.

— К Броновскому это не относится, только к тем, кто работает постоянно здесь. Номинально его рабочее место здесь, но он отвечает за весь трубопровод. К примеру, если что-то случается в Вальдезе, он оказывается гораздо ближе, если находится в квартире жены, чем, если бы находился здесь. Он очень легок на подъем, наш Сэм. Владеет и сам управляет самолетом. Мы оплачиваем только топливо,

это все.

— Нельзя сказать, что он без гроша за душой.

— Не могу не согласиться. Ему нет необходимости работать, но он не может без дела. Что до денег, так он владеет контрольным пакетом своей кампании.

— Не было ли злоупотребления служебным положением?

— Как он мог злоупотребить там служебным положением, если он даже не выезжал из штата с тех пор, как приехал сюда год назад.

— Надежный парень, кажется. Такие наперечет. Дональд? — Демотт посмотрел на Маккензи.

— Да. — Маккензи взял в руки неподписанное письмо. — ФБР это видело?

— Нет, конечно. Какое отношение имеет к этому ФБР?

— Это может иметь к ним самое непосредственное отношение и очень скоро. Я знаю, что аляскинцы считают, что они отдельная нация, что здесь частное феодальное владение, и что вы относитесь к нам, несчастным, как к низшим сорока восьми, но вы являетесь, тем не менее, частью Соединенных Штатов. Когда нефть отсюда достигает Вальдеза, она транспортируется оттуда в один из штатов западного побережья. Любые перебои в поставке нефти между Прудхо-Бейем и Калифорнией рассматривались бы как противозаконное вмешательство в торговые отношения между двумя штатами, и ФБР было бы вовлечено автоматически.

— Но пока такого не произошло. Кроме того, что может сделать ФБР? Они и о себе-то не смогут позаботиться. Нам придется спасать их от замерзания до смерти уже в первые десять минут их пребывания здесь. Они смогут выжить только под крышей, и что они смогут сделать? Оккупировать наши компьютерные терминалы и основные линии связи и поднять тревогу на станциях в Прудхо-Бейе, Фэрбенксе и Вальдезе? У нас есть высококвалифицированные специалисты, способные отслеживать более трех тысяч источников тревожной информации. Приставить к этому делу фэбээровцев, все равно, что заставить слепого читать Санскрит. И внутри, и снаружи они будут только мешаться под ногами у тех, кто занят делом.

— Патрульные Аляски могли бы выжить. Я полагаю, они выживают там, где вашим собственным людям не выжить. Вы обращались к ним? Вы поставили в известность администрацию штата в Джуно?

— Нет.

— Почему?

— Они нас не любят. Разумеется, если бы была физическая угроза, беспорядки, они бы незамедлительно вмешались, но до тех пор, они предпочитают делать вид, что ничего не знают. Не могу сказать, что я их виню за это. Прежде, чем вы спросите, почему, я вам скажу. Худо ли, хорошо ли, но мы наследовали «Аляске». Они построили трубопровод и следят за ним, а мы его используем. Боюсь, здесь существует широкая серая зона неразличимости. В глазах большинства людей они были трубопроводом, а мы им стали.

Финлэйсон обдумал свои дальнейшие слова.

— Иногда «Аляску» хочется даже пожалеть. Они были жестоко ошельмованы. Нет сомнения, они несут ответственность за горы отходов и огромные издержки, но они завершили немыслимо трудную работу в немыслимо тяжелых условиях, и, более того, они уложились в срок. Лучшая строительная кампания в Северной Америке в настоящее время. Блестящие инженерные решения и блестящие инженерные кадры, но среди тех, кто отвечает за связи с общественностью, толковых мало: может они были бы на месте на Манхаттане, но не на Аляске. Их задачей было продать народу нефтепровод, а они преуспели в обращении огромной части населения в ярых противников строительства нефтепровода и самой строительной кампании.

Он покачал головой.

— Нужно

было обладать особым даром, чтобы так навредить своей кампании. Стараясь защитить доброе имя «Аляски», они не нашли ничего лучшего, чем явное сокрытие улик и ложь, что было подтверждено. Так доброе имя превратилось в сомнительную репутацию.

Финлэйсон достал из ящика пару листков и передал их Демотту и Маккензи.

— Фотокопии классического примера того, как они общались с контрактниками. Можно подумать, что навыки работы были ими получены в каком-то полицейском государстве. Прочтите это. Весьма поучительно. Становится понятно, как молва привела к тому, что нас не любят.

Двое мужчин начали читать.

«Аляска»

Дополнение № 20

Эксплуатация трубопровода. Ревизия № 1

Трубопровод и дороги. 1 апреля 1974 г.

Спецификация. Стр. 2004

В. Ни при каких обстоятельствах ни Фирма-Контрактор, ни ее служащие не сообщают об утечке или разливе нефти каким-либо государственным службам. Сообщение о таких явлениях лежит полностью на ответственности «Аляски».

Контрактор должен обязать своих служащих исполнять это постановление.

Г. В дальнейшем, ни при каких обстоятельствах ни Контрактор, ни ее персонал не должны обсуждать, сообщать или связываться любым способом со средствами массовой информации, будь то радио, телевидение, газеты или периодические издания.

Любые подобные контакты Контрактора будут рассматриваться как существенное нарушение КОНТРАКТА Контрактором. Все контакты с прессой, касающиеся выбросов и разливов нефти, осуществляются только и исключительно «Аляской». Если представители прессы вступают в контакт с Контрактором или его сотрудниками, им следует воздерживаться от каких-либо дискуссий, сообщений и взаимодействий, рекомендуя обратиться за разъяснениями в кампанию «Аляска».

Все вышеизложенное Контрактор обязан довести до сведения управляющего звена и рядовых сотрудников.

Демотт опустил листок на колени.

— И это написано американцем?

— Американцем иностранного происхождения, — сказал Маккензи. — Очевидно, прошедшим выучку у Геббельса.

— Потрясающая инструкция, — сказал Демотт. — Помалкивай и скрывай или потеряешь контракт. Не переступай черты, иначе — вон с работы. Блестящий пример американской демократии в лучшем виде. Ну и ну! — Он взглянул на лист, затем на Финлэйсона:

— Как вам удалось раздобыть это? Наверняка документ засекречен.

— Вы будете смеяться, но вы ошибаетесь. Так сказать, достояние общественности.

Редакционная статья из еженедельника «Вся Аляска» от 22 июля 1977 года. Никаких сомнений, что инструкция была засекречена. Как газете удалось ее получить, не имею представления.

— Приятно узнать, что маленькая газета не побоялась выступить против гигантской кампании, и ей это сошло с рук.

Финлэйсон достал еще одну фотокопию.

— В этой же редакционной статье содержится упоминание «ужасного отрицательного воздействия трубопровода на всех нас». Это и теперь так же верно, как тогда. Мы унаследовали это ужасное отрицательное воздействие и до сих пор страдаем от него. Такие дела. Не могу сказать, что у нас совершенно нет сторонников, или, что власти не вмешаются немедленно, если будут замечены откровенные противозаконные действия. Но, поскольку важны голоса избирателей, те, кто правит, делают это из прикрытия. Они пробуют, куда дует ветер, затем задействуют приемлемое законодательство и занимают соответствующую безопасную позицию. Что бы ни случилось, они не пойдут на конфликт с теми, кто наделяет их властью. Они не рискнут под пристальным наблюдением публики, как за ними, так и за нами, придти и подать нам руку из-за какой-то анонимной угрозы какого-то анонимного сумасшедшего.