Чтение онлайн

Август, захлебываясь собственной кровью, все же нашел в себе сил открыть глаза, но все, что ему удалось увидеть — это истекающую кровью Авелину, которая мгновение назад изо всех сил держала его на руку, но сейчас уже не подавала никаких признаков жизни. Она просто валялась у него в ногах, упершись головой в императорский трон.

Глаза новоиспеченного императора закатились, и сразу за этим прозвучало еще сорок выстрелов. Гвардейцы выстрелили во второй раз, но теперь, по какой-либо то ни было причине, они застрелили сами себя. Даже позы, в которых они рухнули на пол, были абсолютно

идентичны — они действовали как марионетки, которыми управляли со стороны. «Марионетки» — это единственное логичное объяснение произошедшему.

Кровь Авелины и Августа смешалась, образовывая под троном лужицу, которая с каждой минутой становилась все более и более массивной. Кровь от самого трона дошла до ступенек и медленно капала вниз, сливаясь в единую лужицу со всеми погибшими гвардейцами. Тронный зал превратился в настоящую кровавую баню.

Прошло некоторое время, прежде чем прибыли Винтер и Элли. Даже учитывая факт, что в своей жизни они повидали многое, такая картина вызвала у них неподдельный ужас. Но дело было даже не в обстоятельствах, которые настигли Путешественника и Принцессу в зале, а в том, что будучи вампирами, теми, кто способен восстановиться даже после самых серьезных ранений, те двое сейчас не выглядели особо живым.

— Верни нас в прошлое. — Встревоженно скомандовала Элли, направляясь к трону. — Скорее, Винтер…

— Я не могу… — глядя на сферу в своей руке, непонимающе говорил Винтер. — Моя магия… она просто не работает…

— Что значит «не работает»?! — сорвавшись на крик, спросила она через плечо. — Это не в первый раз, когда ты не можешь использовать свои чертовы способности в момент, когда они нам нужны сильнее всего!

Пока Винтер пытался понять, что происходит с его способностями, Элли прошлась прямо по останкам императора, игнорируя все вокруг, и тут же кинулась к телу Авелины. Она с ужасом глянула на ее выражение лица, застывшее между счастьем и непониманием. В прошлый раз, когда она нашла ее после попытки самоубийства, она была в более ужасающем состоянии, но сейчас Авелина совсем не дышала, и это не могло ее не беспокоить. Велика вероятность того, что пули поразили ее жизненно важные органы.

Элли взяла ее тело за плечи и приобняла, в надежде, что сейчас она вот-вот заговорит с ней и все будет хорошо. Но все признаки сейчас указывали на то, что у Авелины уже не получится восстановиться. И хоть Элли совсем не хотелось в это верить, факты говорили сами за себя. Единственное, чему в ее теле не досталось свинца — это голова.

Дотронувшись до места, где предположительно находилось сердце, Элли резко одернула руку в сторону, и с ее перчатки слетело несколько капель крови. Стало ясно, что ее сердце было так же поражено… и теперь никаких сомнений не могло быть вовсе.

— Он может быть все еще жив. — Сказал Винтер, глядя на Августа. — Мы…

— Да меня вообще не волнует этот парень! — злобно выкрикнула Элли, продолжая удерживать тело Авелины. — Это все из-за него. Если бы не он…

— Если бы не он, ты бы убила ее еще раньше. — Подметил Винтер. — Лучшее, что мы сейчас можем сделать — это попытаться помочь хотя бы ему. У него есть шанс…

— Ты считаешь, что у моего

дорогого брата все еще есть шанс? — услышали они знакомый голос рядом с собой. — А по нему и не скажешь, ха-ха-ха…

Прямо сейчас, рядом с ними находился злорадствующий Людвиг, но эти двое не могли его видеть, лишь слышать — у него даже не было призрачной формы, только голос. Не нужно быть гением, чтобы понять, что все это подстроил именно он. Людвигу удалось забраться в голову к гвардейцам, погрузить их в сон и заставить исполнить приказ.

Когда люди входят в состояние сна, они не осознают, что творят на самом деле — как раз этим он и воспользовался. Никто из них не знал, как можно сопротивляться такому.

— Мы тебя так просто не оставим. — Невозмутимо сказала Элли, все так же не отпуская Авелину. — Я разорву тебя на части, где бы ты ни находился. Я отомщу тебе за нее.

— Вы даже не знаете, где меня искать. — Злорадствуя, ответил тот. — Теперь, когда Август мертв, мне нет никакого смысла рассказывать вам…

— Авелина… — вдруг проронил полумертвый Август, о котором только что говорил Людвиг. — Где… Авелина?.. — за этими словами, он протянул руку вперед, пытаясь «нащупать» перед собой свою возлюбленную, но тут же потерял сознание.

— Удивительно, но он все еще жив. — Прокомментировал Людвиг. — Я даже не хочу его добивать… хочу увидеть его лицо, когда он узнает, что его подружка мертва.

— Он волнуется о ней не меньше, чем ты. — Дотронувшись до плеча Элли, которая мертвым взглядом уставилась в Августа, Винтер проигнорировал все сказанное Людвигом и обратился сразу к Элли. — Возможно, даже больше.

Чрез небольшую паузу, Элли наконец-то заговорила: — Я предпочту лучше увидеть, как твой брат, которого ты только что попытался убить, разорвет твою самодовольную сущность на кусочки. Потому что после смерти Авелины тебя ничего другого и не ждет.

— Ты пытаешься напугать меня, Принцесса? — вновь усмехнувшись, спросил тот.

— Нет. — Ответил за нее Винтер. — Она всего лишь предупреждает тебя о том, что тебя ждет. Если не он… — Винтер взглянул ровно на то место, откуда Людвиг сейчас наблюдал за ними. — То я сам разорву тебя собственными руками.

Людвиг испугался не столько его слов, сколько его взгляда. Сейчас глаза Винтера совсем не были похожи на человеческие — они были схожи с теми, какие некогда были у Авелины… Это были холодные глаза демона, которые увидишь не так уж и часто. По сравнению с глазами Авелины, они были не столько ужасающими, сколько… странным. Сейчас, Винтер мог бы заморозить кого-нибудь одним лишь своим взглядом, это точно.

— Я способен свести твою магию к нулю. — Сомневаясь, говорил Людвиг. — Как же ты собираешься хотя бы подобраться ко мне?

— Руками. — Не отводя взгляда, говорил Винтер. — Я разорву тебя руками, а не магией.

Поначалу, Людвиг ничего не ответил. В зале повисла тишина, и только капающая кровь давала хоть какой-то намек на то, что время вокруг не остановилось. Винтер упорно не мог понять, как Людвигу удается говорить с ними без непосредственного присутствия, но он примерно понимал, с какой стороны он за ними наблюдает. Он чувствовал его.