Чтение онлайн

— С каких пор?

— С тех пор, как мы познакомились, надо думать.

— И на сколько же это близкий друг, раз он извинился за резкость и прислал тебе цветы?

Голос звучал язвительно. От такой наглости я чуть не потеряла дар речи.

— Послушай, Дино. Это не твое дело.

— Не мое, значит? — парень выгнул бровь. — Что ж, выздоравливай, Лина! Встретимся, когда в твоей голове прояснится.

Не дав мне сказать ни слова, Дино покинул комнату. Как вихрь. Завелся, высказался и был таков. Я тяжело вздохнула. Мне уже начинало

казаться, что этот парень идеален. Но нет, как и у всех, у него были свои недостатки: он заводился с пол-оборота и был до жути ревнив.

С больничного выписали только к следующей пятнице. Я так засиделась дома! В школе меня весело встретили Келли, Дэйв и Сэм. Последний старался вести себя так, будто ничего не произошло. Хотя едва ли ему это удавалось: под глазом и на губе у парня были ссадины, как после драки, а на вопросы об этом он ржал и отвечал, что стукнулся об дверь в ванной. Дино при этом так и не появился после своего ревнивого выпада. Мне оставалось лишь гадать, что произошло.

— Что у Сэма с лицом? — шепнула я Келли, когда мы остались с ней наедине.

— Не знаю, он не говорит. В начале недели Дэйв и Сэм здорово поругались при мне, когда Сэм заявился в школу с фингалом и запекшейся кровью на губе. Дэйв до сих пор злится на его безответственность.

— Я бы тоже на его месте злилась. Через пару дней им выступать, а их фронтмен все еще выглядит, как побитая собака. Это может сказаться на их репутации. — я немного помолчала. — Как думаешь, с кем он подрался?

— Ну… Я тебе не говорила, но после того, как вы с Дино сбежали с прома, Сэм напился и заявил, что надерет Риччи задницу. Может, после этой выходки с вашей фоткой, он приступил от слов к действию?

— Проклятье! Кажется, у них взаимное стремление.

— О чем ты?

— Дино приходил ко мне в те выходные, пока я болела, и устроил сцену ревности насчет Сэма.

— Ого! С чего это он?

— Долгая история, Дино все преувеличил. С тех пор он больше не появлялся и не ответил ни на одно мое сообщение. Так что я не знаю, что происходит.

— Да уж, держись, Ли. На концерт хотя бы пойдешь?

— А что мне остается? Я же обещала поддержать ребят. К Сэму домой, скорее всего, не поеду. Состояние пока слабое после болезни.

***

В воскресенье мы с Келли приехали в Сан-Хосе на ее машине. Этот город находился в часе езды от Фримонта и был более оживленным, потому что являлся колыбелью Кремниевой долины. Вечерние улицы центра города были наполнены яркими красками.

Клуб Ritz встретил нас на углу перекрестка яркой вывеской фасада с названием выступающей сегодня ключевой группы. На входе у нас проверили билеты, удостоверения личности и напомнили, что распитие алкогольных напитков запрещено несовершеннолетним. После чего мы были пропущены в просторный главный зал.

Здесь уже

было много людей, которые столпились у сцены. Были и те, кто стоял в сторонке у бара, столики также были заполнены посетителями. Келли взяла меня за руку и повела вглубь толпы. Мы протиснулись к самой сцене. Начало, как обычно, затягивалось. Но, наконец, парни вышли на сцену и подошли к своим инструментам. Аудитория приветствовала их сдержанными аплодисментами.

Основной свет погас, фигуры парней высветило несколько прожекторов красного и фиолетового цвета — это были цвета группы. По плану ребята должны были сыграть три песни. Мне было любопытно услышать новую песню Сэма, о которой он писал, но ничего похожего в репертуаре не оказалось.

Первым делом молодая рок-группа сыграла кавер на песню популярных исполнителей, чтобы как следует разогреть публику. Затем зазвучала достаточно медленная песня, которая называлась Bandoliers. Стоя на сцене, фронтмен как обычно пребывал в своем вокальном трансе. Я вслушивалась в слова и была уверена, что Сэм поет ее мне.

“Я обманулся,

Обманулся, поверив тебе.

Ну знаешь, все эти выдуманные и приукрашенные истории,

Которые вечно рассказываешь самому себе.

Да, я эгоистичен.

Словно ребенок, не знающий слова "нет".

Я вижу, как все круто меняется, и ты

Уже никогда не найдешь дорогу ко мне.

Вот патронташ,

Чтобы сразиться со мной, дорогая.

Никто не виноват в этом расколе,

Я не могу стать тем, кем я не являюсь.

Но ты навсегда захватила мое сердце.

Так что, если ему суждено разбиться…

Готовься, целься

И стреляй,

Готовься, целься

И стреляй,

По мне, если так и должно быть…”

Все это время Сэм пел с закрытыми глазами, но когда зазвучал проигрыш, он будто очнулся, осмотрел зал и нашел меня. Последние слова он пел, глядя мне в глаза.

“Я пришел

Только чтобы сказать тебе, что

Это прощание.

Прощай,

Прощай,

Прощай.

Готовься, целься

И стреляй,

Готовься, целься

И стреляй,

Но знай, что никто не заставит меня стрелять.

Никто не заставит меня стрелять в ответ.”

Затем ребята стали играть более заводную песню Mind Eraser, которая перекликалась с названием их группы. У песни были затейливые и бунтарские слова, которые Сэм пел на пару с Дэйвом: “Все чего, я хочу это стереть свой разум. Назови мне хоть одну причину, по которой не стоит его терять. Осознание — жестокая вещь, будто обезьяна, отправленная в космос. Знай, теперь я буду твоим опасным побочным эффектом.”

Все стихи в стиле Сэма. Других у него я не слышала за все время. Но толпа вокруг наслаждалась музыкой любимого жанра, а после этой песни ребятам досталась щедрая порция рукоплесканий.