Астерион
Шрифт:
— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда я верну тебя на Крит, — произнес Харон Астериону через наушники.
— Не могу сказать, что я в восторге от этого, — ответил Астерион, переворачивая костяной кинжал в ладонях. — Я не позволю им удерживать Ариадну.
— Ах, любовь моя, это того стоит, — вздохнул Эреб, схватившись за сердце. — Я надеюсь, что она бросит тебя ради меня, когда увидит меня в бою.
— Зарежь его, если хочешь. Я позабочусь, чтобы он не умер, — предложил Танатос. Эребус только сильнее рассмеялся. Их глупые шутки успокоили Астериона, и он позволил им
— Высади нас на нижних холмах. Мы пойдем пешком, чтобы застать их врасплох, — сказал Астерион Харону, как только Гераклион показался в поле зрения.
— Ты ожидаешь, что я пропущу все веселье? — спросил Харон.
— Ты можешь вернуться, когда мы войдем, если хочешь, но не раньше. Я не хочу, чтобы они убили Ариадну, потому что попадут в засаду, — известил Астерион.
— А ты хитёр, как кирпич, Харон. Предоставь это профессионалам, — сказал Эреб, хрустнув шеей. Харон перекинул его через плечо, прежде чем они приземлились. Астерион выпрыгнул из вертолета и направился через скалистый ландшафт.
Летний воздух был все еще жарким даже ночью, и к тому времени, как они пересекли рощу сосен и кипарисов, Астерион уже вспотел. Туризм во дворец Кносса был закрыт с тех пор, как Аид вытащил Астериона из-под обломков, поэтому удивительно, что никто не сообщил о лагере, который Пифос разбил вокруг него.
— Посмотрите на всех этих придурков, — сказал Эреб рядом с ним. Титан высвободил свою силу, и темные тени у его ног образовали стаю волков. Это больше не пугало Астериона, но он надеялся, что это вселит священный страх перед богами у головорезов Пифоса.
— Сначала мы выключим прожекторы.
— Полагаю, ты все еще знаешь путь ко входу в лабиринт, — скучающим тоном сказал Танатос, когда в каждой руке появилась небольшая коса в форме Камы. Астерион чувствовал исходящую от них силу, словно от костяного ножа Аида.
Минотавр вырвался из кожи Астериона, и он крепко сжал костяной кинжал, пока все человечное не сгорело, и не осталось только чудовище ярости и насилия.
Глава 21
Ариадна сдержала вздох боли, пытаясь размять сведенные судорогой плечи. Ранее в тот день она увидела краткий проблеск солнца, когда Тесей тащил ее из камеры в холодные каменные стены лабиринта под дворцом. Ее связали грубыми веревками по всему телу, руки и ноги сцепили за спиной, так что она не могла подняться с колен. Прошло несколько часов с тех пор, как она видела кого-либо, хотя время от времени в туннелях доносились голоса.
Ариадна не знала, сколько дней она была пленницей Пифос. Ее тело было покрыто синяками, их цвет варьировался от болезненно-желтого до фиолетового, поэтому она знала, что прошла по крайней мере неделя с того момента, как ее пытали водой и вышибали из нее дерьмо. Туника, в которой она впервые проснулась, воняла кровью и мочой, и она начала думать, что, возможно, Астериона убедили отдать ее Пифос.
Она не могла винить Аида за то, что он хотел защитить своего племянника от фанатиков. Из того, что она почерпнула из обрывков разговоров, Пифос были
Ариадна снова извивалась в своих веревках, пальцы искали узел. Минос любил связывать послушниц сложными способами и оставлять их искать способ спастись или умирать от обезвоживания. Ариадна была хороша, если только она могла найти чертов узел. Выстрелы и крики эхом разнеслись по лабиринту, и ее сердцебиение участилось.
Тесей появился во главе группы мужчин, отдавая приказы и отправил их обратно тем же путем, которым они пришли.
— Выглядишь не очень, — сказала Ариадна сквозь разбитые губы. Вместо пистолета он нес меч и круглый бронзовый щит.
— Если я собираюсь убить мифического монстра, я сделаю это по старинке, — произнес Тесей, положив руку на рукоять. — А когда я закончу с Астерионом, мне понравится смотреть, что Минос сделает с тобой.
Ариадна рассмеялась, высоким безумным смехом, который она сдерживала в себе уже несколько дней.
— О, ты действительно тупой кусок дерьма. Ты слишком долго ждал, потому что хотел играть в игры, как педик. Теперь, когда Астерион идет сюда, ты действительно думаешь, что у тебя есть шанс.
— У меня есть гораздо большее, чем просто шанс, Удавка. Я тренировался для этого боя годами. Я знаю его слабости и то, как он двигается.
— И это принесет тебе много пользы, — саркастически подметила Ариадна. Тесей вышел из себя и ударил ее тыльной стороной руки, как она и предполагала. Затем она заметила, что что-то острое впивается ей в руку. Будет ли оно достаточно острым, чтобы перерезать веревку? Она замерла, когда Тесей подошел и навис над ней.
— Может, я не стану беспокоиться о передаче тебя Миносу. Может, я сам развлекусь с тобой. Найду лучшее применение твоему остроумному рту.
Ариадна не подарила ему удовольствия выглядеть испуганной. Она не боялась быть изнасилованной. Не то чтобы она не сталкивалась с подобным за последние десять лет, вынужденная заниматься сексом, чтобы получить цели в одиночку, не говоря уже обо всем, что Зера заставила ее сделать.
Тесей повернулся к туннелям и приложил руку к наушнику.
— Что там происходит? — потребовал он, и, не получив ответа, поспешил уйти.
— Тупица, — пробормотала Ариадна, ее пальцы искали и хватались за острый край чего-то в песке. Извиваясь на коленях, она начала тереть об него свои веревки.
Астерион здесь. Астерион здесь. Он пришел.
Он не позволит ей умереть в конце концов. Источник энергии и адреналина хлынул в нее, и она увеличила свои движения, пока не почувствовала, как веревка рвется и поддается. Сбросив веревки с запястий, она покрутила ноющими плечами и потерла руки, чтобы восстановить кровообращение. Из песка торчал осколок кости длиной с ее предплечье, и, вытащив его, она использовала его край, чтобы перерезать веревки вокруг лодыжек. Ариадна проигнорировала кричащие от боли конечности, когда поднялась на ноги. Будь она проклята, если позволит Астериону получить все веселье.