Астерион
Шрифт:
— Твой контракт не выполнен. Ты не получишь от нас ни единой драхмы. ем тебе бежать, Удавка. Минотавр не славится своим прощением. — Линия оборвалась, и Ариадна швырнула телефон в стену, стекло и металл разлетелись на осколки. Затем она схватила свой рюкзак, засунула в него банку с прахом Лии и побежала, спасая свою жизнь.
Глава 8
Время не имело значения внутри Лабиринта. Туннели пахли камнем, кровью и гниющей плотью. Единственным светом, который когда-либо достигал
Астерион все еще чувствовал тьму, эту бесконечную полуночную яму, которая была всей его жизнью. Земля дрожала, и он думал, что наконец его агония закончится, что дворец над ним рухнет. Но этого не произошло. Дворец развалился и запечатал двери в Лабиринт, оставленный забытым миром наверху.
Будучи существом, рожденным магией, Астерион не умер, запертый глубоко во тьме. Он терпел, пока однажды Владыка Подземного мира не нашел его в утробе земли и не вывел на свет. Эти бледные, серебряные глаза Владыки Смерти смотрели на него теперь с тем же выражением, черные брови были нахмурены, как крылья сердитых воронов.
— Вставай, Астерион. Ты не умрешь сегодня, — приказал Аид.
— Что… — Астерион поморщился, коснувшись острой боли в горле.
— Кто-то пытался убить тебя. Прекрасная женщина, если верить твоему телохранителю. — Аид откинулся на спинку стула; его черный костюм был безупречен даже в столь поздний час.
— Кассандра, — ответил Астерион и попытался сесть. — Я умер?
— Почти. Вин позвонил мне, когда не смог тебя разбудить. Умный парень.
— Напомни мне дать ему прибавку. — Астерион снова потер шею, и черный мех и рога растворились, приняв человеческую форму.
— Тебе повезло, что Танатос был в этой части города. Иначе я бы готовился сейчас сжечь твое тело. Стоит ли мне беспокоиться о том, что самое сильное существо, которое я когда-либо знал, едва не погибло от руки женщины? Не думаю, что ты знаешь причину? — спросил Аид.
— Нет, но я не думаю, что это было личное. — Он медленно возвращался к ней. Выражение ее лица, когда она вышла из ванной. Страх и сожаление в ее глазах. «Я не хочу этого делать, но у меня больше нет выбора».
— Убийство? Я думал, что никто не будет настолько глуп, чтобы попытаться после стольких лет.
— Я тоже. Она была профессионалом. Сначала накачала меня наркотиками, чтобы я не смог ее остановить.
Аид задумчиво сложил пальцы домиком.
— Знаешь, в Стиксе есть только один человек, который держал бы такого профессионала.
— Ты ведь не думаешь, что за этим стоит Минос?
— Он жадный маленький червь, Астерион. Если бы кто-то предложил ему достаточно денег, он был бы готов рискнуть жизнью одной из своих драгоценных жриц, чтобы сделать эту работу. И не любой жрицы. Удушение — это метод его любимицы.
Астерион порылся в памяти. Он предпочитал делать свою грязную работу сам, но Минос был игроком в Стиксе, так что их пути пересекались. Он даже посещал ночь Лабиринта, и хотя он не делал никаких ставок, он был заинтересован
— Удавка. Черт, они, должно быть, заплатили Миносу золотую жилу, чтобы убедить его отпустить ее, — произнес Астерион. Ярость, разочарование и смятение пронзили его.
— Она, должно быть, необыкновенная, раз смогла обмануть тебя, — прокомментировал Аид, читая его слишком легко.
— Так и было. Маленькая шалунья хорошо меня зацепила. — Астерион не был слишком горд, чтобы признать это, хотя он чувствовал, что получил пинка под зад в своей жизни. Он должен был понять, что она слишком хороша, чтобы быть правдой.
— Не смотри так мрачно. Убийца питает к тебе слабость.
— Она душила меня до чертиков. Не думаю, что это можно считать слабостью.
— Она переспала с тобой в первую очередь, хотя это было и не нужно. Кроме того, ее задание, должно быть, расстроило ее, потому что я чувствую отголоски ее горя в ванной.
Астерион провел рукой по волосам.
— Она сказала, что у нее нет выбора.
— Минос держит своих жриц на коротком поводке. Если он был готов пожертвовать Удавкой, чтобы увидеть тебя мертвым, он достаточно запугал ее, чтобы она пошла на это. Я следил за ее карьерой. Она не совершает таких ошибок. — Аид поднялся на ноги и застегнул пиджак. — Ты хочешь, чтобы этим занялся я или кто-то из тройняшек?
Тройняшки — это Танатос, Харон и Эребус, были бы слишком заметны и, скорее всего, отпугнули бы не только его потенциальную убийцу, но и того, кто ее нанял.
— Нет, пока держи в стороне ближний круг. Я не хочу, чтобы они привлекали лишнее внимание. Я узнаю, кто заключил контракт, и заставлю их пожалеть об этом. Может, сообщу Медузе, если они нацелились на наш Двор. — Было сложно, но ему удалось встать на ноги и поклониться. — Спасибо, Аид. Пожалуйста, дай Танатосу знать, что я должен ему услугу. Ублюдку это понравится.
— Я защищаю своих. Ты же знаешь. Сообщи мне о любом прогрессе, племянник, — сказал Аид, а затем просто ушел.
Астерион сел на кровать, не в силах выпрямиться. Его обвели вокруг пальца, как какого-то похотливого подростка, влюбленного в симпатичную девушку. В носу у него защипал знакомый ему запах. Отодвинув простыню, он обнаружил каплю крови там, где она упала. Он наклонился над ней и вдохнул женский парфюм, секс и уникальный аромат, который источала ее кровь. Рычание раненого, разъяренного существа пронеслось сквозь Астериона.
— Я иду за тобой, Удавка.
***
Храм привык, что самые богатые люди Греции ходят по его отполированным залам, но когда Астерион и его два телохранителя прибыли четыре часа спустя, даже полностью обученные убийцы скрылись в тенях. Минос Каррос удивленно обернулся и побледнел, когда они заполнили дверной проем его кабинета.
— Мистер Дис, это неожиданный сюрприз, — сказал Минос.
— Почему? Потому что вы послали свою прекрасную жрицу убить меня прошлой ночью? — потребовал Астерион.