Ассистентка
Шрифт:
На верёвочке болтался осколок янтаря, внутри которого находился коготь животного, которое когда-то было размером, наверное, с крупную собаку. Вещь выглядела эффектно, но и тревожно. Словно кто-то увяз лапой в древней смоле. Саму лапу вырвал, но часть осталась навсегда. Если посмотреть на свет, то даже была видна полоса-царапина.
— Что это?
— Если события пойдут не плану, то эта вещица на некоторое время создаст вокруг тебя дымку-пелену, и ты сможешь уйти незаметной. И да, кстати, ты умеешь водить?
— Ты имеешь в виду вообще или твою машину?
— Вообще…
— У меня есть права. Но с
— Отлично! В случае форс-мажора сработает мышечная память, и всё будет в норме. Я займу столик, ближе к лесу. Вон тот, стоящий чуть в отдаление от других. А ты с клеткой будешь сидеть около калины. Сейчас еще листьев много, тебя будет не видно. Как только я громко произнесу фразу «это наш последний аргумент», скидывай покрывало, открывай дверцу, а сама сиди. Только в случай опасности беги в машину и уезжай. За меня не волнуйся и не жди. Но на девяносто девять процентов я уверен, что всё будет хорошо.
— Да уж, успокоил!
Дальнейшие события развивались по плану Кристовского. Я тихонько сидела в кустах, опасаясь заглядывать под покрывало. Сам же он занял место за столом, заказал стакан воды, к которому не притронулся, и закурил. Кстати, это был первый случай, когда я видела, как мой босс курит.
Очень скоро как по команде с двух сторон практически одновременно явились два кортежа. Из одного из них появился уже знакомый мне мужчина. Его молодчики достали из багажника кресло на колёсах и помогли ему сесть на него. Дальше он двигался сам. Несмотря на уязвимость его физического состояния, авторитет не выглядел сломленным. На поясах его парней я заметила оружие.
Встреча обретала серьезный оборот. Я интуитивно сжала в ладони янтарь. Признаюсь, не особо уверенная, что он убережет меня от случайно пули.
Из другой машины также выпрыгнули бравые ребята. Они были подчеркнуто веселы. Но, признаюсь, мне их шутовской настрой показался несколько истеричным. У них были стрижки и идеальные укладки волос и бород будто бы они на «стрелку» явились прямиком с барбер-шопа. Мне не сразу удалось понять, кто из них главный. Видимо, пафосный мужик в белом костюме, судя по крою над ним трудился какой-то итальянский кутюрье.
О чем шла беседа за столом, я не слышала. Но по мимике могла догадаться, что стороны пересыпают друг друга угрозами. От былого бахвальства не осталось и следа. Теперь брови у всех были сдвинутыми, а руки готовыми в любую секунду схватиться за оружие. У меня внутри всё потяжелело, тревога свинцом скапливалась внизу живота. Нет, такие вещи проще по телевизору смотреть. В конце концов предводитель молодежи вскочил на ноги и схватил нашего заказчика за грудки. Конечно, же его охрана тут же поднялась, грубо сбрасывая его руки и выкидывая вперёд пистолеты.
Раздался громкий хлопок, давший старт перестрелки. Кто-то кинулся на землю, другие стали уводить своих главарей к машинам, откуда уже высыпалась подмога. В эту секунду Кристовский крикнул кодовые слова, которые практически утонули в общем гвалте. Мне скорее удалось разобрать их по губам, чем расслышать. Я скинула плед и, не глядя, дернула задвижку на клетке. Толкая друг друга, оттуда вырвались страшные создания. Они были раза в три крупнее, чем их собратья. Кожистые крылья были неровно покрыты
Естественно чуваки мгновенно начали отстреливаться, в надежде ранить бешеных монстров. Но бестии были неуязвимы к пулям, удары лишь злили тварей, и те мгновенно бросались на тех, кто нажимал на курок.
Бойцы пытались защитить своего вожака, охватив его в плотное кольцо, но валились как подкошенные, не достигнув машины. Мгновенно превращаясь из бравых молодчиков в падаль. Часть хаотично летающих пуль попадали в парней Герцога. Но на них стрыги не набрасывались. Те, которые были лишь ранены, с помощью товарищей пытались добраться до своих машин. Двое — бездыханными телами остались в ресторанном дворике. Вдруг Василий Силантьевич хрипло застонал, подтянулся на руках и рванул со своего кресла. Больные ноги не выдержали — подвели. Он рухнул на колени. Кристовский мгновенно бросился к нему, подхватывая мужчину, на глазах ставшим слабым стариком, под руки.
— Олег! — не своим голосом закричал Герцог.
Я поняла, что третий умерший у меня на глазах от хаотично срикошетившей пули парнишка был для него важен.
— Убью! — он выхватил из потайного кармана небольшой револьвер и начал стрелять во все стороны.
Бросив клетку и сжимая в ладонях амулет, в силу которого от страха и бессилия я была вынуждена поверить всей душой, я через кусты, вокруг ресторана побежала к парковке. Кристовский же грубовато заломав Герцогу руку, выхватил у него оружие. Краем глаза заметила, что черные крылатые твари уже рвали белый костюм франта, выдирая вместе с тканью кишки и внутренности уже переставшего дышать мужчины. Битва была окончена. Она была выиграна. Но ни одна из сторон не наслаждалась триумфом.
— Варя, — крикнул Глеб.
Обернувшись, покинула своё убежища, устремляясь на голос шефа.
— Помоги мне! Держи Василия Силантьевича. Ребята, грузите тело ко мне, — раздавал Кристовский команды.
Герцог молчал. Я подошла к нему. На меня смотрели прозрачные голубые глаза. В них не было слёз. Они видели много зла. Они знали, что такое смерть. Они впервые познали, что такое горе.
— Глеб, поможет, — произнесла я обещание, которое зависело не от меня.
Тело действительно уже лежало в машине. Два амбала подхватили, практически на руках посади его в машину.
— Сделай, что можешь. Плачу любые деньги, — шёркнул губами вор в законе.
— Это не вопрос денег. Это вопрос цены, — медленно сказал Глеб.
— Я готов. Жизнь стоит жизнь.
— Забирай всё это мясо! — обреченно махнул он на тела.
— Оно не стоит ничего, — страшная правда холодом пробиралась мне под кожу, я еще не могла её сформулировать, но Глеб однозначно намекал на то, что было страшно даже произнести.
— Я готов на всё! Что ты хочешь.
Глеб лишь кивнул в сторону одного из молодчиков и добавил.