Чтение онлайн

Ждать пришлось недолго — через минуту на лестнице раздался шорох крадущихся шагов. Через несколько секунд противник поднимется на лестничную площадку и увидит застывшего у стены Анисимова. Игорь сосредоточился, полностью положившись на свои рефлексы, и тут же уловил биение сердца своего врага. Борясь с нахлынувшим страхом, противник продолжал медленно подниматься. Решение пришло мгновенно — сунув руку в карман, Анисимов достал зажигалку и, дождавшись, когда краешек тени вползет на лестничную площадку, сделав шаг вперед, швырнул ее в лицо врагу. Приподняв руку с оружием, неизвестный

растерянно попытался отмахнуться от брошенного предмета, теряя драгоценные мгновения. Вскинув пистолет, Анисимов дважды нажал на курок. Первая пуля пробила неизвестному горло. Кровь мгновенно залила лестницу и стены. Вторая пуля, войдя в грудь, опрокинула его на спину. Пистолет выпал из ладони и, звонко постукивая, отлетел в угол.

Подскочив к умирающему, Анисимов схватил его за плечи и крикнул свистящим шепотом в лицо:

— Кто тебя послал?! Кто?!

Раненый широко открытыми глазами смотрел на склонившееся над ним лицо. Из уголков рта стекали струйки крови. Он что-то попытался сказать, но кровавые пузыри беззвучно лопались на его губах. Напрягаясь, он что-то силился сказать, но в следующее мгновение тело его напряглось, он выгнулся дугой и тут же обмяк. Правая его рука вцепилась в руку Анисимова. Его хватка была такой крепкой, будто вся его сила ушла в пальцы.

Очередную опасность Анисимов скорее почувствовал кожей, чем услышал. Он молниеносно развернулся и трижды выстрелил вниз. Не попал. Но противника ошеломил и сбил с толку. Услышал, как кто-то бросился вниз, дважды пальнув в ответ.

Прыгая через несколько ступенек, Анисимов выбежал из подъезда. Он успел увидеть, как захлопнулась дверца «Фольксвагена», стоявшего в стороне от подъезда. Зло скрипнув резиной, машина выехала со двора и скрылась за углом.

Анисимов опустил пистолет. Веселенький денечек получился, ничего не скажешь. Из окон, приоткрыв занавески, опасливо подсматривали жильцы. Фуражка лежала в нескольких шагах от него — он даже не помнил, в какой именно момент она слетела с макушки.

Он поднял фуражку и напялил ее на голову, спрятав под тенью козырька лицо. Через несколько минут во дворе появится милиция. Пора уходить.

Зная, что из окон за ним наблюдают с десяток внимательных глаз, Анисимов неторопливо направился к машине и выехал со двора, по-прежнему не включая габариты.

Полковник Мигунов выглядел значительно моложе своих сорока пяти лет. Черные густые волосы он зачесывал назад, обнажая выпуклый, без единой морщины лоб. Его верхнюю губу надвое разрезала глубокая складка, придававшая его облику дополнительный шарм. На четко обозначенном подбородке выделялась глубокая ямочка. Своей внешностью он больше напоминал слегка престарелого херувима, чем полковника милиции. Правда, в его благостность мешали поверить глаза, как правило смотревшие на собеседника прямо и предельно жестко.

Врать такому взору было небезопасно. Казалось, что его взгляд, подобно сильному лазеру, проникает во все закоулки подсознания,

выведывая самое потаенное.

— Что-то я тебя не совсем понимаю… Ты говоришь, что там должен быть труп.

— Он был мертв… Неужели ты думаешь, что я не отличу живого человека от покойника? Я стрелял в него дважды, одна пуля попала в шею, а другая в грудь. Из него кровища хлестала, как из кабана…

— А не много ли ты стрелял? — перебил Анисимова Мигунов.

Тот не смутился:

— Это была чистейшая оборона. Не выстрели я первым, так мы бы сейчас не разговаривали.

Мигунов только отмахнулся:

— Да верю я тебе… Чего уж там… О твоей реакции легенды ходят. Но дело разве только в этом? Ты мне скажи: куда подевался труп? Может, он был просто ранен и ушел самостоятельно? Знаешь, каких только чудес не бывает!

— Какой мне резон наговаривать на себя? Мне легче было бы согласиться с вами и сказать, что ничего такого не было и я никого не застрелил. Но то-то и оно, что труп был! Больших мертвяков, чем этот, я в жизни своей никогда не видел!

Мигунов слегка приподнял руки, что придало ему еще большее сходство с херувимом — вот сейчас тряхнет рукавами и воспарит к самому потолку.

— Ты только не горячись, — предупредил Мигунов. — Давай разберемся со всем этим делом без паники. Мы ведь не меньше твоего желаем разобраться.

— Разве я усомнился в этом?

— Но ты меня тоже пойми правильно, приходишь ко мне и заявляешь, что замочил какого-то преступника, который пытался тебя застрелить. Мы высылаем туда оперативную группу, а там никого нет.

— А соседей-то расспрашивали?

— Спрашивали! Но никто из них ничего вразумительного ответить не может. Говорит, что действительно была пальба, но никаких трупов никто не видел.

— А как же отметки от пуль?

— Вот отметки от пуль были, — охотно согласился полковник. — Но представляешь, какая тут штука, — расхохотался он, — пуль не обнаружено! А само по себе это не доказательство. Стрельба могла быть и год назад. Не за что даже зацепиться.

— Но ведь должна же быть кровь!

— Ее тоже не было.

— Как скоро подъехал наряд милиции? Ведь наверняка их вызвали жильцы!

Губы Мигунова скривились в неприятной усмешке, обозначив крохотный шрам на нижней губе — видно, и в раю попадаются черти с когтями.

— Нам они тоже говорили, что вызывали милицию. Но, самое странное, так никто и не подъехал. Произошла какая-то путаница.

— Это не случайно, я думаю, что все это было спланировано! — горячо сказал Анисимов.

— Но зато подъехала наша оперативная группа.

Анисимов посуровел — все походило на какой-то глуповатый розыгрыш, не будь в финале трупа.

— Более того, мы все тщательно перепроверили. Оперативная группа разъехалась по моргам, были осмотрены все неопознанные трупы. И среди них не оказалось ни одного, который хотя бы отдаленно подходил под твое описание.

— Может, его уже успели где-то зарыть?

Длинные пальцы херувима выбили на столе рваную дробь, выражая, видимо, крайнюю задумчивость. Откинув полноватое тело на высокую спинку стула, Мигунов медленно заговорил: