Чтение онлайн

Растянувшись в презрительной ухмылке, Астарот увел взгляд в сторону, оценивая правый фланг, где построилась кавалерия Преисподней. Элитные войска падших, как их величали небожители. Более чем половину из них составляли сильные демоны, образуя огромный стальной кулак, который опять-таки с тыла прикрывали несколько десятков магов. Командовал всем этим величием Мамон. Еще один напыщенный павлин, явившийся на битву, словно на парадный смотр войск. Шелка, меха, перья и блеск злата — вычурное убожество, неуместное на поле боя.

Авангард собирался слева и на глаза Астароту попался лазурный стяг с черным морским змеем, свернувшимся в кольцо. Под ним, восседая на морском

чудовище, с выражением глубокого презрения на лице, сидел Левиафан. В отличие от Вельзевула и Мамона, рыцарь не был окружен лучезарным величием. Тусклая сталь его кирасы была покрыта щербинам и небольшими вмятинами, оставшимися от прошлых сражений, а плащ цвета морской волны, стянутый серебряной фибулой на шее, был обернут вокруг плеч, чтобы не стеснять движений во время боя. Одними лишь жестами он указывал своим войскам их места, подчиняя свору мелких демонов одним лишь взглядом.

Астарот проводил глазами своего боевого товарища, который несколько раз проскакал вдоль линии построения, разглядывая первые ряды его войска. Да, что и говорить — отбросы. Даже на дальних рубежах сложно было найти столь жалких созданий. В основном это были бесы и черти, лишенные всяких привилегий, порабощенные и, видимо, даже толком не понимавшие того, что сейчас произойдет. В общем, жалкая пародия на войска, которую раскатают под орех. Но разве не на этого они и хотели?

«Ауууууу» — пропел боевой горн войск Асмодея, «Ауууу» — ответили ему трубы Вельзевула, и войска, словно две стены двинулись навстречу друг другу. Но где же был сам Асмодей? Где скрывался Абаддон, магия которого вселила панику в слабые души.

Горны затихли, и воздух над ристалищем пронзил свистящий звук. Маги сделали свой первый залп, засыпая войско неприятеля заклинаниями, молниями и фонтанами огня. Земля содрогнулась под их натиском, разверзнув свои недра, из которых стала подниматься лава. Войска Асмодея с боевым кличем перешли на бег, но их магические щиты не могли выдержать даже половины ударов. Заклинания сыпались на них сотнями, нет — тысячами, воодушевленный боевой клич обратился в испуганные вопли, демоны спотыкались и падали в пылающие трещины. И их навсегда поглощало пламя их породившее.

И тут в очередной раз, заглушив нестройную какофонию криков и стонов, сигнал к наступлению пропели трубы. Левиафан, занеся над головой огромную секиру, зашелся призывным кличем, и тысячи голосов присоединились к нему. Авангард рванулся вперед. Встречая их, копьеносцы врага выстроились полумесяцем, образовав тройной ряд пик, со стороны напоминающий стальную щетину дикобраза.

Левиафан, подчинившись какой-то слепой ярости, первым решил взять эту преграду, буквально прошибая демонской строй. Однако половина кошмаров, встретившись с отравленными копьями, попятились назад в последнее мгновение, остановив тех, кто бежал за ними. Некоторые из них погибали, когда копья распарывали их плоть, другие увязнув в пехоте, как в болоте, умирали в давке. Это было настоящее кровавое месиво, в котором магия и оружие то и дело сталкивались в жестоком противостоянии.

Ворвавшись в самую гущу сражения, змей Левиафана, буквально давил воинов, пока кто-то не вонзил в него отравленный меч. Обезумев от боли, зверь рванулся вперед. Копья и мечи пронзали его со всех сторон. Черная, пенящаяся кровь хлынула из его ран, разливаясь под ногами воинов кислотной топью, и стена щитов развалилась под его весом. Демоны отшатнулись, опасаясь предсмертных судорог монстра, который обливаясь кровью, корчился в последней агонии, точно уж на сковороде. Однако сам Левиафан, поднялся целым и невредимым, отбрасывая магическим

ударом окруживших его воинов.

— За мной! — прокричал один из командиров армии Вельзевула. — За победу!

— За свободу! — взревели в ответ сторонники Асмодея, которые тщетно пытались найти предводителя в своих рядах.

Изгородь рушилась, войска Асмодея отступали под натиском кавалерии кошмаров. Аластор, вырвавшись вперед, в самое сердце сражения, с лихвой компенсировал отсутствие магического дарования доблестью и силой. Астарот видел, как подручный Асмодея сразил всадника ударом в грудь, когда тот попытался вырваться вперед; копье пронзило его кирасу, его чешуйчатую кожу, его мышцы, вскрыв легкое. Демон умер почти сразу, но копье застряло в его груди, а Аластор, будто не замечая этого, вынул из-за пояса небольшой стилет, вскрыв горло новой жертве; правой рукой удерживала на весу останки своего «брата». Наконец, мертвец сполз с древка и утонув в груде тел, а демон отправился дальше.

Это было истинное безумие, то и дело с разных сторон на воинов обрушивались магические удары, некоторые маги успевали отклонить, другие же ударяли в самую цель, разя и своих, и чужих. С востока воинов пыталась захлестнуть стихия рек, вмораживая сражающихся в ледяные глыбы, с юга их теснила стена зеленого огня, но истинная паника на поле боя возникла в тот момент, когда кто-то из высших демонов обрушил на головы «несчастных» метеоритный дождь. Астарот едва успел отвести от себя удар, со злостью оглядывая потери в собственных рядах. Да, столь сильное заклинание мог наслать лишь тот, кто давно смирился со своей участью, кому нечего было терять, и он желал уйти в пустоту, забрав с собой как можно больше жизней. В рядах Вельзевула таких фанатиков явно не было. Левый фланг был почти полностью уничтожен, лишь вдалеке лазурным пятном в огне все еще мелькало знамя Левиафана то падая, то поднимаясь вновь.

— За мной! — обнажив свой меч, скомандовал Астарот, пустив цербера, с клыков коего в предчувствии крови уже стекала пенная слюна.

— Ну, где же ты, Асмодей?! — ревел за его спиной Вельзевул, кружа над полем боя, как жадный стервятник. — Трус! Покажись!

Но воины, объятые безумием и желанием спасти собственную шкуру, уже не слышали его. Сейчас единственный голос, что имел для них значение, был голос интуиции. Клин Астарота, пусть и поздно, но все же пришедшего на помощь своему товарищу, окончательно расколол вражеский строй. Демон крушил и насылал проклятия, на ходу срубая головы и обращая в бегство тех, кто не кто пытался оказать ему сопротивление, однако раздавшийся у самой реки взрыв, поднявшийся стеной огня, заставил его оглянуться.

— Фуражи! — вскричал он, — они подожгли сосуды с душами!

Демоны на мгновение растерялись, наблюдая за тем, как черная тень дракона, который то появлялся, то исчезал, освещенный всполохами молний, пользуясь тем, что основные боевые действия шли у реки, нанес удар в спину.

Астарот повернул цербера, которого проблемы уничтожения продовольственных запасов, судя по всему, не интересовали вовсе, животина в три головы рвала своих жертв. Пользуясь суматохой и замешательством, Аластор совершил дерзкий выпад. В то мгновение правый локоть Астарота взорвался от боли, остриё вражеского копья пронзило тонкий металл возле сустава. Судорога свела все тело, меч выпал из его руки. Демон было потянулся, чтобы его поднять, но враг нацелился для второго удара. Мерзкий хруст предшествовал его падению. Налетев на щит, древко копья рассыпалось в щепки, а острие вонзилось в лапу цербера. Встав на дыбы, пес повалился на бок, погребая всадника под своим весом.