Ашер Блэк, Хантингтон Паркер С.

Ашер Блэк

на обложку

Хантингтон Паркер С.

Шрифт:

И самое главное — он мой.

ЭПИЛОГ

Деревянный пол холодеет под моими босыми ногами, когда я направляюсь к кабинету Ашера. Я не включаю свет, мне не нужен свет, чтобы вести меня по дому, который я уже знаю как свои пять пальцев. Черт, это единственный настоящий дом, который я когда-либо знала.

Когда я открываю дверь в кабинет Ашера, мое

тело дрожит, и я удивляюсь, что мои ноги не посинели.

Ашер смотрит на меня со своего стола, улыбается своей улыбкой, от которой спадают трусики, и осматривает мое тело с ног до головы. Когда его взгляд останавливается на моих замерзших ногах, он с самоуверенной ухмылкой спрашивает:

— Холодные ноги?

— Ха. Ха, — отвечаю я. — Я могу сказать то же самое о тебе. — Я пробираюсь к нему, смотрю на часы на стене и сажусь на край его стола, прижимаясь к нему всем телом. — Сейчас три часа утра в день нашей свадьбы, а ты встал на пять часов раньше. Это та часть, когда будущая невеста должна волноваться?

— Просто прорабатываю логистику. — Он машет рукой в сторону лежащего рядом со мной листа бумаги, на котором сверху шрифтом Times New Roman напечатаны слова "Свадебная охрана", и протягивает мне свой стакан с газированной водой. Он вскидывает бровь, когда я беру стакан и ставлю его рядом с собой, так и не отпив из него.

Я смеюсь, не в силах сдержаться. Около месяца назад Эйми напомнила мне о нашем разговоре в тот день, когда Ашер впервые навестил меня в кампусе. Мы шутили о нашей с Ашером свадьбе, только тогда мы говорили, что меня застрелят и отравят.

Я не думала, что случится что-то из этого, но не думала и о том, что на меня могут напасть, а это случилось. Поэтому я начала принимать меры предосторожности: оставила охрану свадьбы на Ашера и ела и пила только то, что готовила сама.

Мне казалось, что я хитрю, но, очевидно, это было не так, потому что все закончилось тем, что Ашер вступил со мной в перепалку и пригрозил лишить меня оргазма в будущем, пока я, наконец, не признаюсь в своих страхах.

Я не продержалась и суток.

Я переставляю себя так, чтобы оказаться в центре стола, между ног Ашера.

— Ты ведь понимаешь, что я просто пошутила? На самом деле я не думаю, что ты или кто-то другой отравит меня. — По правде говоря, я просто хочу этого — его, нас — так сильно, что готова сделать все, чтобы

это произошло. — Я просто… я не хотела рисковать, чтобы между нами что-то было.

У меня перехватывает дыхание, когда его пальцы касаются моего бедра, оставляя дразнящую дорожку вниз, пока его пальцы не достигают моей ноги. Он берет ее и кладет к себе на колени, растирая между ладонями, пока тепло его тела не переходит на мои холодные пальцы.

Закончив с правой ногой, он меняет ее на левую, повторяя предыдущие движения и не сводя с меня глаз.

— Я никогда не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, Люси. Мы можем оказаться на разных концах света через восемьдесят лет, развестись и злиться друг на друга до усрачки, а я все равно не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Потому что ты моя. И всегда будешь моей.

— А ты?

Он тянет меня за ногу, пока я не сползаю со стола к нему на колени, и наши лица оказываются на расстоянии едва ли одного дюйма друг от друга.

— Я всегда был твоим, Люси.

Я вздыхаю, прижимаясь к его телу и упираясь подбородком в его плечо.

— Знаешь, ты только что нарисовал наше будущее, в котором мы 1) физически разделены, 2) разведены и 3) до смерти злы друг на друга. И это в день нашей свадьбы, не меньше. Ты уверен, что скажешь "да" сегодня?

— Да, Умная Задница. — Он откидывается назад, заставляя меня смотреть ему в глаза, потому что я не могу этого не делать. Ашер — это все, и пытаться отвести от него взгляд — все равно что пытаться избежать смерти. Или налогов. Чертовски невозможно. — Но даже если у нас не будет сегодняшнего дня, если у нас не будет этой свадьбы, ты все равно останешься женщиной, с которой я проведу остаток своей жизни. Нам не нужно жениться, чтобы подтвердить это. Возможность называть тебя миссис Блэк — это просто бонус.

— Я знаю, но чтобы ты знал, Ашер Аарон Блэк, это так. Через восемьдесят лет — да. Через весь мир от тебя — да. Злюсь на тебя до усрачки — да. И так миллион раз.