Чтение онлайн

Стоявший у входа охранник при виде Селесты тоже насторожился. Он не знал, кем является девушка, какие у нее дела с хозяином, только несколько раз видел, как они встречались. Причем Факасий демонстрировал уважение и даже некоторую опаску перед невысокой пигалицей, стелился перед ней, словно перед важной шишкой из числа благородных. Но и внутрь ее пускать боец не собирался. Причина, по которой Святейший сегодня задержался в борделе, было не то, чтобы редкой, просто посторонним видеть ее не следовало.

– Простите, госпожа - охранник предусмотрительно поклонился, предварительно

жестом отослав провожатого.
– Хозяин сейчас немного занят. Не могли бы вы подождать?

Из-за плотно прикрытой двери, неслышимые человеческим ухом, доносились голоса. Первый, громкий и визгливый, что-то недовольно выговаривал. Ответная речь толстяка журчала знакомой гладкой скороговоркой. В воздухе витали флюиды боли, возбуждения, отчаяния, сильно пахло кровью, потом и человеческим семенем. Селеста слегка фыркнула:

– Действительно, входить внутрь мне не хочется. Я подожду здесь - она кивнула на еще одну дверь, ближе к выходу.
– Когда это ничтожество уберется, позовите Факасия сюда.

– Госпожа, сюда...

Предупреждение мужчины запоздало, Селеста уже открыла дверь.

– ... не стоит входить.

Восставшая хищно раздула ноздри, вдыхая знакомый, но ничуть не менее желанный запах крови. Судя по разложенным вдоль стен предметам и приспособлениям, комната использовалась под пыточную камеру. Совсем недавно использовалась. Аромат страха густо пропитал атмосферу, и сидящий внутри упырицы демон инстинктивно потянулся наружу. Единственным источником пищи поблизости оказался нервно переминавшийся за спиной мужчина. Селеста прикрыла глаза, усилием воли успокаиваясь.

– Чего-то в этом духе я и ожидала.
– Осмотрев камеру еще раз, она заметила распластанное по лавке обнаженное тело.
– А это кто?

– Эээ... работник.

Натянув на лицо тряпичную маску, девушка приблизилась к истерзанной жертве. Жестокая жизнь подготовила ее к разным зрелищам, но такое... Ногти на правой руке содраны, кожа обожжена и собралась складками. Спина исхлестана, ее покрыла корка спекшейся крови, самые глубокие раны приходились на ягодицы. Строение тела указывало на мужской пол раненого, хотя девушка не была уверена - паховая область скрывалась испачканными смесью крови и дерьма бедрами. Нет, все-таки мужчина. Хуже всего пришлось лицу, неизвестный палач над ним хорошо потрудился. Из-за распухших губ торчали осколки зубов, сломанный нос превратился в смятую лепешку, глаза... Глаз не было.

– Что здесь произошло?

Возвышавшийся на две головы над девушкой мужчина внезапно почувствовал бегущую по спине струйку пота.

– Клиент увлекся - он облизал пересохшие губы.
– Госпожа.

Селеста помолчала, давя ярость. Нельзя. Ничего сделать уже нельзя.

– Оставь меня. Быстро.

Охранник почел за лучшее немедленно выполнить приказ.

Упырица присела рядом с телом. Как ни странно, сердце еще билось, из чуть приоткрытого рта время от времени доносилось всхлипывающее дыхание. В груди зашевелилась полузабытое чувство, жалость. И эти люди считают таких, как она, чудовищами? Да, ей действительно хочется прильнуть к кровоточащим ранам и

утолить жажду, инстинкты требуют своего. Но никогда, даже в самые худшие дни, она не поступала с пойманной добычей настолько жестоко!

Что делать? Что теперь вообще можно сделать? Без глаз парень не жилец, о калеках сейчас редко заботятся. Молодой организм еще может справиться с ранами, болевым шоком, шансы вытянуть у него есть. Только стоит ли? Жизнь в аду, существование на жалкие подачки и непрерывная, постоянная боль - вот его участь.

Селеста чиркнула когтем по запястью, срывая тугую повязку, торопливо отошла к двери. Питаться от этого юноши она не станет. Он умрет, не приходя в сознание, и это самая большая милость, какую она только может ему оказать. Потом, стараясь не обращать внимания на стук падающих с руки на пол густых бордовых капель, она подошла поближе к двери.

Человек, ругавшийся с Факасием, наверняка и есть тот самый клиент.

Она хотела запомнить его запах. Запомнить его голос.

У зла должны быть границы.

Если бог, или боги, хоть какая-нибудь высшая справедливая сила существует, они обязательно встретятся. Сейчас она ничего не может сделать, но потом... Как знать.

Прошло еще минуть десять, прежде чем послышался скрип распахивающейся двери и срывающийся фальцет недовольно прокричал:

– На большее не рассчитывайте, Святейший! Слышите, и не надейтесь!

Затем мужчина быстро прошел, практически пробежал к выходу, выглянувшая Селеста успела заметить спину в богатом камзоле. Она его узнает. Хорошо бы выяснить еще и имя.

– Простите, дорогая Селеста, за эту безобразную сцену - толстяк одышливо отер лоб.
– Иногда в нашем бизнесе случаются накладки. Я, конечно, стремлюсь свести количество инцидентов к минимуму, но иногда они просто срываются с цепи.

Упырица отвернулась от опустевшего коридора и холодно взглянула на Факасия:

– Ваш раб умер.

– Ай-яй-яй!
– всплеснул руками сутенер.
– Горе-то какое! Такой многообещающий мальчик! И заменить-то некем, совершенно эксклюзивный товар! Бедняжка, совсем молоденький был!

– Надеюсь, вы стрясли с виновника достаточную компенсацию. Кстати сказать, как его имя?

– Достаточную?! Совершенно недостаточную! Мизерную, ничтожную, сущую нелепицу по сравнению с причиненным ущербом!

– Потребуйте еще. Или он больше не собирается приходить?

Святейший сожалеющее развел руками:

– От этого господина сплошные убытки. Я вынужден отказать ему в посещении своих заведений. Жаль, очень жаль, но с сегодняшней ночи барону придется обходиться без наших услуг.

– Вы сказали, барону?

– Да, он принадлежит к свите герцога. К сожалению, большего сказать не могу - анонимность прежде всего!

Селеста не стала настаивать. Узнала она достаточно, дворян с титулами не так уж много, поэтому вычислить садиста при желании можно. Факасий же будет молчать до последнего. Его бизнес, грязный и кровавый, существует до тех пор, пока он не пытается нарушать неписанные жесткие правила. Сутенеры, шантажирующие клиентов, долго не живут.