Артефакторика
Шрифт:
Я чувствовала, как под моими пальцами бьется пульс. Казалось, стоит лишь немного сжать, и он остановится… Непередаваемое ощущение. Мне и хотелось сдавить изо всех сил, но я не могла. Просто не могла, не сейчас, когда он сам доверил мне самое уязвимое место. Видимо, Уфн был прав, нельзя быть такой доброй.
— Прекрати, у меня так и чешутся руки тебя задушить, — я снова попыталась высвободиться.
— Ну так души, если тебе от этого легче станет, — предложил Ворх.
— Что за мазохизм? Отпусти! И даже не рассчитывай, что я хоть когда-нибудь
— Я и не претендую даже в самых страшных твоих кошмарах, успокойся, — оборотень отпустил мою руку, достал сигареты и закурил.
— Поверь, мои кошмары куда страшнее, — мне тут же вспомнились и ведьмы, и море крови, и мертвый любимый. Я тяжело вздохнула и, сцепив зубы, запрокинула голову, — Давай быстрее, пока я не передумала. Если это, конечно, хоть как-то поможет…
У меня все внутренности скрутило в узел, когда шеи коснулись горячие пальцы, шершавые от ожогов и оружия. Я замерла как кролик перед удавом, не в силах даже шелохнуться.
— Дыши, а то сознание потеряешь, — напомнил Ворх, проведя по бьющейся под кожей жилке едва ощутимо.
— Щекотно, — пожаловалась я шепотом.
Прикосновение стало увереннее, ладонь магистра практически полностью обхватила мою шею. Всего одно неосторожное движение, и она хрустнет. Дыхание опять перехватило, сердце подскочило к горлу. Ощущение собственной уязвимости выбивало почву из-под ног. И как только Ворх выдержал это? Я нервно прикусила губу, стараясь остаться на месте. Одновременно хотелось и отшатнуться от него, и, наоборот, прижаться.
Ощущение чужого прикосновения исчезло совершенно внезапно. Как и сам Ворх. Я вздрогнула и удивленно оглянулась, но вервольфа нигде не было.
— Слава богу, — я, наконец, выдохнула с облегчением. — Это же просто что-то невозможное.
Я тронула шею, горящую от его касаний по самые плечи. Зато спину, место обитания артефакта, приятно холодило, подтверждая, что мы не зря терпели. Одно плохо: как бы я ни злилась, как бы ни была обижена, я все равно таяла как мороженное в летний полдень от любого его прикосновения. Это просто отвратительно, когда собственное тело подводит.
На следующее утро я подорвалась первой и едва ли не приплясывала от нетерпения, расталкивая сокомандников. Еще один учебный день — и выходные! Мне наконец-то можно будет навестить маму!
— Что ж ты сегодня такая активная? — Трэс отвернулся и накрыл голову подушкой.
Я пощекотала его за пятку и скорее отскочила, чтобы этой самой пяткой не получить:
— Подъем! Погода сегодня прекрасная, пора на пробежку!
— Скажи, изуверство заразно? — Ири быстренько подтянул ноги, видя, что я иду к нему.
— С чего бы? — удивилась я.
— Стоило Ворху тебя обесчестить, как ты тоже стала извергом! — припечатал некромант и с головой спрятался под одеяло, подхихикивая уже оттуда.
Я мстительно отобрала у него спальные принадлежности и бросила взгляд на пустующую кровать куратора. После своего внезапного исчезновения он так и не вернулся, так что мы
— Чего это наш магистр пропал? — будто прочитала мои мысли Дашка.
— А почему ты у меня спрашиваешь?
— Он после общения с тобой исчез, вообще-то, — хмыкнул подруга.
— Ну я ж ему не нянька, — возмутилась я, вытаскивая сменные шорты из шкафа. — Может, опять по бабам… Прости, — я глянула на Трэса и прикусила язык.
Оборотень рассмеялся и выглянул из-под подушки:
— Герка, успокойся. Он тут только по одной… бабе… как ты выразилась, ходить может, так что не извиняйся, я ничего против не имею.
— Серьезно? — удивилась я.
— Да. Но он сейчас у госпожи Стеллы, зуб даю, — отмахнулся оборотень и тоже поднялся. — Чего ты распереживалась? Скоро вернется.
— Вовсе я и не переживаю, — я быстро переоделась за дверкой шкафа и выскользнула из комнаты, съедаемая противоречивыми чувствами.
Как назло, на выходе из казармы я столкнулась с предметом моих терзаний. Он едва успел посторониться, когда я пробежала мимо, задержав дыхание. И все равно я умудрилась различить уже знакомый едва ощутимый запах женских духов. Я тут же остановилась, огромным усилием воли подавляя поднимавшееся из глубины души раздражение. Между лопаток жгло, непрозрачно напоминая, что тут есть кто-то, нуждающихся в энергии этого самого беспутного оборотня. Я заставила себя обернуться и даже выдавила улыбку:
— С доброй охотой.
— С доброй, — Ворх закурил и остался стоять в дверях, задумчиво глядя на меня. — Ты в порядке?
— Да, — я кивнула, — а ты? Вчера как сквозь землю провалился.
— Риен срочно вызвал. Потом дела кое-какие решал, — вервольф неопределенно повел рукой. Да уж и иглояду понятно, какие у него были дела.
— Ясно. Я пойду, на пробежку пора.
— Тис, нас подожди, — из казармы высыпали и остальные.
Рахо что-то тихо сказал Ворху, поравнявшись, за что тут же огреб подзатыльник от старшего, и с хитрой улыбкой потащил меня к полигону.
После пробежки Трэс предупредил нас, что дежурит сегодня он, так что на нормальный завтрак мы можем даже не рассчитывать.
— Все не может быть настолько плохо, — усомнилась я, — хоть что-то же ты умеешь? Давай помогу, заодно и поучу немного.
— Давай, — просиял парень.
Я вышла на кухню после душа уже относительно спокойной. Ну, допустим, могу и не дожить до конца лета. Подумаешь, я уже много раз должна была умереть за последний месяц, но ведь выжила. Ну, допустим, брат попал в беду, но ведь он жив. Ну, допустим, мне нравится собственный декан, даже несмотря на то, что он женат, при этом бабник и редкостный манипулятор, к тому же ему шестьдесят семь лет… Все относительно, могло быть и хуже. У меня, правда, появились некоторые сомнения, не пробивается ли это мой Зверь со своим мнением, ведь я в последнее время откровенно чувствую себя шизофреничкой. Да и не имеет это никакого значения, ведь я-то ему все равно не нравлюсь.