Артефакторика
Шрифт:
А я опустила трясущиеся от злости руки в воду и выплеснула нервный комок магии из них. Со дна поднялась вторая рыбка, заинтересованная происходящим. Светлячков стало больше.
— Ничего себе, — я оглянулась, выпрямившись.
И скорее стала снимать проклятое платье, пока никого нет. Зайдя в воду по плечи, я нырнула и зажмурилась, направляясь ровно под камень в центре. Чем быстрее наведу здесь порядок, тем быстрее нас отпустят. Ах да, ритуальный поединок. Ну, поставят по ритуальному фингалу и разойдутся с миром.
Холод пробрал до костей
— И почему я вечно влипаю? — простучала я и стала выпускать успевшую собраться энергию, опустошая себя и те крупицы, что остались в накопителе.
Рыбки всплыли целым косяком.
— Кровь пусти, — посоветовал Вередан. — Твоя кровь и есть сама магия этого мира. Доставай из-за плеча клинок.
Я трясущимися от холода и слабости руками достала алый клинок и полоснула руку, потом вторую. Вода обагрилась, вокруг меня встал водяной купол, пропуская слабый свет. Я убрала Вередан за плечо и легла на воду, чтобы немного отдохнуть. Все же утомительное это занятие, спасать чужие стаи. Вот передохну минутку, и еще раз пущу кровь.
— Опять ты придумала себе самый оригинальный способ самоубийства, — процедил сквозь зубы Ворх, вынырнув рядом.
Я от неожиданности вскрикнула и ушла под воду. Магистр выдернул меня на поверхность за плечо и подхватил на руки:
— Ты все экзотичнее. Порезать вены в чужом источнике силы, да еще в таком виде.
— Я не резала вены, — простучала я зубами, — только капилляры.
— И поэтому разделась?
— Я не могу плавать с этой чертовой юбкой! Ненавижу чувствовать себя беспомощной! Я хотела быстро подкормить рыбок и вернуться, пока никого нет.
— Уже глубокая ночь. В источнике время идет иначе, — напомнил мужчина и пошел к краю купола. — Закрой глаза.
На берегу стояла добрая половина стаи. И вправду добрая. Потому что в воздухе теперь сновали светлячки, в воде плескались рыбки, камень стоял основательной глыбой, а само озеро раздалось вширь.
— Как ты это сделала? — шаманка вошла в воду нам навстречу и накинула на меня платье. — Это же просто чудо!
— Это ваше чудо вены там резало, — огрызнулся Ворх, проходя мимо нее. — Нельзя ни на минуту одну оставить!
— Да-да, я дура малолетняя и все такое, — я закатила глаза. — Можешь не продолжать.
— За что мне такое наказание? Почему ты не можешь быть нормальной женщиной, сидеть дома и какой-нибудь пряжей заниматься?!
— Потому что не хочу! И не твое это вообще дело!
— Мое, я твой куратор!
— Так не отец же!
— Опять ремень достать?!
— Да иди ты! Совесть достань лучше! — я сползла с его рук, замоталась в платье, которым прикрывалась, и пошла в сторону города.
Стая позади потрясенно молчала.
— А души? — робко напомнила мне в спину Рая.
Я развернулась на месте и все так же гневно притопала назад:
— В очередь! За количество не ручаюсь, готовьтесь к двойням-тройням!
Женщины попятились,
— Успокойся, Дайке, — попытался вмешаться Прай. — Ты не в том состоянии, чтобы благословлять.
— Уйди отсюда! — рыкнула я на него. — Не беси меня!
Альфа попятился, что при нашей разнице в росте было забавно.
Я выдохнула и постаралась взять себя в руки.
— Извините. Подходите, я очень постараюсь.
Медведицы немного приободрились, стали несмело подходить. Все как одна темные, смуглые, высокие и крепкие. Я рядом с ними походила на подростка.
Одной рукой удерживая платье, я протянула вторую к небу и позволила светлячкам облепить ее. И стала пересаживать на женщин, стараясь по одному. Осчастливленные будущие матери уходили домой, а их мужчины кланялись мне с благодарностью.
К концу очереди я в глазах всей стаи из крикливого чучела превратилась в почитаемую даму. Мелочь, а приятно.
Опустив руку с оставшимися душами в озеро, чтобы они слетели, я оглянулась на Прая:
— Ну что, я вам больше не нужна?
Медведь непонимающе нахмурился.
— Популяцию вашу я увеличила, и намного. Так что, полагаю, могу быть свободна?
— Ты останешься, — Прай скрестил руки на груди. — Это даже не обсуждается. Солнце скоро взойдет, твоя судьба уже предопределена.
— Ну вот зачем все эти трудности? — я выпрямилась и поплотнее закуталась в ткань. — Я не хочу оставаться здесь. Кроме того, есть женщина, которая тебя любит. А кто я такая, чтобы выступать против любви?
— Даже если ты и не хочешь… Я не боюсь смерти, так что можешь даже не надеяться.
— Да не собираюсь я убивать тебя, — я медленно побрела в сторону жилища, вынудив оставшихся идти за мной.
— Значит, ты готова меня принять? — воодушевился он.
— Принять? Куда? — не поняла я. — Ничего я не стану принимать, я просто хочу вернуться в школу и продолжать учиться. Я же говорила, у меня дел по горло.
— Здесь ты будешь в безопасности, — продолжал настаивать Прай.
— Я нигде уже не буду в безопасности. Так что нет, спасибо. Я не останусь.
— Что ж, я тебя услышал, — кивнул медведь. — Но услышь и ты меня. Ты не уйдешь.
Я тяжело вздохнула и обернулась, ища глазами Ворха. Как бы он меня ни выводил, а все-таки уже свой для меня среди чужаков:
— Ну как еще ему объяснить? — спросила я у магистра.
— Я сам ему все объясню. А ты иди, отдыхай, опять весь резерв разорила.
— Пожалуйста, давайте без кровопролития, — попросила я, уже понимая, что меня здесь никто и слушать не будет.
Вызов этот дурацкий… Может, средневековым дамам и нравилось отправлять всяких там рыцарей на турниры и смотреть, как они калечат друг друга, но мне этого не понять. Я ведь уже объяснила свою позицию по этому вопросу, что я хочу вернуться в Школу, что мне некогда здесь задерживаться, и что я уж точно не планирую выходить замуж. Да еще и за сомнительного знакомого из прошлой жизни.