Артефакторика
Шрифт:
Я сползла по спинке и испугано кивнула, но тут же взяла себя в руки. Нет, я больше не стану его бояться, хватит уже! По всем пунктам я здесь пострадавшая сторона, вообще-то.
— А по какому праву ты мне приказываешь?! Мы не на охоте, и моя жизнь принадлежит только мне, так что имею полное право прекратить ее, когда мне вздумается! — я упрямо поднялась на локтях, выдержав тяжелый немигающий взгляд. — И плевала я на бесценный артефакт и твое мнение!
— Только попробуй, — он схватил меня за воротник и встряхнул, чуть приподняв над кроватью.
— И что будет? Еще раз укусишь? Кроме запугивания ничего больше не знаешь?
— Почему
Я не выдержала и сделала то, что хотела сделать с самого пробуждения утром, но не осмелилась при свидетелях. Залепила пощечину от всей широты души. Получилось громко и радостно, даже ладонь заныла. Но не успела я насладиться возмездием, как оказалась лопатками на полу посреди комнаты, причем с размаха. Воздух вышибло из легких на полувскрике, больше даже от удивления, чем от боли. Но не успела я снова вздохнуть, как надо мной с утробным рыком снова оказался Ворх, на этот раз стоя на четвереньках так, что я почти полностью оказалась зажатой его руками и ногами, поставленными по бокам. Все, что я смогла сделать в своем положении, это упереться ему ладонями в грудь, да и то чисто рефлекторно, ведь головой я понимала, что его это не остановит. Но он и сам замер в таком напряженном положении, продолжая рычать и не сводя взгляда потерявших человеческое выражение глаз. Это был уже не тот привычный магистр, надо мной навис дикий зверь, больше не контролируемый человеческим самосознанием.
— Ворх? — испугано позвала я шепотом, но он только громче рыкнул и оскалился исключительно по-волчьи, черты заострились, но пока еще не потеряли полностью человеческого вида.
К счастью, дверь распахнулась, и на пороге застыл изумленный магистр Эйлариен.
— Гера, убери руки сейчас же, — очень тихо сказал ректор, оставшись стоять в коридоре.
— Не могу, — громким шепотом ответила я, боясь повернуть голову, но наблюдая за спасителем боковым зрением. — Мне страшно!
— Убери, я сказал!
Я послушалась умудренного опытом полуэльфа, медленно опустив руки и прижав их к своей груди.
— Вот так, молодец, не двигайся пока. Не знаю, что ты сделала, но он в полном бешенстве, даже потерял контроль.
— Ничего я не делала, — солгала я.
Ворх на ректора никак не реагировал, продолжая запугивать и так уже дрожащую меня.
— Сделайте уже что-нибудь, — взмолилась я спустя минуту.
— Не могу. Сейчас единственная, кого он не тронет — это ты. Если я переступлю порог комнаты, его условную территорию, он нападет, не задумываясь, и я совсем не уверен, что смогу скрутить его, не убив при этом, — Эйлариен нервно сглотнул. — Не вздумай отбиваться. Ты вывела его из себя, поэтому он пытается усмирить тебя только демонстрацией силы. Но если ты продолжишь сопротивляться его воле, он может и разорвать кого-нибудь для наглядности. Ты сможешь с этим жить, если Ворх из-за тебя убьет кого-то из команды?
— Ему уже удалось меня напугать, почему он не успокаивается? — у меня, кажется, даже зубы стучать начали, как и в тот раз, когда Ворх силой остановил меня в погоне за братом. Я все же увидела его по-настоящему злым. И в очередной раз убедилась, почему оборотней все же нужно хоть иногда бояться. Стоит мне немного расслабиться, как мне тут же об этом настойчиво напоминают…
— Потому что ты боишься. Успокойся сама и успокой его. Прояви, в конце концов, полное с ним согласие и покорность, извинись, — ректор осторожно отступил
— Вы с ума сошли?! Не могу! — я в полном отчаянии скосила глаза на главу Школы, — Мне действительно очень страшно. Может, его током шарахнуть?
— Не вздумай! — шикнул магистр Эйлариен. — Его этим не вырубить, у него магическая защита не хуже, чем у членов Высшего Совета. Только разозлишь еще больше. Я не могу больше здесь стоять, он звереет еще больше. Помни, он тебе ничего плохого не сделает, ты сейчас рискуешь другими. Он сейчас просто животное, абстрагируйся от его человеческой половины, так будет легче.
Я снова осталась наедине с бешеным вервольфом. Нервно сглотнув, я постаралась игнорировать рычание над головой и глубоко вздохнула.
— Прости, я была неправа, — осторожно начала я, но никакой реакции не последовало. — Я не должна была тебя бить, — рычание усилилось. — Не то?
Я даже забыла дрожать, удивившись. Это разве не из-за пощечины?
— Ладно. Я не хотела с тобой ругаться, так получилось, — в результате Ворх только нагнулся ниже, действительно подавляя морально. Очень хотелось заскулить и спрятаться под кроватью, но я, увы, была обездвижена. И даже маленький робкий Зверек внутри меня, если уж он и проснулся, проникся и припал к земле перед неоспоримой силой огромного самца.
— Это из-за придуманной командой истории?
На руках и шее проступили черные вены, похоже, еще немного, и магистр может сорваться окончательно.
— Я не понимаю, — отчаялась я, в последней попытке хоть как то исправить ситуацию, положив руку ему на грудь, на этот раз не упираясь, а осторожно поглаживая. Тело под моей ладонью казалось каменным, до такой степени оно было напряжено. Но вены побледнели, рычание стало тише. Кажется, уже какой-то прогресс.
— Может, ты успокоишься и объяснишь мне, почему так разозлился, а я со всем соглашусь? — я боязливо положила вторую руку оборотню на плечо, погладила по руке, нервно вздрогнувшей от прикосновения. Ворх прекратил рычать и теперь просто тяжело и часто дышал.
— Ну вот, каким ты можешь быть хорошим, — я погладила смелее, даже за ухом почесала, стараясь не думать, что это грозный декан охотников, вообще-то. — Мне действительно жаль, что я довела тебя до срыва, прости.
Кажется, боевой трансформации и немедленной расправы больше не намечается, можно и расслабиться немного. Тем более что мне уже даже не приходилось заставлять себя это делать, происходящее стало казаться исключительно нормальным и правильным, как и когда-то на кухне, когда я уже умудрилась чесать своего декана за ухом. Выбесила — успокой, все честно. Я куда смелее потрепала уже спокойного на вид мужчину по волосам, обняла за шею, насколько хватило длины рук, стараясь думать, что сейчас это просто волк, как и мой Волчонок. А Волчонка то я обнимаю с удовольствием.
— Прости, я дура. Больше так не буду, — сказала я это абсолютно искренне, хоть и не знала, чем именно так его разозлила. Но чтобы довести вервольфа, тем более Альфу, до нервного срыва, действительно нужно быть последней дурой, и теперь я это понимала. Ворх растаял моментально, хоть взгляд и остался полностью звериным, но хотя бы как зверь он больше не злился, тут же с урчанием уткнувшись носом мне в шею и обхватив руками мои плечи. Было щекотно, но я мужественно терпела, продолжая обнимать и гладить успокоившегося зверя.