Армагеддон 2000 (Омен - 4)
Шрифт:
Сколько раз молодой человек ошеломлял девушек или сотрудников одной только фразой, принадлежащей Бухеру и ставшей уже притчей на языках: "В основе нашего процветания лежит голод".
Да, Бухер слыл кем-то вроде героя, живой легендой. Молодой человек взглянул на взлетную полосу, отыскивая глазами самолет компании. В это время дверь распахнулась, и в зал вошел Бухер - высокий старик с очень прямой спиной и резкими чертами лица. Его седые и вьющиеся волосы были аккуратно уложены.
– Мистер Бухер, - начал молодой человек, - моя фамилия Хэррис. Добро пожаловать
– Спасибо, Хэррис, - поблагодарил Бухер.
– Спасибо, что встретили.
Хэррису оставалось только надеяться, что он не покраснел от удовольствия.
– Машина в вашем распоряжении - Конечно, - проронил Бухер. "Назойливый, мелкий негодяйчик", - тут же решил он про себя.
***
Aвтомобиль мчался по шоссе. Хэррис открыл дверцу бара, но Бухер отрицательно покачал головой.
– Из Ливии есть какие-нибудь новости?
– Никаких, сэр, - сообщил Хэррис. Бухер кивнул.
– Ладно. Расширяйте производство в течение еще трех недель и поднимите ставки на полтора пункта. Хэррис в недоумении заморгал.
– Но они могут возражать, сэр.
– Они могут возражать сколько им заблагорассудится. Разбудите меня, когда мы приедем.
Бухер прикрыл глаза, а Хэррис задумался над тем, не совершил ли он только что роковую ошибку.
***
?езиденция Британского филиала "Торн Корпорейшн" располагалась на южном берегу Темзы. Здание было сооружено в виде буквы "Т" и являло собой меньшую по размерам копию штаб-квартиры компании в Чикаго.
Из своего кабинета на верхнем этаже Бухер мог любоваться раскинувшимися на противоположном берегу зданием Английского банка и другими городскими сооружениями. А слева открывался великолепный вид на дворцы Парламента. Постепенно в привычку председателя прочно вошло разглядывать эти прекрасные строения во время телефонных переговоров. Очутившись в своем кабинете, Бухер попросил принести все телексы за последние два дня и велел не беспокоить его в течение часа Служащие тем временем постепенно собирались в приемной. Они спокойно переговаривались, то и дело приветствуя кивками вновь входящих сотрудников. За час приемная основательно наполнилась людьми.
Секретарша Бухера посмотрела на часы, постучала в дверь и заглянула в кабинет.
– С днем рождения, сэр, - поздравила она. Бухер улыбнулся, затем обвел взглядом своих подчиненных.
– Спасибо, - поблагодарил он, вставая и кивком приглашая их войти.
Заходили в его кабинет, безукоризненно придерживаясь установленного этикета: сначала три вице-президента со словами: "Поздравляем, Поль", следом за ними управляющие департаментов, затем исполнительные директора компании, чьи лица были знакомы Бухеру лишь смутно и кто обратился к тему непременно "сэр", Когда, наконец, отзвучали все приветствия, собравшиеся подались в сторону, пропуская вперед мальчика. Тот нес выпеченный в форме буквы "Т" торт с зажженными свечами Мальчик поставил торт на стол перед Буфером и отступил назад. Бухер улыбнулся, поблагодарил его и подул на свечи.
На пороге появился официант, вкативший в приемную сервировочный столик.
– Шампанского?
– осведомилась секретарша.
– Обязательно, - воскликнул Бухер.
Официант принялся откупоривать бутылку. Бухер поднял фужер, принимая поздравления своих сотрудников.
– Позволь заметить, Поль, ты никоим образом не выглядишь на свои годы.
– Ты хочешь сказать, что я неплохо сохранился?
– Ну, такое я бы не ляпнул, но...
– Сэр, вы сегодня празднуете?
– Нет.
– ..сэр, надеюсь, этот год будет таким же успешным, как и предыдущий.
– Хочется надеяться, что он будет более успешным.
– Конечно, конечно.
Бухер разглядывал присутствующих и в уме пытался прикинуть, кто же ив них в состоянии занять его место. Похоже, ни один из собравшихся здесь не способен, заменить его - Бухера. Никто из них. Да, пожалуй, и в Чикаго тоже. Бухеру был нужен он сам, только сорокалетний.
– За ваши семьдесят.
Бухер резко оглянулся и увидел Хэрриса, поднявшего бокал. Лицо молодого человека раскраснелось io шампанского.
Бухер нахмурился.
– За ваши семьдесят!
– повторял Хэррис, скривившись в попытке улыбнуться.
Бухер вздрогнул и отошел в сторону. Рядом тут же появилась секретарша. Улыбаясь, она взяла под руку Хэрриса.
– Я что-то не то сказал?
– смутился, тот.
– Выведите его отсюда, - мягко приказал Бухер. Секретарша, увлекла Харриса к двери, и присутствующие тут же отвернулись от них.
– Да что же а сделал такого?
– взвизгнул Хэррис, когда Бухер, подойдя к своему креслу, тяжело опустился в него и прикрыл глаза. Когда он их вновь открыл, возле кресла в одиночестве стояла, его секретарша.
– Извините, господин Бухер...
Бухер покачал головой.
– Все в порядке - Могу ли я что-нибудь для вас сделать?
– Разве что добавить еще лет тридцать жизни, - отозвался Бухер.
Улыбнувшись, женщина вышла из кабинета, размышляя про себя, смертен ли вообще Поль Бухер.
В аду ночь Бухер спал беспокойно, он то и дело вздрагивал и что-то бормотал. Женщина приподнялась на локтях и взглянула на него. Впалая грудь, выступающие ребра, правая рука подрагивает. Женщина ласково взяла ее в свои руки и погладила ладонь. Бухер нахмурился во сне и опять что-то невнятно пробормотал.
Женщина улыбнулась, тронула его за мизинец и слегка пощекотала. Мизинец тут же обвился вокруг ее пальца, как младенец, ухватившийся за свою мать.
Женщина вдруг почувствовала шероховатость отметины на пальце: трех девяток, если рассматривать их под одним углем, или же трех шестерок, если глядеть под другим. Верхушки шестерок соединялись в виде клеверного листочка.
Женщина почувствовала, как цифры пылают, обжигая ее собственную кожу.
Бухер метался по постели, взмахивая свободной рукой, как будто плыл. Губы его шевелились.