О расстановке англичан в сражении было много дискуссий, и большая их часть касалась расположения лучников. Многие историки располагали стрелков на флангах, но я согласен с предположением Роберта Харди, что они выстроились как на флангах, так и перед линией латников. Когда дело касается луков, лучников и их подвигов, стоит со вниманием относиться к мистеру Харди.
Сражения
случались редко, но грабительские рейды, которые устраивались специально для разорения вражеской территории, были обычным делом. Это была, конечно же, экономическая война — средневековый эквивалент ковровых бомбардировок. Современники, описывая французские села после английского рейда, отмечали, что Франция была «ошеломлена и растоптана», что она была «на грани полной гибели», «измучена и опустошена войной». Никакого рыцарства, очень мало доблести и еще меньше благородства. В конечном итоге Франция оправилась и изгнала англичан со своих земель, но только после того, как переняла опыт проведения рейдов и, что более важно, умение и знания английских (и валлийских) лучников.
Термин «longbow» («длинный лук») в романе не используется, так как это слово не употреблялось в XIV веке [7] (потому же и Эдуарда Вудстокского, принца Уэльского, в романе не величают Черным Принцем — это более позднее выражение). Лук называли просто луком, большим луком или боевым луком. Много чернил было пролито в дискуссиях о происхождении длинного лука — приплел ли он из Уэльса или из Англии, было ли это средневековое изобретение, или он возник в неолит, — но очевиден факт, что как победоносное оружие он появился в годы перед Столетней войной. Его эффективность объяснялась количеством лучников в войске. Один-два лука могут принести урон, но тысячи способны разгромить войско. Англичане единственные в Европе могли набрать такое число лучников. Почему? Технология не может быть проще, и тем не менее другие нации не породили лучников. Частично ответ, конечно, кроется в трудности постижения искусства стрельбы из лука, требующего долгих часов и многих лет упражнений. Привычка к таким упражнениям имелась только в районах Англии и Уэльса.
Вероятно, мастера имелись в Британии еще во времена неолита (ведь такие длинные луки, какие использовались при Креси, находили в могилах этого периода), хотя, вероятно, их было не много. Но почему-то в Средние века в районах Англии и Уэльса вспыхнул народный энтузиазм к занятиям стрельбой из лука, что привело к массовому использованию длинных луков как боевого оружия. Когда это увлечение прошло, луки быстро исчезли из английского арсенала. Обычно говорят, что их заменили ружья, но более правильно сказать, что длинные луки зачахли независимо от появления ружей. Бенджамин Франклин, неглупый человек, считал, что американские повстанцы выиграли бы войну за независимость быстрее, если бы использовали лучников с длинными луками, и совершенно определенно батальон лучников мог легко перестрелять батальон ветеранов Веллингтона, вооруженных гладкоствольными мушкетами. Но ружьем (или арбалетом) было овладеть гораздо проще, чем длинным луком. Короче говоря, длинный лук явился феноменом, вероятно вскормленным на народном увлечении стрельбой, и потому стал победоносным оружием английских королей. Он также поднял статус пеших бойцов, ведь даже самому тупому из английских рыцарей пришлось понять, что его жизнь зависит от лучников, и ничего удивительного, что в английском войске того периода лучников насчитывалось больше, чем тяжеловооруженных латников.
7
Однако в русском переводе фигурирует именно термин «длинный лук» как наиболее точный.
Я в огромном долгу перед Джонатаном Сампшеном, автором книги «Испытание битвой: Столетняя война. Том I». Тот факт, что успешно практикующий адвокат способен писать такие великолепные книги в «свободное» время, мог бы обидеть профессиональных писателей вроде меня, но я благодарен, что он сделал это и предложил свою историю всем, кто хочет больше узнать про данный период. Все же оставшиеся в моей книге ошибки полностью лежат на мне.