Чтение онлайн

– Да, сэр.

– И если я поймаю тебя на другом сеансе, надеру уши.

– Да, мистер Гудини, сэр.

Гудини подошел вплотную к мадам Роуз.

– Газеты следят за каждым моим движением. Весь мир ждет моих выступлений. А вы? Недоразумение стоимостью в десять центов.

– Чего вы добиваетесь, Гарри Гудини? – Мадам Роуз наклонилась, сбросив с плеча бретельку. – Может, хотите, чтобы я оказала вам какую-то особенную услугу? Говорят, вы не так уж верны своей жене, как всюду заявляете...

Гудини крепко взял ее за руку, –

и одновременно на мостовой за окном зацокали подковы. Глаза мадам Роуз в ужасе расширились.

– Это за вами? – спросил Гудини.

– Пожалуйста, уходите, – прошептала она.

– Кто это приехал? Ваш друг?

– Прошу вас, отпустите, – взмолилась мадам Роуз, пытаясь высвободить руку из захвата Гудини.

Хлопнула дверца экипажа, и вскоре в вестибюле раздались шаги. Мадам Роуз в отчаянии произнесла:

– Вас не должны здесь видеть. Это очень опасно.

– Кто не должен видеть?

– Неважно. – Она показала глазами на дверь: – Он убьет нас обоих.

– Скажите, кто он?

Пол заскрипел, дверь со стоном отворилась, и вошел Моррис, санитар тюремной психлечебницы. Он был в мятом темно-сером костюме. Мадам Роуз быстро схватила сумочку и шаль.

– Я готова, Моррис.

Не удостоив ее ответом, он приблизился к окну, открыл его и посмотрел вниз на черный экипаж, запряженный двойкой вороных.

– Я готова, – раздраженно повторила мадам Роуз.

Не замечая Гудини, который стоял на подоконнике, прижавшись к стене, Моррис закрыл окно и опустил шпингалет.

Гудини наблюдал с подоконника, как они вышли из здания. Кто-то, сидящий в экипаже, чье лицо было скрыто надвинутым на лоб цилиндром, подал мадам Роуз руку в белой перчатке. Она скользнула внутрь. Моррис занял место кучера. Гудини показалось, что на мгновение там что-то блеснуло, голубое. Экипаж тронулся, выехал на улицу и медленно покатил в тумане.

– Прошу вас, джентльмены, входите, – произнес Уильям Рэндолф Херст, не вынимая изо рта сигару.

Он оторвался от созерцания раскинувшегося внизу города и двинулся навстречу гостям. Дойл и Гудини обменялись взглядами. Кабинет знаменитого издателя впечатлял своими размерами. Высокие, инкрустированные золотом двери. Окно во всю стену. Изысканная мебель. Застоялый запах сигарного дыма прочно въелся в столы, книжные шкафы из красного дерева и кожаные кресла, привезенные из Парижа.

Получив письмо с приглашением, Гудини всполошился и настоял на том, чтобы его сопровождал Дойл, хотя тому очень не хотелось раскрывать инкогнито. Дополнительные осложнения вызывало присутствие Барнабаса Уилки Тайсона, преуспевающего импресарио и героя светской хроники. Наблюдая, как он нарочито нехотя поднимается с кресла, чтобы поздороваться, Гудини понял, что этот человек сознательно желает подчеркнуть свое пренебрежение. Идти к Херсту очень не хотелось, но отвергать приглашение

было неразумно. Уильям Рэндолф Херст владел Нью-Йорком. Засвидетельствовать ему почтение стремились все, даже мэр и шеф полиции, потому что весь мир видел Нью-Йорк и всю страну такой, какой ее показывал Херст. Он был частым гостем в Белом доме, независимо от того, кем являлся его хозяин – демократом или республиканцем. С прессой приходилось считаться и тем, и другим. Одной публикацией Херст мог ввергнуть в панику рынок ценных бумаг в Токио или Берлине, разрушить чью-то безупречную репутацию, манипулировать общественным мнением, чтобы оно соответствовало его собственному.

Херст внимательно посмотрел на Дойла.

– Гудини, как вам не стыдно. Почему вы до сих пор прятали этого джентльмена? – Херст пожал руку Дойлу. – Сэр Артур, Нью-Йорк приветствует вас.

– Благодарю вас, мистер Херст, – ответил Дойл.

Издатель улыбнулся.

– Познакомьтесь с Барнабасом. Это один из крупнейших современных импресарио.

Подавая руку, Тайсон широко улыбнулся.

– Что будете пить, сэр Артур? Скотч, вино? Что-нибудь еще?

– Спасибо, но сегодня я от выпивки воздержусь, – промолвил Дойл, занимая место рядом с Гудини.

– А зря. У меня есть изумительные сигары. – Херст кивнул в сторону огромной коробки на столе. – «Монте-Кристо». Они чудесно сочетаются с бокалом портвейна.

– Я привык курить свой табак, мистер Херст. – Дойл достал трубку и табакерку.

– Пожалуйста, зовите меня просто Уильям. – Херст обратился к Гудини: – А что будет пить великий маг?

– Вы меня знаете. Один бокал, и я начну разговаривать с мебелью.

Тайсон разразился смехом, словно Гудини сказал что-то очень смешное.

– Барнабас большой мастер рекламы, – произнес Херст, расхаживая вдоль кабинета. – В этом он похож на вас.

– Нет, – проговорил Тайсон, – до Гудини мне далеко.

Гудини усмехнулся.

– У Барнабаса сейчас появились несколько артистов, которых он считает весьма перспективными, – продолжил Херст. – Моя корпорация решила обеспечить им рекламу, ведь без прессы в наши дни на экран не пробьешься. Верно, Гудини?

– Конечно.

Херст остановился позади его кресла.

– Я слышал, у вас недавно состоялась любопытная встреча с ясновидящей мадам Роуз.

– Да, мы с ней весело поболтали, – ответил Гудини, в упор глядя на Барнабаса Тайсона.

Тайсон с невозмутимым видом потягивал скотч.

– Мне сообщили, что там возникло какое-то недоразумение.

– Вас правильно информировали, Уильям. Понимаете, мадам Роуз пыталась внушить публике, будто способна общаться с духами из потустороннего мира, а у меня сложилось впечатление, что она бессовестная мошенница. Я высказал свое мнение, но мадам с такой оценкой своей работы не согласилась.

– А зачем вы вообще туда полезли, позвольте спросить? – прохрипел Тайсон. – Какое ваше дело?