Чтение онлайн

Варуна – ужасный бог! Сами боги дрожат от его неистовства. Грозен и могуч великий бог. Могуч и грозен. Особенно грозен!

Варуна – губитель, он воплощает мрачные и опасные для людей стороны полубожественной, полудемонической власти, он коварен и связан с силами тьмы. Но вместе с тем Варуна покровительствует людям, защищает их от болезней и смерти, отвращает происки врагов, дарует долгую жизнь. Благой бог Варуна! Странный бог… Могучий и грозный Варуна долго правил сотворенным им миром, покуда его не сверг яростный Индра. Он вырос внезапно, поднявшись из-за широченной спины Варуны. То был типичный предводитель дружины, до поры до времени уступавший во власти повелевавшему

мирами шаману. И если Одину удалось при помощи верных эйнхериев отстоять престол от возможных посягательств Тора, впрочем, слишком недалекого, чтобы претендовать на тот самый престол, то Индра одолел Варуну.

Индра – несомненно, самый яркий бог ариев. Индра виделся ариям могучим здоровяком с необъятным брюхом, бычьей шеей и необоримыми руками. Голос у Индры – грохочущ, губы – чувственны, усы, борода и волосы – золотисты. Золото – любимый цвет Индры. Его постоянно именуют златобрадым, златовласым, златогубым.

Индра – бог-силач, все сокрушающий, все производящий; недаром его постоянно сравнивают с быком, этим символом мощи для ария.

Главный подвиг Индры – победа над Вритрой, демоном Хаоса, препятствовавшим Сотворению. Это – битва Быка и Змея, традиционный мотив культуры индоевропейцев.

Разъяренный, как бык, он выбрал себе сому,Он напился (сомы), выжатого в трех сосудах.Щедрый схватил метательный снаряд – ваджру.Он убил его, перворожденного из змеев.Атхарваведа, II, 5, 7

Победа над Вритрой даровала Индре власть по праву сильного: это в традиции героического менталитета – бог или царь получает власть после подвига. Все смущены силой объявившегося героя, и боги вручают лихому вояке царский венец.

Индра получает власть – власть абсолютную – царя, жреца, устроителя. Как бог-установитель Закона и бог Закона Индра схож с Мардуком и в меньшей мере – через галлюциногенный напиток и способность к оборотничеству – Индра подобен Одину; у него есть определенное сходство и с Зевсом, а также с Аполлоном, погубителем Пифона. В глазах ария Индра, как никто другой, олицетворяет плодородие, воинственность, оптимизм, присущие вторгнувшимся в Пенджаб пришельцам. С его громадным животом и неистощимой похотью, буйным нравом, хмельным разгулом Индра люб арию. Только такой, добрый – добрый в смысле избытка щедрости – бог мог сотворить добрый же мир.

Индра – главный защитник мира. Вечно и неусыпно стоит он на страже основ мира, сокрушая врагов, помогая праведникам. Никто из богов не победил столько недругов – всех мастей демонов, никто не водил ариев в такое множество победоносных походов на дасья; недаром Индра заслужил почетное прозвище «разрушитель крепостей».

Власть Индры осмеливается оспаривать один-единственный бог – Агни. В «Ригведе» ему посвящено без малого двести гимнов, чуть меньше, чем Индре, но зато каждая мандала «Ригведы» открывается гимном Агни, и лишь потом следует мантра в честь Индры.

Агни многолик и во многом неопределен. Арии представляли Агни многоглазым, огненноволосым, с бурой бородой, с острым подбородком, с острыми блестящими золотыми зубами, яростно ревущим.

Агни устанавливает свет, разгоняет мрак. Агни питает огненной силой солнце, приходящее к нему по вечерам.

Но солнце – лишь один аспект Агни, который вообще виделся ариям в трех ипостасях, рождаемый на небе, на земле и в воде, имеющий три жизни, три силы, три головы, три языка.

Еще Агни – беспощадный пожар, еще –

крохотный огонек, еще – жертвенный огонь. Последнее особенно было важно для почитателей Агни, ибо лишь благодаря живительному медовоокому огню арий доносил до богов благодарственную, умилостивительную жертву.

Агни привлекал людей как наиболее наглядное воплощение бессмертия, вечности – умирания и воскрешения, причем вечности вполне земной и бессмертия осязаемого в отличие от бессмертия солнца, вод или эфира. Эфир неосязаем, солнечный лик непостижим, глубина вод – недоступна. Агни же и постигаем, и достижим, и доступен. Вот он – пылающий на ладони огненный язычок, готовый вмиг обратиться в ревущее, словно яростный бык, пламя.

Пламеннозубый, поднятый ветром в лесу,Он разносится ветром, как мчится победоносный бык в стаде,Вторгаясь всей своей массой в нерушимое пространство.Что неподвижно, что движется – (все) боится (его, даже) птицы.Ригведа, I, 58, 5

Еще арии почитали Яму – бога из людей, что первым познал смерть и сделался повелителем царства мертвых. Жил да был в городе иль на селе славный человек по имени Яма, подобно прочим своим собратьям не подозревавший о смерти. Жил как все – не лучше, не хуже. Да вот угораздило его первым познать ужас смерти и умереть. Но Яма был парнем отчаянным. Он вступил в борьбу с богами, не желая признавать свое личное небытие. О перипетиях этой борьбы нам неведомо – можно сказать лишь одно: Яма оказался достойным противником. Он был первым из людей, кто не только открыл путь смерти, но и убедил небожителей, что человек, сильный сердцем, достоин быть равным им. Поколебавшись, боги признали за Ямой право быть «таким, как мы», а Агни уступил Яме власть над царством мертвых.

Как бог, Яма прожил долгую жизнь, не раз и не два меняя обличья и сути. Был миг, весьма недолгий, когда Яма считался благостнейшим из богов. Именно к этому времени относится появление доброго лица Ямы – Ямы улыбающегося. В миг абсолютизации смерти, а с ней и Ямы как дарителя смерти, но и как спасителя, отвратителя небытия люди не просто отводили Яме место на небе, но и ставили его главой богов. Именно в это время начинают отходить на второй план могучие Индра и Агни. Когда же надежда на возвращение из мертвых стала исчезать, возник Яма-погубитель, грозный судия, карающий палач. Облаченный в красные одежды, он восседает на гигантском черном буйволе, в одной его руке жезл данда, в другой – петля, с помощью которой Яма вынимает душу из тела, после чего опутывает тело смертельными нитями окостенения. На ослушника у Ямы имеется грозное оружие – дубинка; владыку царства мертвых всюду сопровождают два ужасных пса Шарбара, «четырехглазых, пятнистых… с широкими ноздрями, рыжеватых».

Этот Яма живет в нижнем мире в городе Ямапуре, путь к которому преграждает кровавая река Вайтарани; преодолеть ее может лишь душа, ведомая коровой, что была подарена умирающим жрецу. Яма, неласковый, суровый, пугающий, встречает прибывших в своем прекрасном золотом дворце.

Еще арии почитали Сому, бога священного, дарующего прозрение, а также солнечных богов Савитара, Сурью и Митру, небесных богов Дьяуса и Ашвинов, бога грозы, губителя Рудру, бога-тучу Парджанью, богов ветра Ваю и Вату, бога молитвы, что с семью устами, семью лучами и ста крыльями, Брихаспати, бога-ремесленника Тваштара, бога богатства пузатого Куберу и многих других. Фантазия их была неистощима и изощренна.